Гермиона ужасно боялась, что, отправившись за Оком, они снова налетят на охрану, или же их задержат какие-нибудь чудовищные обитатели замка, или — что совсем ужасно — они столкнуться со Слитерином… Однако самой большой помехой оказалось то, что Рон и Драко категорически не могли находиться рядом — каждые несколько шагов они начинали грызться: Рон намеренно наступал Драко на ногу, тот в ответ ставил ему подножку — ну, и все в том же духе. Когда они завернули за угол, Гермиона оглянулась на Гарри — тот страдальчески закатил глаза.
— Я думала, что Драко пойдет впереди нас и осмотрится, пока мы тут подождем… — прошептала она Гарри. Тот вздохнул и обернулся:
— Ну, пропусти его вперед… Да чем вы там вдвоем занимаетесь?!? Слушай, нет нужды пускать его вперед… ой, больно, наверное… Прекратите.
Драко и Рон, яростно переглядываясь, разошлись. Гермиона вздохнула.
Теперь они находились в узком темном коридоре с развешенными на стенах доспехами, потолок терялся в темноте и клочьях паутины. Драко был прав — похоже, в эту часть замка нечасто заглядывали. Стены отзывались тихим эхом на их голоса.
— О чем вы на этот раз спорите? — скрестив на груди руки, требовательно спросила Гермиона.
— Висли намекает, что мне нельзя доверять, — Драко покосился на Гарри. — А потом он встал мне на ногу.
— А ты мне подставил подножку! — отрезал Рон.
— Сначала ты наступил мне на ногу!
— А куда, черт возьми, ты завел нас, а, Малфой? В ловушку?
Драко с отвращением фыркнул. Оба юноши остановились в темном дверном проеме и буквально зарычали друг на друга, Гермиона, стоя позади Гарри, молилась, чтобы их не заметили.
— Да, Висли, ты совершенно прав — это ловушка, — Драко заговорил с таким сарказмом, что его голос резал не хуже отточенного ножа. — Какой ты догадливый! Ведь у меня же раньше не было ни единой возможности убить всех вас! И сейчас на шее у Гарри не болтается эта хреновина, с помощью которой, захоти он ее использовать, он прикончит меня в любой момент.
Рон взглянул на Гарри:
— Используй эту штуку, — попросил он, — умоляю!
Драко взмахнул ресницами и повернулся к Гарри:
— Точно, Гарри! — заверещал он фальцетом, передразнивая голос Рона. — Почему бы тебе не избавить меня от этого отвратительного типа?
Гарри резко взглянул на Драко:
— От тебя нет никакой помощи!
Драко пожал плечами:
— А что, когда-то была?
— Никогда бы не сохранил тебе жизнь, — в сердцах бросил Рон, тут же испугавшись собственной жестокости. Гермиона потрясенно взглянула на него и сразу же поняла, что он не имел в виду ничего безжалостно-кровавого.
Драко же был другого мнения. Он послал Рону ангельскую улыбку, означающую на деле крайнее раздражение:
— Какая прелесть, Висли! — произнес он. — Знаешь, это очень сильно похоже на то, о чем я размышлял вчера. Когда целовался с твоей сестрой.
Рон рванулся к нему, но цепкие руки повисших на нем Гермионы и Гарри сумели его удержать, хотя это не мешало ему попытаться испепелить Драко взглядом.
— Держи подальше свои лапы от моей сестры, — яростно взвыл он.
Драко мелодраматично закатил глаза.
— «Держи подальше свои лапы от моей сестры»? И что сие значит?
— Так, вы, оба — быстро прекратили! — взорвалась Гермиона, крепко сжимая руку Рона. — У нас сейчас есть дела поважнее, чем ваши разборки.
— Я и шагу вперед не сделаю без гарантии, что мы можем ему доверять, — Рон оттолкнул-таки Гарри и Гермиону и махнул головой сторону Драко.
— Гарантии — да сколько угодно, — улыбнулся Драко. Эта улыбка отнюдь не была доброй. — Я же пообещал тебе не вламываться по ночам в твою спальню с целью перерезать тебе горло.
— Ты никогда мне ничего подобного не обещал, — опешил Рон.
— Правильно, Висли. Спи крепко.
— Так, все — с меня достаточно, — заявил Гарри. Он выпрямился во весь рост, его зеленые глаза метали искры. Окровавленный, исцарапанный, с синяками, он сохранил способность держаться с таким достоинством, что вокруг него словно возникала адмантиновая стена, которую невозможно было разбить. Для своих шестнадцати лет его командный вид был весьма впечатляющ. Когда он хотел его продемонстрировать.
Так делал и Драко, — мелькнуло у Гермионы. — Нет, там все совсем по-другому… Драко из тех, за кем следуют, испытывая какую-то странную смесь из страха и уважения к его врожденному блеску, безжалостности и харизме. За Гарри же люди шли исключительно по любви — было ужасно трудно не влюбиться в него, даже тогда, когда он был таким суровым, как сейчас… вот Рон упрямо хмурится, отойдя в сторону, а Драко уставился в пол… — но оба они беспокойно заерзали под его пристальным взглядом.
— Так, вы, оба, — скомандовал Гарри. — Отсюда и далее: вы затыкаетесь и оставляете друг друга в покое.
— Но Гарри… слабо запротестовал Рон.
— Я сказал — молчать, — резко перебил его Гарри, схватил Драко за руку и, преодолевая сопротивление, оттащил его на несколько шагов в сторону, где развернулся и уставился на него с таким негодованием, что Гермиона в тот же миг сообразила, что он обращается к нему телепатически. Гарри никогда не заострял ее внимание на том, что они общаются таким образом, но догадаться было несложно, особенно с тех пор, как она услышала их разговор на кухне Висли.
Чувствуя себя немножко виноватой, она потянулась к Ликанту, и лишь только ее пальцы сомкнулись на нем, их голоса зазвучали в голове, словно она поймала и настроила нужную Гарри-Драко радиоволну.
«… не вижу смысла так себя вести, — решительно говорил Гарри. — Вам уже не по одиннадцать лет».
Вид у Драко был надутый:
«…Он первый начал».
«…Нет, это ты первый начал».
«…Не я».
«…Так или иначе, — добавил Гарри, — у Рона есть повод».
«…И что? — поинтересовался Драко с видом, будто он с трудом удерживается от желания сорвать с Гарри очки и со всей силы шмякнуть их ему об голову. — Ты хочешь сказать, что ты не веришь мне? Все еще не веришь?»
«…Конечно, верю, — но Драко все еще смотрел на него с подозрением. — Слушай, Драко, я же сказал — я верю тебе».
Драко недоверчиво взглянул на него и неожиданно брызнул весельем. Гарри порозовел.
«…В чем дело?»
«…В тебе: ты сейчас назвал меня по имени. Смотри, не умри от разрыва сердца. Не, правда, звучит забавно, когда это говоришь ты. Можешь продолжать звать меня Малфой».
«…Ты же называл меня Гарри».
«…Только тогда, когда думал, что ты умираешь, — искренне признался Драко, прислонясь к стене и устремляя на Гарри взгляд своих полуприкрытых глаз. — Так что ты имел в виду, говоря, что у Висли есть повод? Согласен, у него масса поводов, и один хуже другого, но что именно ты имел в виду?»
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
