- А что, ему обязательно ее любить?
- Ну должен же кто-то, один из них хотя бы. Если оба любят,- это уже … сама знаешь, - другие сферы и возможности. Но любовь ведь и позже придти может.
Гуинда от ужаса закрывает лицо руками, потом обращается ко мне нервно, ломая пальцы:
- Полина, ты хоть понимаешь насколько большую ответственность на себя берешь? Он ведь не медвежонок игрушечный, он… да что ты вообще знаешь о нем?
- Знаю, что он очень добрый, что изумительный садовник, выращивает чудесные цветы и плоды. Прости, мне очень жаль, но я, правда же действовала как было велено, слушая фуэрзу. Я не знала о тебе ничего.
- Довольно, уже все сказано, прекрасный выбор, Полина, блестящий ход и поворот событий! - Софья Марковна кажется продолжает дразнить Гуинду. - Кроме того, что он лучший садовник этого уровня, - он так же один из тех, что бросаются на помощь не раздумывая друга надо спасать или врага. Он спасает и все. А думает после. Кукле не найти лучшего игруна. Конечно, жаль, что оба волшебных сада скоро останутся без хозяина, потому что достойного преемника найти будет трудно.
- Полина, ты не должна оправдываться, - потверждает Элина. - В реале - мораль, долг, обязанности и здравый смысл- заставляют ломать себя, давить чувства, глушить фуэрзу как рыбу динамитом, поэтому реальный мир так тяжеловесен. А у нас- имеет значение только развитие игрока, его переход на другой уровень.
- Я поняла.
Гуинда стоит будто в забытьи, потом продолжает:
-…изумительный садовник… выращивающий чудесные плоды и цветы… А ты знаешь как его плоды и цветы чудесными становятся? Не знаешь? То-то же! Откуда тебе это знать? В них сила появляется когда он выхаживает их, градом побитых укрывает, говорит с ними, просит не сдаваться, ночью выходит проведать. Те, которых он выходил - платят ем благодарностью- и они-то чудесными свойствами и наделены. А их благодарность сильнее человеческой. Только из таких трав и цветов можно мощные настойки изготовить. И сад этот зависит от его настроения. Травы и цветы вянут, плоды сморщиваются не доспев, если он сердится. Ты выманишь его отсюда, с его места, сада, уровня- и все это пропадет! Ты ничего не знаешь о нем, но фуэрза ведет тебя верно. Он просто нужен тебе, но ты не любишь его как я. А ему каково будет без этого сада, в котором душа его? И с тобой он еще натерпится!
- Довольно, Гуинда, он не раб этого сада!- заключила Софья Марковна. - От него, как и от всех игреалов, требуется действовать по велению сердца, по наитью. Если он захочет уйти с ней, то уйдет. Если фуэрза подскажет ему остаться,- значит этот сад на этом уровне - его предел. А если уйдет…
- …наступит осень. А когда вернется- будет весна, - сказала Гуинда и заплакала, - крупные слезы покатились из ее больших, карих, похожих на вишни глаз. - Пусть сам решит. Я больше не буду мешать.
- Ну вот и славно. Если так, то и мы никому не расскажем о флоримониях, правда, Полина?- Элина заглядывает мне в глаза, - и сохраним мир.
Я киваю. Гуинда плачет так горько…
- Я не хочу так. Странные законы в этом мире! Я и вправду сама не знала зачем сюда пришла, но вы сказали, что я способствую его продвижению. Если я действую по правилам, то строю свое, разрушая чужое. А можно ли одновременно действовать, слушая фуэрзу, но при этом не причинять боли другим?
- А зачем об этом беспокоиться? Количество боли и радости строго отмеряно и сила эмоций строго контролируется. Когда один плачет, - другой всегда смеется, -говорит Элина, - а потом они меняются ролями. Однако, нам пора.
- Вот и идите. А у меня тут еще дел много, - Гуинда ведет себя так, будто мы уже ушли, - не глядя на нас, начинает подбирать опавшие и высохшие лепестки завесы и складывать их в кучку, давая нам понять, что она все-таки здесь хозяйка и порядок- ее забота.
- Хорошо, - говорю, - у меня тоже дела, - и направляюсь к летней кухне. Софья Марковна идет за мной, а Элина остается с Гуиндой.
Назар стоит возле входа на кухню
Кастрюля еще горячая и довольно тяжелая. Но я все равно намереваюсь унести ее отсюда и доварить варенье в другом месте, - действие совершенно неразумное и нелепое с точки зрения логики и разума, но оставить его здесь, с плачущей Вишенкой, я не могу.
- Ну все?- спрашивает Назар громко, - разобрались? В прошлые разы гораздо меньше крика было. А ты что это делаешь, Смородинка?
- Пытаюсь варенье унести. Не могу я его тут оставить.
- Не надо. Я вырубил флоримонии. А возле админского дворца - ночью вырублю, не хочу привлекать внимания. До заката запах в воздухе будет, а потом совсем развеется. Я скажу когда можно будет по саду ходить. Оставайся и доваривай свое варенье.
- Спасибо.
- Так ты принесешь живой воды?
- Да. Но я не могу отойти от варенья пока она здесь.
Софья Марковна шепчет ему на ухо что-то, он усмехается, а она, довольно кивнув, исчезает в глубине сада.
- Иди сюда, Смородинка.
- Нет. Сказала не уйду от варенья пока она здесь, значит не уйду.
- А и не надо уходить, - это здесь,- он приподнял лиственную завесу за которой ступеньки вели вниз - в полутемный подвал, взял меня за руку и повлек туда.
- Куда ты ведешь меня?
- Тсс…
Окошко под потолком завешено плотной тканью. И запахи странные, сладковатые, цветочные…
- Здесь темно совсем!
- Сюда не должен проникать солнечный свет, я сейчас зажгу свечку.
Он чиркнул спичкой, и я увидела что нахожусь в помещении, похожим на склад-лабораторию: повсюду стояли корзинки с сухими травами и ягодами, наливки в бутылях, флакончики с пряностями и маслами, на столе возвышался аппарат пожожий на дистиллятор, а диковинные пряжи из сухих растений были расстелены повсюду. В центре комнаты стоял застеленный полотном стол, на котором сушились крупные алые лепестки.
-А, да тут и сесть негде, ну сейчас…- Назар снял со стола полотно, свернул его аккуратно рулоном и положил на пол. - Ну садись. Али высоко тебе?- он легко поднял меня как куклу и усадил на стол, а сам встал напротив. Его глаза на уровне моих глаз- совсем близко, а руки он положил мне на бедра… несколько неловкая поза…
- Я дверь закрою, но если она войдет на верхнюю кухню, - ты услышишь- здесь люк в потолке открыт, видишь? А сюда она не спустится. Она здесь никогда не была.
- А зачем ты меня сюда привел?
- Чтобы решить. Я знаю зачем ты здесь, Смородинка. Я знал это когда ты еще сама не знала. Я увидел тебя и сразу все понял, только слушать фуэрзу не хотел. Для кого-то ты- фуэнсен, а для меня - алисента, приманка, кукла-забавница. Для меня. Моя кукла. Но я не хочу уходить отсюда, какой бы ты заманчивой не была, понимаешь?
Это был целый спич для него- он никогда столько предложений сразу не произносил.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
