117
На этот строительный проект требовалось много высокосортной стали и специалистов. Я пытался переубедить Гитлера: мол, лучше построить за несколько месяцев один гидрогенизационный завод, чем строить несколько в три раза дольше. Один завод, быстро построенный за счет концентрации рабочей силы, будет производить горючее уже через несколько месяцев, а если следовать установившейся практике, первых поставок дополнительного горючего придется ждать еще очень долго.
118
Примерно в то же время сотрудники доложили мне об успехах социалиста Эрнеста Бевина, английского министра труда. Он организовал всех рабочих в батальоны, которые мог перебрасывать туда, где они были необходимы. Позднее, в тюремном заключении, я прочитал об этом удивительном организационном достижении: «Военная промышленность Англии была самой эффективной среди всех воюющих стран. Все гражданское население Англии, включая женщин, представляло одну огромную мобильную трудовую армию, которую по мере надобности бросали в различные районы страны так же безжалостно, как бросали в бой регулярные войска. Эта всеобщая мобилизация английской рабочей силы была всецело заслугой Бевина» (из статьи в «Меркатор», 1946). Запись в дневнике Геббельса за 28 марта 1942 г. доказывает, что и мы поначалу обсуждали мобилизацию всех германских резервов рабочей силы: «Заукель назначен комиссаром по мобилизации рабочей силы… Было бы совсем нетрудно мобилизовать по меньшей мере еще миллион немецких рабочих; мы должны работать более энергично и не дать запугать себя текущими трудностями».
119
Я должен разделить с Заукелем ответственность за его ужасную систему использования рабского труда. Несмотря на расхождения по другим вопросам, я всегда соглашался с массовой депортацией иностранной рабочей силы в Германию. Поскольку Эдвард Л. Хомз в своей книге «Труд иностранных рабочих в нацистской Германии» (Принстон, 1967) дал исчерпывающее описание конфликтов, вскоре возникших между мной и Заукелем, я могу ограничиться главными моментами. Я согласен с Хомзом в том, что внутренние стычки были делом обычным. Доктор Аллан С. Милуорд в «Новом порядке и экономике Франции» (Лондон, 1969) также создает весьма достоверную картину.
120
Двумя годами позже, 28 января 1944 г., я упрекнул Заукеля: «Из официальных данных следует, что занятость женщин в британской промышленности гораздо выше, чем в нашей. Из 33 миллионов в возрасте от 14 до 65 лет 22,3 миллиона служат в армии или работают в промышленности. Из 17,2 миллиона женщин 7,1 миллиона заняты полный рабочий день и еще 3,3 миллиона неполный, то есть всего – 10,4 миллиона, что составляет 61 процент. В то же время в Германии из примерно 31 миллиона женщин в возрасте от 14 до 65 лет заняты в промышленности полный и неполный день 14,3 миллиона, а это всего 45 процентов, гораздо ниже, чем в Англии». Мои выкладки доказывали, что у нас имеется резерв рабочей силы в 16 процентов, или 4,9 миллиона женщин. (Документ Нюрнбергского процесса «006 Шпеер».) В то время я не знал, что еще до войны, в июне 1939 г., статс-секретарь министерства труда Зируп представил план мобилизации для нужд военной промышленности 5,5 миллиона неработающих женщин. Он также считал реальным перевести 2 миллиона женщин с бесполезных для военной промышленности работ в сталелитейную и химическую промышленность и в сельское хозяйство. (Протоколы совещания в министерстве обороны 23 июня 1939 г., документ Нюрнбергского процесса «3787 PS».)
121
Согласно данным Чарльза Вебстера и Ноубла Франкленда, приведенным в «Стратегическом авианаступлении на Германию» (The Strategic Air Offensive against Germany. London, 1961. T IV. С. 473), в июне 1939 г. в Англии было 1 200 000 домашней прислуги, но лишь 400 000 к июню 1943 г. В Германии это число уменьшилось с 1 582 000 на 31 мая 1939 г. до 1 442 000 на 31 мая 1943 г.
122
Кёрнер – статс-секретарь и доверенное лицо Геринга.
123
Правда, генерал Ханнекен из министерства экономики пытался заниматься планированием, но не мог отстаивать свои позиции визави с Гитлером и Герингом.
124
На Нюрнбергском процессе обвинение инкриминировало Герингу это право. Когда допрашивали меня, я с чистой совестью смог заявить: «Геринг не мог оказать нам действенной помощи; всю практическую деятельность мы осуществляли сами».
125
На первом совещании управления централизованного планирования 27 апреля 1942 г. из ежемесячно производимых двух миллионов тонн черных металлов 980 тысяч тонн отвели на вооружение армии, флота и авиации. Это означало увеличение прежних квот с 37,5 до 49 процентов, что превышало 46,5 процента периода Первой мировой войны (протоколы совещания 27 апреля 1942 г.). К маю 1943 г. мы довели долю производителей вооружений до 52 процентов (протоколы совещания 4 мая 1943 г.). В 1943 г. военная промышленность получила на 5 900 000 тонн черных металлов больше, чем до моего назначения министром вооружений.
126
Вагенфюр в своей книге «Немецкая промышленность в войне 1939–1945 гг.» (Берлин, 1954) сравнивает сокращение производства товаров народного потребления в Британии и Германии. Если принять объем производства 1938 г. за 100 процентов, то в 1940 г. в Германии были те же 100 процентов, а в Англии – 87. В 1941 г. в Германии – 97, в Англии – 81; в 1942 г. в Германии – 88, в Англии – 79. Следует принять во внимание тот факт, что из-за высокого уровня безработицы в довоенной Англии уровень жизни там был ниже, чем в Германии.
127
В 1942 г. нам удалось произвести 2637 локомотивов, тогда как в 1941 г. из-за большого разнообразия моделей было выпущено всего 1918 локомотивов. В 1943 г., опираясь на одну стандартную модель, мы произвели 5243 локомотива, в 2,7 раза больше, чем в 1941 г., и в два раза больше, чем за предыдущий год.
128
Уже в конце войны, 19 декабря 1944 г., я написал профессору Герлаху, руководителю уранового проекта: «Вы всегда можете рассчитывать на мою помощь в преодолении любых препятствий вашей работе. Несмотря на то что военная промышленность поглощает огромное количество рабочей силы, я все еще в состоянии удовлетворить относительно малые (!) нужды вашего проекта».
129
В «Протоколах совещания у фюрера» 23 июня 1942 г. отмечено: «Фюреру вкратце доложили о совещании по расщеплению ядра и поддержке, которую мы оказали этому проекту».
130
«Служебный дневник», 31 августа 1942 г. и март 1944 г. В 1940 г. из Бельгии было вывезено 1200 тонн урановой руды. Добыча урановой руды на территории Германии в Иоахимштале считалась нерентабельной.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
