всего боялись.
На лицо Кассиуса как будто набежала тень, и Реджис это заметил.
– В чем дело?
– Ни в чем.
– Но я же вижу, – не отступал хафлинг и вдруг нахмурился: – Что с женщиной?
– Ее нет, – сознался Кассиус.
– Умерла?
– Сбежала. Несколько дней назад. Советник Кемп отправил ее на рыболовецкое судно из Таргоса. Едва корабль вышел из гавани, она спрыгнула за борт.
– Ну так, значит, она погибла, наверняка замерзла в ледяной воде, – заявил Реджис. Он прекрасно знал, что в холодном Мер Дуалдоне невозможно долго продержаться даже в разгар лета, не говоря уж о поздней осени.
– И команда тоже так думала, – подтвердил Кассиус – Но она, похоже, воспользовалась каким-то заклятием, потому что ее видели в воде неподалеку от западной части Таргоса.
– Тогда она наверняка лежит бездыханная где-нибудь на берегу озера – такого заплыва и погоды никто не выдержит, – предположил хафлинг, – или полубезумная бродит где-нибудь у кромки воды.
Кассуис энергично помотал головой.
– Сдается мне, эта Джул Перец – хитрая бестия. Ее не нашли, а на одной ферме, к западу от города, пропала одежда. Скорее всего, она давно уже на пути из Долины Ледяного Ветра, так что я только рад распрощаться с ней.
Реджис думал о другом. Он соображал, не грозит ли бегство Джул Перец неприятностями его друзьям. Женщина знает Дзирта и наверняка захочет свести с ним счеты.
Все же волноваться он не стал, ведь такие, как Дзирт и Кэтти-бри, могут за себя постоять. Если Джул Перец и перейдет им дорогу, тем хуже для нее.
– Я должен навестить Бренора, – сказал он Кассиусу. И, спрятав письмо за пазуху, хафлинг выскочил из дома старейшины и пронесся через весь Брин Шандер в надежде поймать какой-нибудь торговый караван, отправлявшийся бы этим утром к дворфским рудникам.
Удача его не подвела, и вскоре Реджис уже ехал в телеге, груженной мешками с зерном. Ехать было удобно, поэтому почти всю дорогу он проехал.
Вечером этого же дня Реджис наконец разыскал Бренора. Бывший король был сильно не в духе, но с тех пор как отбыли Дзирт и Кэтти-бри, это было его обычное состояние.
– Вы же поднимаете худую породу! – орал рыжебородый король на двух молодых рудокопов, черных от грязи, каменной крошки и пыли. Бренор выхватил из тележки кусок добытой породы и раскрошил одной рукой. – Вы что, думаете, здесь есть хорошая руда?
– Копать очень трудно, – стал оправдываться один из рабочих, он был еще молод, черная борода едва прикрывала кадык на толстой шее. – Шахта очень глубокая, приходится висеть вниз головой…
– Пф! Ты меня, наверное, с кем-то путаешь! Думаешь, мне интересно слушать твое нытье? – заорал Бренор. Стиснув зубы и сжав кулаки, он зарычал, как будто скопившийся внутри него гнев настойчиво искал выход.
– Мой король! – вскричал тут же молодой дворф. – Мы спустимся и добудем хорошую породу!
– Пф!
Бренор развернулся и, толкнув пузом тяжело груженную тележку, опрокинул ее. И, словно такой раз рядки ему как раз и не хватало, замер, уперев крепкие руки в бока, уставясь на перевернутую тележку и рас сыпавшиеся по коридору камни. Потом он закрыл глаза.
– Не надо спускаться, – спокойно обратился он к рудокопам. – Идите помойтесь и поешьте. Порода как порода – это вашему королю крепости не хватает, похоже.
– Да, мой король, – в один голос сказали оба дворфа.
Реджис подошел с другой стороны и кивком попрощался с рабочими, которые пошли прочь, переговариваясь вполголоса.
Хафлинг хлопнул Бренора по плечу. Дворф под прыгнул на месте и резко обернулся с перекошенным от ярости лицом.
– Больше так не делай! – закричал он, когда увидел, что это всего лишь Реджис. – А ты разве не дол жен быть на заседании Совета?
– Они и без меня справятся, – улыбнулся хафлинг. – Думаю, тебе я нужен больше.
Бренор удивленно поднял брови, но Реджис только показал глазами вслед ушедшим рабочим.
– Они что же, преступники? – едко осведомился он.
Бренор пнул камень – похоже, досада и злость снова распирали его. Но гроза быстро миновала, сменившись обычным для него хмурым настроением. Плечи дворфа поникли, и он грустно покачал головой.
– Я не вынесу, если снова потеряю своего мальчика, – признался он.
Реджис погладил его по плечу, заулыбался и протянул свиток.
– Это от Дзирта.
Бренор выхватил пергамент из рук друга и поспешно развернул.
– Они с Кэтти-бри нашли моего мальчика! – завопил дворф, но стал читать дальше и смолк.
– Нет, но они узнали, что Клык Защитника больше не у Вульфгара, – торопливо добавил Реджис.
– Мы отправляемся, – вдруг объявил Бренор.
– Отправляемся? – переспросил хафлинг. – Куда это?
– К Дзирту и Кэтти-бри, искать моего мальчика! – прокричал дворф и сорвался с места. – Отправляемся сегодня, Пузан! Так что лучше собирайся.
– Но… – начал было Реджис. У него наготове было множество возражений, главным из которых было то, что сейчас уже поздно покидать Десять Городов. Осень подходила к концу, а зима всегда наступала здесь неожиданно и сразу в полную силу.
– До Лускана доберемся, не дрожи, Пузан! – рявкнул Бренор.
– Лучше тебе взять с собой дворфов, – промямлил хафлинг, еле поспевая за товарищем. – Вы крепкие, хорошо переносите холод и снег и сражаться умеете…
– Они мне не нужны, – возразил Бренор. – Если ты будешь рядом, уверен, мы найдем моего мальчика.
По тону дворфа было ясно, что он больше не ста нет слушать никаких возражений.
Реджис буркнул еще что-то и смиренно вздохнул.
– Но все мои дорожные припасы и вещи остались в Одиноком Лесу, – заныл он.
– Все, что может понадобиться, найдешь у меня в пещерах, – перебил дворф. – По пути зайдем в Брин Шандер, извинишься перед Кассиусом, а он позаботится о твоем доме и имуществе.
– Да уж, – с неприкрытым сарказмом отозвался Реджис, потому что всякий раз, как он покидал Доли ну Ледяного Ветра, по возвращении заставал дом совершенно пустым. Жители Десяти Городов – отличные соседи, но обчистить пустующий дом для них – обычное дело, даже если хозяин уехал ненадолго.
Как Бренор и обещал, этой же ночью они тронулись в путь, направляясь к далеким огням Брин Шандера. Небо было прозрачным, дул холодный ветер. Они прибыли перед самым рассветом, и, невзирая на все моль бы Реджиса повременить, Бренор направился прямо к дому Кассиуса и забарабанил в дверь. При этом он орал так громко, что разбудил не только старейшину, но и добрую половину соседей.
Едва сонный Кассиус отворил дверь, дворф пихнул Реджиса в дом и проревел:
– У тебя пять минут!
Когда же, по его мнению, время вышло, он вломился внутрь, схватил хафлинга за шиворот и, для вида
