же, наконец!..
– Никуда я не уйду, – заупрямился Росс. – Все, я молчу. Больше ни слова не скажу. Но я отсюда никуда не уйду.
Между тем бурундук вновь взобрался на поваленное дерево. Добежав до середины, любопытный зверек присел и уставился на молодых людей. Последний луч закатного солнца, пробившийся сквозь завесу листвы, зажег мягкую шкурку золотым пламенем.
Возле дома Хикс увидел примерно то, что и ожидал.
Гравийная площадка перед гаражом была забита припаркованными машинами. За окном кухни мелькнуло румяное лицо миссис Пауэлл, дамы весомых достоинств. Обогнув дом, Хикс прошел к скрытой кустарником боковой террасе с видом на лес. Тело сестры Хизер Глэдд уже увезли. На том месте, где она лежала, виднелись нарисованные мелом очертания фигуры. Стоявший у края террасы мужчина в легком хлопчатобумажном костюме и потрепанной панаме задумчиво смотрел в небо, словно пытаясь предсказать погоду. В креслах возле стены дома сидели еще двое мужчин. Один был в форме полиции штата, другим оказался Джордж Купер. Когда Хикс впервые увидел это остроносое лицо в кабинке ресторана «У Джойса», оно было бледным и расстроенным, но прямо сейчас сокрушительный удар судьбы превратил его в неподвижную маску.
Хикс направился к двери в гостиную.
– Эй! – рявкнул коп. – А ну-ка, назад! Вы кто такой?
– Моя фамилия Хикс.
– Ах так. Ну и где вы болтались?
– Сидел на камне. Я хотел бы повидать мистера Данди.
– Он в доме. Беседует с лейтенантом. Не входите. Подождите пока здесь.
– Тогда я хотел бы повидать мистера Брагера.
– Он тоже в доме. Общается с окружным прокурором.
– Ну а мной кто-нибудь интересовался?
– Вами еще займутся, – кивнул коп. – Присаживайтесь. Эй, куда это вы намылились?!
Хикс, решительно направившийся в другую сторону, повернулся и отчетливо, по слогам, произнес:
– Я иду на кухню за стаканом воды. – И, не дожидаясь письменного разрешения, обогнул заднюю часть дома, открыл дверь и вошел.
Кастрюля выпала из рук миссис Пауэлл и с грохотом покатилась по полу.
Хикс шагнул вперед поднять кастрюлю, а когда выпрямился, чтобы отдать кастрюлю экономке, обнаружил, что она попятилась к стене и теперь смотрит на него с выражением неприкрытого ужаса, буквально оцепенев от страха.
– Кричите! Валяйте! Кричите громче! – подбодрил ее Хикс и, положив кастрюлю на стол, продолжил: – Вот так-то. Даже если вы считаете меня убийцей, ваше поведение неразумно. Допустим, я убил миссис Купер, но отсюда отнюдь не следует, что я собираюсь убить и вас тоже. Я всего-навсего хочу выпить воды. – Хикс прошел к раковине, включил кран, взял с полки стакан, наполнил его и залпом выпил воду. – И, кроме того, вам следовало орать во все горло. Если бы я задумал применить насилие, ваше молчание практически сделало бы вас соучастницей преступления. – Хикс снова наполнил стакан и осушил его. – В деле о вооруженном нападении в Бруклине в тысяча девятьсот тридцать четвертом году судья вынес определение…
– Убирайтесь отсюда! – пискнула миссис Пауэлл.
– Я хотел спросить вас: вы когда-нибудь…
– Убирайтесь отсюда!
– Но я должен знать. Вы когда-нибудь встречались с мистером Данди-старшим?
– Убирайтесь отсюда! А не то сейчас закричу! Да еще как!
– Боже мой! – раздраженно пробормотал Хикс.
Перед ним были две двери, не считая той, через которую он вошел. Хикс выбрал левую дверь, открывавшуюся в обе стороны, и очутился в безлюдной столовой. Здесь ему также пришлось выбирать из двух дверей. Правая дверь оказалась закрытой; дверь напротив стояла распахнутой настежь, а прямо за ней виднелась лестница – то, что нужно. Хикс направился к лестнице и очутился в прихожей, где столкнулся с очередным полицейским в форме.
– Куда это вы идете?
– В уборную, – ответил Хикс и, обогнув полицейского, стал подниматься по лестнице.
Не останавливаясь на верхней площадке, Хикс твердым шагом прошел по коридору, хотя ни в чем не был абсолютно уверен. Ну и конечно, меньше всего он был уверен в том, что пластинка с записью разговора миссис Данди с Джимми Вейлом спрятана где-то в доме. Впрочем, никогда не говори «никогда». Если пластинка здесь, Хикс должен ее найти. Из имевшихся в коридоре семи дверей, он выбрал наугад одну, повернул дверную ручку и вошел. Одного взгляда на внутреннее убранство комнаты оказалось достаточно, чтобы определить, кто здесь живет. Об этом красноречиво свидетельствовали выставленные на туалетном столике разнообразные дамские штучки. Комната Хизер Глэдд. Здесь даже пахло ею. Хикс попятился, осторожно прикрыл дверь и попробовал следующую дальше по коридору. Она также оказалась незапертой. Хикс открыл ее и, особо не скрываясь, вошел.
Глава 7
Хикс оглядел комнату. Никого в пределах видимости. В глубине души он надеялся для начала попасть в комнату Росса Данди. Начинать поиски стоило именно оттуда. Однако беглый осмотр различных деталей показал, что надеждам этим не суждено сбыться. Добрая половина книг, стоявших на полках вдоль всей стены, были на немецком, а письма под пресс-папье на большом письменном столе адресованы мистеру Герману Брагеру.
Хикс двигался по комнате быстро и бесшумно. Ящики письменного стола были не заперты, однако среди их содержимого пресловутой пластинки не оказалось. В ящиках шифоньера тоже ничего, как и на полках большого платяного шкафа. На книжных полках лежали аккуратные стопки научных журналов. Хикс заглянул в просвет между ними. Пусто. Он посмотрел на кровать. И тоже ничего криминального. Тогда Хикс принялся вынимать книжки одну за другой, чтобы проверить, не спрятано ли что-то за ними. Но внезапно остановился и, выругавшись себе под нос, сел в кресло перед письменным столом.
«Нет, – подумал Хикс. – Мартышкин труд. Во-первых, нет никаких оснований считать, что пластинка спрятана у Брагера в комнате, а во-вторых, во время поисков следует полагаться не на ловкость рук, а на логику. Если бы Брагер захотел спрятать у себя плоский круглый предмет, как бы он поступил?» Хикс осмотрелся вокруг и после недолгого раздумья обнаружил, что ответ находится прямо у него под рукой, лежащей на бюваре с тремя слоями промокательной бумаги сверху. Итак, снимите верхний слой промокательной бумаги. Прорежьте дырку в двух нижних слоях и вставьте туда пластинку. Верните на место верхний слой промокательной бумаги. Попросите миссис Пауэлл ничего не трогать на письменном столе. Идеально. При необходимости пластинку можно легко достать, и в то же время случайный человек никогда ее не обнаружит. Слишком хорошо, чтобы быть правдой. Даже обидно, что Брагеру не было нужды красть и прятать пластинку.
Хикс взялся за края верхнего слоя промокательной бумаги, приподнял, потянув за углы, и удивленно вытаращил глаза:
– Чтоб мне провалиться! Так вот оно как!
Под промокательной бумагой лежала отнюдь не пластинка. Дыра, прорезанная
