Вся конструкция, так долго и заботливо плетенная гоблином, обещавшим всем показать "ужасное шаманство гоблинов", расплелась в один миг, а затем самым что ни на есть волшебным образом растворилась в воздухе.
— Ой! — Кли-кли ошалело уставился на свои пустые руки, видимо, он сам не ожидал такого эффекта. — Чего это она?
Янтарные глаза Миралиссы полезли на лоб, она шлепнулась лицом в грязь и закрыла голову руками, успев перед этим крикнуть:
— На землю!!! Живо!!!
Вид эльфийки, упавшей лицом в грязь, послужил для нас великолепным примером для подражания, потому как если уж Миралисса не гнушается сотворить не свойственный эльфу поступок (купание в грязи не относится к основным эльфийским развлечениям), то нам и раздумывать нечего.
Я в третий раз за последние две минуты рухнул на землю, успевая заметить, как крыша здания подлетает на добрых пять ярдов в воздух, а затем ухает обратно в ревущее пламя, хлещущее из окон и дверей.
Ву-у-ууу-ух! Над нами прокатилась волна жара неимоверной силы. Раскаленным воздухом нельзя было дышать, он обжигал горло и легкие. Одежда тоже не спасала, жар лизал кожу даже сквозь рубашку и штаны.
Прошло еще секунд двадцать, прежде чем я решился поднять голову. Массивного двухэтажного каменного здания с красной черепичной крышей больше не существовало. На месте дома стояла одна каким-то чудом уцелевшая стена. Огонь ревел и лизал камни. Черная копоть дыма широкими крыльями устремлялась в небо.
Вот какие вещи случаются! Порвал глупую веревку — раз, и ничего нету! Ни дома, ни людей, в нем находившихся.
Все, как и я, во все глаза смотрели на пожар. Медок тряс головой, он ближе всех находился к месту пожарища, и его легонько приложило волной, пронесшейся у нас над головами. Я встал с земли и, отряхиваясь, с опаской посмотрел на гоблина.
— Я… Я… Я не хотел! — испуганно зачастил Кли-кли, отступая под нашими не очень-то ласковыми взглядами. — Я даже не думал! Правда! Должен был пойти всего лишь маленький дождик!
— Дождик?! - заревел Делер, выплевывая изо рта песок. Затем карлик ткнул пальцем в гудящее пламя и язвительно спросил: — И это твой дождик?!
— Ну я же, правда, не думал, что так получится! — виновато шмыгнул носом шут. — Мне дедушка-шаман еще в детстве показывал… Я, наверное, не там сорок пятый узелок завязал.
Физиономия у маленького шута была покрыта копотью и грязью и выражала высшую степень виноватости.
— Кли-кли, — выдохнула Миралисса, вытирая грязное лицо тыльной стороной ладони. — Если ты еще раз устроишь такое, не предупредив меня…
Гоблин закивал с таким пылом, что, казалось, его голова вот-вот свалится с плеч.
Вдалеке послышались крики спешащих к месту происшествия людей. Лишние глаза нам ни к чему, пора уходить подобру-поздорову.
— К лошадям! Быстро! — Алистан забросил щит за спину и первым побежал туда, откуда недавно доносилось лошадиное ржание.
Я передал линга Сурку и постарался не отставать от капитана королевской гвардии.
— Здорово! — пропыхтел бегущий рядом со мной Кли-кли. — Недаром мой дедушка был шаманом! Как я им всем показал!
На физиономии гоблина уже не было ни следа раскаяния.
— Ты чуть нас вместе с ними не зажарил, гений!
— Это ты злой, потому как завидуешь моим способностям, — произнес шут.
Я презрительно фыркнул. Кли-кли только строит из себя дурака, пустобреха и шута. Если быть честным — гоблин умнее магистра Арцивуса и лишь работает на свой образ. Но вот в такие минуты я готов поверить, что шут на самом деле паясничает по скудости своего ума.
Мы пробежали мимо дымящихся развалин сарая и за яблонями увидели наших лошадей. Несчастные животные испуганно всхрапывали, пряли ушами и в ужасе таращили глаза. Чувствовалось, что они не очень-то рады, когда рядом с ними творят разрушительные заклятия.
Я поздоровался с Пчелкой легким хлопком по боку и вскочил в седло.
Ух! Ай да я! Скажи мне кто-нибудь месяц назад, что я способен одним прыжком оказаться на лошади, я рассмеялся бы этому фантазеру прямо в лицо.
Алистан сразу же пустил лошадей в галоп, и все свое внимание мне пришлось сосредоточить на скачке, чтобы ненароком не влететь в какое-нибудь некстати подвернувшееся дерево. И лишь когда мы увидели город и приблизились к стенам Ранненга, на меня всей тяжестью неба обрушилась усталость.
Глава 8
ГОБЛИНСКИЕ ИДЕЙКИ
Когда отряд на взмыленных лошадях влетел во двор трактира, нас уже поджидал нервно ходящий из угла в угол Дядька. Увидев нас, он быстро зашевелил губами, считая всадников и, удовлетворившись результатом, улыбнулся. Все целы, все живы, десятнику нечего волноваться за Диких. Потерь нет, и теперь можно перевести дух.
Медок спрыгнул с лошади и вполголоса стал рассказывать другу, что произошло во время нашего спасения. Дядька крякал и разочарованно цокал языком, жалея, что из-за раны не смог поучаствовать в битве.
Отдав поводья Пчелки подскочившему слуге, я в изнеможении сел прямо на землю. До чего довели, последние силы потерял!
— Эй, дружище! Ты жив? — участливо спросили меня. Я вскинул глаза и увидел возвышавшегося надо мной Басса.
— А ты что здесь делаешь?
— Он находится на испытательном сроке, — сказал шут и шлепнулся задницей на траву рядом со мной. — Ну или типа того.
— Ну или типа того? — как эхо переспросил я.
Басс ничего не сказал, он выжидательно смотрел на меня. Чего ему надо-то? Кли-кли между тем выудил из-под плаща (плащ был новый, взамен порванного) любимую морковку и, хрумкнув, произнес с набитым ртом:
— Фтафти фете фафо фнать…
— Чего? — не понял я.
— Я говорю, кстати, тебе надо знать, что, если бы не твой дружок, кормить бы вам с Угрем гхолов! — прожевав, пояснил гоблин. — Это он показал, где вас прячут.
Я с немым вопросом посмотрел на бывшего старого друга. Тот осторожно присел рядышком и стал рассказывать. Иногда Кли-кли отвлекался от морковки и вставлял в повествование Басса свое веское слово.
Как оказалось, Басс был на улочке, по которой мы катались на телеге с горки, и видел, как меня и бесчувственного Угря грузили в карету. Вмешиваться Басс не стал (что абсолютно правильно, один против дюжины не воин), но сумел проследить за каретой до самого частного владения сторонников Неназываемого, находящегося за городом. Как это удалось Бассу, я не спрашивал, но, помня его детскую кличку (Проныра), не стал ничему удивляться. Узнав, где нас держат, Басс отправился назад в Ранненг, но городские ворота уже были закрыты, и ему пришлось коротать ночь под стенами города. Сегодняшним утром Басс сразу же поспешил в трактир "Ученая сова".
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
