Следователь лицом уткнулся в упаковку из-под чипсов, и по столешнице растеклась алая лужа. И пыхтел под забралом от натуги некто в плаще, пытаясь столкнуть с себя знатный шмат стены. А человек со шрамом, прежде чем все заволокло дымом, встал на колени, прямо как отец недавно.
Из копоти и пыли донесся крик:
– Жуков, на пол!
Иван подчинился, не задумываясь. Рефлекторно свалился на цементную крошку. Уж больно ситуация щекотливая, чтобы думать.
Направив автоматы в угар, уцелевшие автоматчики вдавили спусковые крючки. Бесшумные выстрелы выдавал лишь звон падающих гильз да визг рикошетов. А потом разом закончились патроны, чуть ли не синхронно отщелкнулись магазины – и тут послышался один хлопок, второй, третий… Рядом с Иваном, смачно хрястнув шлемом по обломку стены, свалился труп в плаще. Резко пахнуло горелым мясом. Там, где у нормальных людей живот, у трупа зияла дыра, в которую пролетел бы футбольный мяч. Чуть дальше легло еще одно тело.
Только бы не закашляться, не привлечь внимания – дым-то едкий, в горле першит. Жуков-младший пополз к пролому в стене. Кто-то схватил его за лодыжку. Не оборачиваясь, он лягнул свободной ногой, попал во что-то твердое – хватка сразу ослабла. На локтях и коленях продолжил путь.
У пролома было совсем уж дымно, глаза щипало, в горло словно плеснули кипятка. Иван закашлялся, чуть легкие не выплюнул. Потер глаза, и напрасно – только добавил под веки пыли.
Его вновь схватили, на этот раз за предплечье. Иван отмахнулся, но вцепились крепко. И потащили, как выяснилось, туда, где дышалось легче.
– Сам пойдешь или нести? – услышал он. А секунду спустя, проморгавшись-таки, увидел хромого парня из камеры.
Откуда здесь взялся? Как вообще?.. Иван завертел головой по сторонам, потом кивнул: типа могу стометровку пробежать, если надо.
– Ну и хрена стоишь, лицом торгуешь?! Или тут остаться хочешь? – Хромой дернул за предплечье так, что оставалось либо грохнуться, либо засеменить за ним.
Второй вариант устроил больше. Но миг спустя привычным движением – от захвата уходят в сторону большого пальца атакующего – Иван решил избавиться от навязчивой опеки. Увы, свободу не обрел, ибо держал хромой на удивление крепко, Жуков-младший словно угодил в тиски. Зато в горле полегчало вроде.
– Ты кто такой?
Главное – задать тон. Командный. В универе учили разговаривать с теми, кто ниже статусом. Были еще спецкурсы по управлению персоналом и армейскими подразделениями, менеджменту предприятий и так далее. Раньше Иван не общался с персами, но ведь надо когда-то уже применить теорию на практике.
– Что происходит?!
Ответа не последовало. Опираясь на трость, хромой потащил Жукова-младшего за собой по коридору. Вот и знакомая камера. Решетку разворотило, обломки прутьев выгнуло. Изнутри на парней испуганно взглянула женщина-уборщица, экологу еще не полегчало, а старик все так же сидел на топчане.
Навстречу Ивану и его спутнику спешили двое здоровяков в форме. Похоже, ЧП оторвало их от трапезы, ибо головы здоровяков не прикрывали сферы, зато белые салфетки прикрывали грудь. Оба явно хотели побыстрее разобраться с проблемой и вернуться к чревоугодию. Щекастые морды аж побагровели от усердия.
– Мужчины, вы бы вернулись к своим корытам прямо сейчас. – Хромой топал довольно резво, почти уже не припадая на ногу.
Увы, стражи закона не восприняли его всерьез. Наоборот – яростнее замахали на бегу дубинками.
– Жаль. – Не останавливаясь, хромой навел трость сначала на одного – вспыхнуло, а потом на второго – опять стало ярко.
Иван даже ослеп немного, но не оглох – услышал грохот. А как только пропали цветные пятна в зрачках, увидел обоих милиционеров на полу – мертвецы перегородили собой коридор.
Трость – вовсе не безобидная опора для инвалида. Внутри телескопической трубки, похоже, размещены баллон со сжатым воздухом и обойма небольших желейных шариков, которые из трубы выдувает в направлении цели. При попадании в твердую преграду – в бронежилет милиционера, например, – шарик размазывается, превращаясь в блин с внушительным радиусом. Герметичность желейной оболочки нарушается, начинка окисляется, происходит экзотермическая реакция. Тепла выделяется достаточно, чтобы не только прожечь кевларовые пластины насквозь, но и чтобы вынести дверь вместе с кирпичной кладкой.
А раз так, то… Кто, черт возьми, этот хромоножка в черном комбезе?!
В стремительный поток мыслей ворвался крик взъерошенного:
– Куда, суки, собрались?!
У этого стража порядка проблемы с инстинктом самосохранения. Заметив трупы коллег, кто бы, брызгая слюной, стал орать на убийцу? Точно не Жуков-младший.
– Куда, суки, собрались, я спрашиваю?!
– На прогулку. – Чтобы перезарядить «трость», нужно было посильнее сжать набалдашник. Щелчок – оружие встало на боевой взвод.
– Да вы у меня кровью ссать будете! – С дубинкой в руке взъерошенный выскочил из-за бронестекла.
Раздался хлопок. Грудь милиционера заляпало голубой слизью – будто кто высморкался, а через миг коридор озарила вспышка. Взъерошенный даже не понял, что случилось, его мозг еще жил, хотя легких и сердца не осталось. Пройдя пару шагов, он что-то даже просипел, а потом рухнул навзничь.
– Ты что делаешь?! – вскинулся Жуков-младший. – Нельзя! При исполнении… Люди же!
– Да ладно… На́ вот тебе.
В ладонь ему легло удостоверение личности элитного союзника – плоский прямоугольник размером с большой палец руки с выжженными на нем буковками «Иван Владленович Жуков».
– На память о прошлой жизни. И не стоит благодарности. – В руке у хромого возник тетрапак с апельсиновым соком, по прозрачной трубочке скользнула к губам желтая жидкость.
Сок?.. Иван мысленно примерил поверх коротких русых волос капюшон и прикрыл мелкие шрамики лица портретом Председателя. И животик имеется, и комбез из черной искусственной кожи. Как же сразу не догадался?! Тот самый ублюдок, что бросил ему вызов на крыше!
Иван расправил плечи, сжал кулаки.
– Узнал-таки? – Последние капли сока скользнули по трубке вверх. – Меня, кстати, Тарсус зовут. Но ты, малыш, можешь звать меня начальником. Да, так лучше всего.
На пробежке, когда столкнулись, этот Тарсус украл у Ивана чип. Очень ловко украл, умело. Но зачем кому-то чужое удостоверение личности? Оно настроено на конкретную биометрию, только хозяин может им пользоваться.
– Думаешь, зачем я взял? Надо ж было убедиться, что ты – тот, кто нужен.
Пустой пакет упал на пол.
Из динамиков у потолка раздался вой сирены. Голос, записанный много лет назад, потребовал: «Всем оставаться на своих местах! Запрещено покидать участок до особого распоряжения властей!»
Только сейчас Жуков-младший заметил, что «зрачки» видеокамер, натыканных тут и там, устремлены на него и Тарсуса. Да их же снимают!
Он шагнул к ближайшей камере и, задрав голову, четко произнес:
– Меня зовут Иван Владленович Жуков. Я и моя семья… мы –
