Читаем без скачивания Капитализм. История и идеология «денежной цивилизации» - Валентин Катасонов

Подключилась к борьбе с использованием «налоговых гаваней» также Организация экономического сотрудничества и развития (ОЭСР), членами которой являются страны «золотого миллиарда». В 2009 году она опубликовала список из 38 государств, отнесенных к «налоговым гаваням». Примечательно, что в этом списке есть и страны-члены ОЭСР - Швейцария и Люксембург. Странам из «черного» списка предложено в короткий срок привести стандарты раскрытия финансовой информации в соответствие с международными стандартами. После символических уступок со стороны Швейцарии и Люксембурга шумиха в прессе вокруг этих стран к осени 2009 года прекратилась.

В этой связи эксперты уже упоминавшейся организации TJN отмечают:

«ОЭСР, призванная бороться с офшорами, столкнулась с конфликтом интересов, так как самыми главными поставщиками услуг финансовой непрозрачности являются ее основные члены»[1162].

С точки зрения интересов ростовщиков поднятый во время нынешнего кризиса шум вокруг офшоров и банковской тайны совсем не такой уж бессмысленный. Под предлогом «борьбы» с «теневой экономикой» мировые ростовщики получают возможность поставить под контроль финансово-банковские операции тех стран, которые должны стать составными частями их глобальной империи. На наших глазах выстраивается мощная система наднационального финансового контроля, находящаяся в руках хозяев Федеральной резервной системы. В частности, в конце 1980-х гг. была создана международная организация, называемая «Группа финансовых действий против отмывания капиталов» (Financial Action Task Force - FATF). Эта организация стала оказывать давление на отдельные страны с целью заставить их создавать национальные системы контроля за финансовыми потоками, причем эти системы должны быть, в свою очередь, под контролем ФАТФ. Частичной ревизии стал подвергаться некогда незыблемый принцип «коммерческой тайны». Серьезные аналитики обращают внимание на тот факт, что «международное сообщество» основные усилия направляет на борьбу с «отмыванием», а не на борьбу с «первичными» источниками происхождения «грязных» денег, например, на борьбу с наркобизнесом. Такие «перекосы» лишний раз наводят на мысль о том, что борьба с «отмыванием» является лишь прикрытием, необходимым для того, чтобы мировая финансовая олигархия могла создать систему наднационального финансового контроля как инструмент управления миром.

Интересно, что своими мерами по борьбе с «отмыванием» международные организации и власти отдельных государств не только не снижают масштабы «теневой экономики», но, наоборот, стимулируют их рост. Денежные власти и органы финансового контроля основное внимание уделяют отслеживанию операций физических и юридических лиц, проходящих через банки. В этих условиях у любого клиента, даже самого законопослушного, появляется чувство, что он «под колпаком». Его естественной реакцией является максимальный перевод всех операций в «наличные», которые находятся вне финансового контроля властей. Кстати, в нашей стране в последнее десятилетие всегда бывшая высокой доля операций с использованием «наличных» в общем объеме расчетов и платежей лишь увеличивалась.

Также банки тратят уйму сил и времени для того, чтобы отслеживать так называемую «отмывку» денег в момент, когда происходит их перевод в наличную форму. Непонятно, почему это называется «отмывкой», - ведь деньги, находившиеся до этого в безналичной форме, были максимально «прозрачными», т.к. их движение документировалось и отслеживалось банковскими учреждениями. Скорее эти операции можно назвать подготовкой денег к «загрязнению». А вот «закачке» наличных денег в банки уделяется гораздо меньше внимания - а ведь здесь и может происходить та самая «отмывка». В общем, за всеми этими странными мерами по борьбе с «отмыванием» стоят, видимо, интересы финансовых олигархов, которые заинтересованы в сохранении «теневой экономики».

Конечно, «борьба» с «теневой экономикой» не сводится только к мерам по ликвидации или ограничению офшорного бизнеса, предотвращению «отмывания» «грязных» денег, пресечению финансирования терроризма. Имеется целый ряд других направлений такой «борьбы». Например, периодически (после очередного скандала) организуются шумные кампании по борьбе с использованием инсайдерской информации на фондовых рынках[1163]. Америка, например, уже более века борется с практикой использования инсайда для обогащения отдельных игроков на рынках ценных бумаг. Однако результат близок к нулю. Поэтому слово «борьба» применительно к данному случаю мошенничества также можно смело поставить в кавычки.

В настоящее время законодательство по борьбе с инсайдом существует более чем в 100 странах мира. В 2010 г. президент России также поставил вопрос о скорейшем принятии специального закона в этой области. Однако мало принять закон. Надо еще создать систему отслеживания сделок с использованием инсайда. В настоящее время такие системы созданы более чем в 50 странах. Однако затраты на создание таких систем достаточно высоки, а эффективность, как показывает практика, низкая. Мошенники оказываются более изобретательными и эффективными, чем государственные службы по борьбе с инсайдом[1164].

Анализ практики «борьбы» с инсайдом в наиболее «продвинутых» странах показывает, что указанная «борьба» может оказаться лишь «прикрытием» для того, чтобы мировые ростовщики получили возможность установить тотальный контроль в обществе. Подобно тому как «борьба с терроризмом» оказывается лишь поводом для ликвидации последних остатков личной свободы людей.

Считается, что старт кампании повального «стукачества» в Америке дали события 11.09.2001. Однако эта кампания началась раньше. В 1934 г. в США был принят закон о ценных бумагах и биржах (закон Гласса-Стигала), а в 1988-м - закон о борьбе с инсайдом. Эти законодательные акты предусматривали выплату заявителям («стукачам») 10% от суммы незаконно полученного в результате использования инсайдерской информации дохода. Комиссия по ценным бумагам США вправе прослушивать телефонные разговоры и вести наружное наблюдение за подозреваемыми[1165].

«Теневая экономика» и спецслужбы

И еще один аспект проблем, связанных с «теневой экономикой». Последний в нашем списке, но не последний по значению. Речь идет о связях и взаимодействии частного бизнеса и ростовщиков со спецслужбами. Деятельность спецслужб по определению является секретной, поэтому они идеально подходят для решения тех задач мировой финансовой олигархии, которые требуют секретности. А секретности, как мы уже поняли, требует 9/10 всех операций банков и других коммерческих структур. Ведь современный бизнес - это конкуренция, а конкуренция - та же война, только ведущаяся не между государствами, а между компаниями с использованием специфических методов.

Ведение войны (военных операций) коммерческими структурами требует хитрости, добывания сведений о противнике (конкуренте), создания агентурной сети, дезинформации противника, его дискредитации, использования диверсий, выявления агентов противника в своих рядах, физического устранения ключевых фигур в команде противника и многого другого, чем обычно занимаются государственные спецслужбы. А главное - секретности. Несекретными, по сути, в коммерческих структурах остались лишь службы Public Relations (PR), основная роль которых сегодня - «заговаривать зубы» публике, рассказывать общественности байки о том, какие банки и компании «белые и пушистые».

Бросается в глаза, что многие руководители спецслужб до начала своей государственной карьеры работали в банках и других коммерческих структурах и сюда же возвращаются после выхода в отставку.

Взять, к примеру, Центральное разведывательное управление США (ЦРУ). Отцы-основатели этого шпионского ведомства Уильям Донован, Фрэнк Визнер, Ален Даллес ранее работали в юридических конторах Уоллстрит. Знакомство с биографиями всех руководителей ЦРУ показывает, что до прихода на службу в Лэнгли (пригород Вашингтона, где расположена штаб-квартира ЦРУ) они работали в разных банках и компаниях, а после

ухода из секретного ведомства туда же возвращались. Возьмем для примера биографии двух руководителей ЦРУ.

Билл Кейси (Bill Casey) был директором этого ведомства при президенте Р. Рейгане. В свое время работал на Уолл-стрит юристом и занимался торговлей ценными бумагами (трейдер). При президенте Никсоне был председателем Комиссии по ценным бумагам и биржам (Securitiesand Exchange Comission). Если говорить о его карьере в ЦРУ, то он прежде всего стал известен как разработчик скандально известной операции «Иран-контрас». Напомним, что скандал вокруг этой операции разгорелся в конце 1986 года, когда выяснилось, что ЦРУ под руководством Билла Кейси осуществляло поставки оружия в Иран вопреки эмбарго, которое было установлено в отношении этой страны. Более того, доходы от поставок оружия в Иран использовались для финансирования никарагуанских повстанцев («контрас»), несмотря на то что Конгресс США принял решение о запрете такого финансирования. Именно в ходе расследования по поводу операции «Иран-контрас» впервые американским политикам и широкой общественности стало ясно, что ЦРУ без всяких натяжек действительно представляет собой «государство в государстве». Пришедшему на смену Рейгану Бушу- старшему удалось замять скандал, и многие участники операции вышли «сухими из воды».