Прошло несколько минут с момента налета на центральный штаб, захвата оружия и стремительного отступления. "Шестерка" Могильного мчалась по дороге мимо Энтузиастов, затем Казачьих Лугов в направлении улицы Чекистов. По ней Матфей намеревался выехать на улицу Республики, а потом скрыться в микрорайонах. Его квартира находилась в доме по улице Федюнинского.
***
Владимир Леонидович Шорохов опоздал к началу застолья всего на несколько минут.
Как и раньше, к засигналившему домофону подбежала сама именинница.
– Здравствуй,- сказала она лидеру Воргов, когда тот входил в прихожую.- Наконец-то!
Уже заждалась!
– Не сомневаюсь, дорогая,- отозвался мужчина.- Я спешил, как мне позволяли спешить обстоятельства.
Когда девушка закрыла за ним входную дверь и повернулась к нему, наконец, обратила внимание на большой букет роз. Там были и красные, и розовые, и белые розы – всех по нескольку штук. И от них шел такой аромат, что могла закружиться голова!
– С Днем рождения, дорогая,- молвил Владимир Леонидович, затем обнял именинницу и поцеловал в щеку.- Эти цветы только от меня, и они скажут тебе о моем отношении к тебе лучше каких-либо слов. С праздником.
– Спасибо! Спасибо, Шорох. Какой великолепный букет! Самый лучший из всех, полученных мной в жизни!!!
– Но это первый сюрприз! Тебя ждет и второй,- сказал тот.
– Боже, еще что-то? Разве я заслужила еще какие-то дары?- удивилась услышанному Белова, хотя в глубине души, конечно, ценила себя высоко даже в этот момент радости и беспечности и знала, что заслужила.- По-моему, у меня есть уже все, о чем простая девчонка может лишь мечтать.
– На самом деле не все,- заверил Шорохов, улыбнувшись ее голубоглазому взгляду.
– Я весьма заинтригована…
– Тогда идем на балкон. Там я и покажу тебе твой главный подарок.
– Конечно! Только поставлю куда-нибудь цветы.
Они в обнимку прошли до прохода в гостиную, где продолжалось веселье и пахло недавно изготовленной выпечкой. Майя оставила цветы на журнальном столике, находившемся с одной из сторон дивана, заваленного подарками, и поспешила вернуться к своему главному гостю, к которому испытывала симпатию и которому, безусловно, сама очень нравилась, если не сказать большего. Когда же он устанет преподносить ей подарок за подарком? То дорогие платья, которые на обычную прогулку не наденешь, то золотые и серебряные украшения, то целая квартира в почти новом доме со всей необходимой мебелью… Что же на этот раз?
Владимир Шорохов провел девушку на ее застекленный и обитый деревом балкон и открыл окно посередине, чтобы можно было выглянуть на улицу, посмотреть вниз на землю. Высунув голову в большой проем и осмотревшись, он произнес:
– Взгляни, дорогая. Что ты видишь внизу?
Девушка тоже высунулась из окна.
– Видишь, на тротуаре стоит темно-коричневый "Ситроен С-4"?
– Да,- кивнула Майя.- Первый раз вижу такую машину. Какая интересная…
– Это твоя.
– Моя???!!!- сорвался с уст Беловой возглас удивления и радости.
– Только твоя и больше ничья. Это еще один мой дар тебе,- все так же спокойно, почти без каких-либо эмоций говорил Шорох.
Он поднял перед ее глазами пару ключей и брелок с пультом от сигнализации, скрепленные между собой лентой с надписью "Ситроен" на немецком. Та взяла ключи, а потом вдруг рассмеялась негромким, нежным смехом.
– О, у меня просто-таки нет слов! Я не знаю, что сказать. Правда! Только…
Только что мне с ней делать? Я не умею водить!
– Это можно исправить. Посмотри на меня.
Белова подняла на него глаза, и их взгляды прочно слились в один. Оба замерли, а именинница даже невольно задержала дыхание. Она смотрела в его сверкнувшие стальным блеском бездонные черные глаза и с каждой секундой начинала ощущать усиливающееся головокружение. Что-то происходило. Да! Он воздействовал на нее какой-то Силой типа гипноза.
Скоро Шорох прикоснулся к ее голове обоими руками, и она ощутила покалывание в висках. Сам же Владимир Леонидович принялся почти неслышно нашептывать какие-то слова на незнакомом языке. Перед глазами все потемнело, и Майя уже готова была безвольно упасть, но тут все закончилось. Прекратив воздействовать на нее Силой, Шорохов на всякий случай обнял Майю и спросил:
– Как ты? Все нормально?
– Ой, ну и шутка! Что это было? Гипноз такой? Голова кружится…- почти прошептала Белова, едва овладевая собой.
– Я загрузил тебе в мозг минимум знаний о том, как водить машину.
– Классно. Только я не ощущаю, что во мне прибавилось знаний.
– Как только сядешь за руль и попробуешь что-то сделать, все знания активизируются. А там уже дело за малым – лишь практика вождения. Как себя чувствуешь? Не упадешь, если отпущу? Такие процедуры не всегда хорошо переносятся даже Великими Избранными – такими, как мы. Но они того стоят, поверь.
Не бойся, если еще какое-то время будешь не очень хорошо себя чувствовать.
– Я и не боюсь. Ведь ты рядом!- проговорила черноволосая девушка и тоже обняла его.- Спасибо за все. Смогу ли когда-нибудь отблагодарить тебя как следует за все? Никто обо мне так не заботился, не говоря уж о дорогущих подарках.
Это было правдой.
– Неужели все только за то, что я Великая Избранная?
– Нет. Конечно, нет. Не только и даже не столько, может быть…- прозвучал ответ.
Майя посмотрела на него, начиная догадываться о том, из-за чего еще могли быть эти подарки, о причине, по которой Шорох был так щедр, добр и определенно нежен с ней. Однако молчала. Ждала, что будет дальше. А Шорох, видимо, не хотел пока все объяснять прямыми и ясными словами. Он продолжал молча обнимать ее, а потом поцеловал в лоб. Она едва удержалась, чтобы не потянуться к нему за поцелуем в губы. А спустя еще несколько мгновений из квартиры послышались крики Воргов. Те звали Майю и шефа к столу.
– Тебе нужно идти к гостям,- сказал Владимир Шорохов.
– Да. А ты? Неужели уйдешь?
– Чувствую, мне сейчас позвонят по делам. Вряд ли получится остаться, если будет что-то важное. Извини, милая. Иди ко всем и не думай ни о чем.
– Хорошо, постараюсь.
Девушка улыбнулась ему на прощание и ушла в квартиру. И сразу же мобильный телефон лидера Воргов издал звук в виде 64-голосной полифонической мелодии. Как и всегда предчувствие оказалось верным, предсказываемое сбылось.
Взглянув на дисплей, мужчина прочел: "Вызов: суперагент Толстой". Ага, Марк Толстой! Что-то случилось. Он остался на Лесобазе за старшего, но даже в таких случаях сам звонил только в исключительных случаях.
– Слушаю,- ответил Шорох, не слишком довольный тем, что его общение с Майей было прервано.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
