Читаем без скачивания О завтрашнем дне не беспокойтесь - Николай Симонов

Но Ерофей так взволновался, что рассказал «страшную военную тайну» своей старшей жене Лаванде, которая, ахнув, сразу упала в обморок. Еще до начала праздника об опасном задании, на которое Центурион Агата отправила их сородича, знали уже все «белохвостые», кроме Медвяной Росы. Почувствовав на себе внезапный прилив заботы со стороны родственников мужа, она была этим вначале немного удивлена и затем, понятное дело, забеспокоилась: не случилось ли что с ее Тимуром? Предпраздничная суета отвлекла ее от тревожных мыслей и даже помогла забыть некоторые неприятные моменты, с которыми в памяти ее был связан День летнего солнцестояния, когда она была женой старшего сына Верховного вождя племени кайяпо. Дело в том, что в самую короткую ночь в году по обычаю кайяпо, которые были закоренелыми язычниками, Медвяная Роса должна была отдаваться всем мужчинам племени, которые ее возжелают. А так как желали ее все, то ее супруг Верный Друг устанавливал очередь, которую сам и регулировал, щадя ее здоровье. Однако, и эти меры предосторожности помогали очень мало: после каждого празднования дня солнцеворота Медвяная Роса несколько дней болела, переживая не столько даже физические, сколько моральные муки. Она ведь первое время любила своего мужа — красивого мужчину, храброго воина и удачливого охотника — и никак не могла смириться с тем, что обязана отдаваться, хотя и один день в году, каким-то прыщавым подросткам и похотливым беззубым старикам. У орландов подобного позорного обычая не существовало, и Медвяная Роса с радостью и надеждой ожидала возвращения своего любимого «витязя в тигровой шкуре», чтобы сообщить ему о том, что она беременна. До обеда Медвяная Роса занималась подгонкой праздничной одежды для многочисленной семьи охотника Корнея — среднего сына Михея, который, наконец, прибыл на Красные Камни с родового зимника на реке Припять. У 40-летнего Корнея было две жены и шестеро детей: четыре взрослых сына и две дочери. Все сыновья Корнея были женаты, а, вот, у дочерей с замужеством и счастливой семейной жизнью имелись проблемы. 18-летняя Виктория состояла на бессрочной службе в отряде Центуриона Агаты. Та же участь ожидала и 13-летнюю Стёпу. Сразу после праздника Дня Благодарения Авесалома девочка должна была прибыть в расположение войска Центуриона Агаты и приступить к изнурительным тренировкам в составе отряда младших учениц. Корней и его жена Муза очень надеялись на то, что у дочери наступят «лунные дни» (месячные), но этого не произошло, и в соответствии с законами племени орландов ей предстояло всю жизнь тянуть солдатскую лямку. Бедная Стёпа, которая, как и все соплеменницы ее возраста мечтала о замужестве и материнстве, была расстроена и подавлена. По просьбе Лаванды и Музы Медвяная Роса скроила и сшила для Стёпы удобную и легкую сезонную одежду и обувь. Девочка была ей так за это благодарно, что они сдружились. Стёпа даже ночевать в ее балаган приходила и очень сильно ее утомляла своими просьбами рассказать что-нибудь интересное о жизни и быте других племен: дакотов, аратов и кайяпо. Интересовали ее и женские секреты и тайны, о которых ее мать Муза не очень-то любила распространяться, рано почувствовав в своей худощавой, мускулистой и задиристой дочери будущего рекрута войска Центуриона Агаты, которая, кстати, приходилась ей теткой со стороны матери. Ровно в полдень в ознаменование праздника Благодарения Авесалома на Красных Камнях начались спортивные соревнования. По два молодых человека от каждого рода в возрасте 18–20 лет, то есть всего числом 18, собравшись у Верблюжьей горы, бросились в реку и начали заплыв на расстояние 15 орландских стадий (приблизительно, 10 км.). В это же время у той же Верблюжьей горы стартовала эстафета, в которой приняли участие 27 юношей в возрасте от 16 до 18 лет. На Большой поляне неподалеку от Священной дубовой рощи после благословления преподобного Колывана начались состязания по стрельбе из лука и метании копья. Воины орланды по обычаям племени выполняли функции рефери, фиксировали результаты и обеспечивали порядок и организацию соревнований. Большинство зрителей столпились в секторе, где проходили соревнования по стрельбе из лука. Среди них была и Медвяная Роса.

Она пришла туда вместе с Фиалкой поболеть за ее мужа Гарегина.

Зрители выражали свои эмоции очень непосредственно: кричали, свистели, спорили и даже бились об заклад. Лучшим лучником оказался Аггей из рода Черного Кабана. В награду за свою победу он получил стрелу, сделанную из самородного золота. Гарегин занял почетное седьмое место и получил ценный подарок в виде непромокаемых мокасин, сшитых из шкуры байкальского тюленя. Затем на Большой Поляне начались отборочные соревнования танцовщиц, на которых род Белохвостого Оленя представляли Ромашка — младшая дочь Ерофея и Лаванды, и Сара Гудвин. По обычаям племени в соревнованиях в танцах могли участвовать только незамужние девушки.

Строгому жюри предстояло выбрать из 18-ти танцовщиц трех самых лучших, которые должны были померяться в споре за звание «благородной невесты» во время Лотереи — заключительной части празднования Дня Благодарения Авесалома. К радости «белохвостых», Сара Гудвин за исполнение Танца Антилопы вошла в первую тройку соискательниц почетного титула. На Медвяную Росу, одевшуюся по случаю праздника в сарафан из тонкого льна, расшитый узорами, и украсившую свою прическу нитями из речного жемчуга, обратили внимание все зрители, даже преподобный Колыван. Не сводил с нее глаз и 25-летний брат Верховного вождя Гонория Беллерофонт. У этого красавца-мужчины уже была одна жена по имени Раулена из племени южных тунгусов, которое кочевало со стадами домашних оленей в бассейне реки Елены. Вместе с нею семья Верховного вождя получил богатое приданое: выделанные оленьи шкуры, золотые самородки, моржовые клыки и большую емкость целительного экстракта из оленьих рогов (пантов). Вторая жена Беллерофонта — черноокая Афаманта из племени джурджени за год до описываемых событий погибла от укуса гадюки, обирая поляну земляники. Она была дочерью именитого купца Никанора из города Айхеной. Впервые Беллерофонт увидел Медвяную Росу на Главном причале, когда она в березовых туесках приносила обед своему любимому супругу и его двоюродному брату Гарегину, работавших в это время на сплачивании бревен в плоты. Беллерофонт влюбился в нее с первого взгляда и начал наводить справки. От сыновей Верховного вождя, то есть своих племянников, Беллерофонт узнал, что мужем Медвяной Росы является 18-летний Сорока из рода Белохвостого Оленя, который, содрав шкуру с мертвой тигрицы и удовлетворив похотливые желания Урсулы-воительницы, возвысился до звания адъютанта Центуриона Агаты. Что касается Медвяной Росы, то по «достоверным» сведениям, полученных племянниками Беллерофонта из того же источника, этот «паршивец» и «хвастун» просто подобрал красавицу дакотку на свою лодку, когда сам спасался от наводнения.