вид истинных размеров. Только если печь шла о бое или дуэли. В основном драконы достаточно преуменьшали объёмы своего тела. Это было им доступно, да и магию подобный оборот затрачивал по минимуму. По сути, драконы могли стать размером с собаку, но утрировать способности до такого тоже желания не испытывали – гордыня и всё такое… Понятное дело, что быть комнатной собачкой никто не стремился. Если только дети, но у них эти размеры были настоящими, так что тут другое.
Раздрай в голове был настолько велик, что я не могла оторвать глаз от самого огромного на моей памяти дракона.
«Он поразить и напугать меня хотел? Или всё дело в магии? Если он заменяет источник всему народу, она сама может мешать ему уменьшится. Стандартная наука – количественная характеристика пространства».
Свет от раскатов потух, и за окном снова ничего не разглядеть… а так хотелось, ёлки-палки!
В стекольном отражении заметила движение за своей спиной. Приготовилась…
Едва облик приблизившегося обрёл очертания уже знакомого лица Цисы, напряглась ещё сильнее.
– Привет… надо поговорить.
Наглость в голосе призвала гордыню опустить нахалку.
Не шелохнувшись, продолжила смотреть в окно, только уже не на грозу, а на перекошенное раздражением лицо фаворитки Алана.
– Ты что? Глухая? Я с тобой говорю…
«И вроде бы хамит, но такой милый, встревоженный голос… и интонация нежная – не подкопаешься!»
– Принцесса?
Дождавшись нормального обращения, слегка повернула шею:
– Молодец, быстро учишься. Впредь советую сразу обращаться по форме, иначе тебя никто не услышит. Говори.
Тар поджала губы. То ли от злости, то ли благодаря здравомыслию. Клыки нагини удлинились, и Циса попыталась их скрыть.
– Я хотела поговорить насчёт нашего правителя…
– С чего бы тебя занимал мой отец.
– Я не… не о твоём отце говорю!
– Во-первых, не «о твоём», а «о вашем». И во-вторых, ты сказала что хочешь поговорить о «нашем» правители. Моим правителем считается мой отец… твоим, кстати, тоже.
– Это пока вы не окажетесь в постели императора Рогмара.
Язвительность дряни вынудила меня обернуться к говорившей полностью.
На секунду мне показалось, что нагиня боится меня, но под прицелом сотни любопытных глаз Тар быстро взяла себя в руки.
Во мне загорелось жуткое желание дразнить мерзавку, пьющую кровь у своих соперниц, и даже не скрывавшую такое безобразие.
– Вот когда окажусь, тогда и поговорим. Не находишь?
Глаза достаточно опытной женщины прищурились, но меня было не смутить огромной разностью наших возрастов.
Да, когда я родилась, Циса уже властвовала над гаремом Рогмара, но по большому счёту мне плевать.
Статус есть и был единственным, что властвует над Соруром. Перечеркнуть всё и вдруг обратиться к принцессе на «ты» – это невероятное хамство! Несмотря на то, что я к ханжам никогда не относилась, Цисане подобного не прощу.
Видимо именно это фаворитка прочитала в моих глазах. Её кожа подёрнулась сеточкой змеиной чешуи. Девушка опрометчиво сделала шаг ко мне, обнажая клыки.
Я уже приготовилась опуститься до рукоприкладства, ведь с магией у меня напряжёнка, но Цисана внезапно передумала.
Предполагаю, что всему виной молния, что расчертила небо в который раз.
Тар нервно моргнула, глядя на что-то за моей спиной, и вернулась в изначальную точку отсчёта.
«Лефан… Как он может так долго находиться на одном месте? Это очень сложно… и крылья потом отваливаются…» – я знала об этом не понаслышке. Держать высоту – было моим самым ненавистным упражнением.
– Эм… мне самой этот разговор противен, принцесса, – резко сбавила обороты Циса. – Алан попросил поговорить с тобой. Отчего вы сопротивляетесь? Родите сильного наследника и отправляйтесь восвояси. Уверена, Рогмар не станет вас держать силой, если даже после соития с ним вы не захотите остаться…
«Дрянь такая. Знает же, что с демоницами такое не прокатит. Познавшая ласки пара становится буквально зависимой от своего истинного. Он, правда, тоже – ведь парность – это не какая-нибудь случка! Это всё для обеих сторон! Нежность, страсть, зависимость, борьба, преданность, любовь, дружба, доверие… сама жизнь. Алан никогда Миранду не отпустил бы, даже если она чудом воспротивилась своим чувствам. Жизнь дракона с демоницей переплетётся куда сильнее, чем со смертной. Одним Хранителям известно, почему гад не завершил ритуал единения с матерью Лефана, но Леся права, с нашей расой Алану повезло куда меньше. Ритуал завершится сам собой – продолжительность нашей жизни слишком схожа. Оттого-то у меня и сомнения – Рогмар никогда не рискнёт той, смерть которой подкосит здоровье его самого! Тут дело не только в наследнике. Хейл сама по себе сокровище…»
В который раз убедившись своему здравомыслию и правильности поступка, насмешливо улыбнулась:
– Какое унижение… Нравится быть на побегушках у Рогмара? Стоило ли покидать Херон? Лезть по головам соперниц? Выгрызать себе место старшей в гареме, чтобы терпеть такое оскорбление от возлюбленного?
Кажется, нагиня едва слышно зашипела.
– Ты не понимаешь! Я люблю его! И он меня тоже! Он совсем не хотел обидеть меня своей просьбой!
– Ты действительно настолько глупа? Плевать, что он хотел. Алан унизил тебя своей просьбой! И он знал это!
– Это всё ты и твоя сирена виноваты! – Вспылила Цисана. – Я просила её! Просила, чтобы она передала парный дух мне! Я даже готова была пожертвовать духом титана, чтобы стать Алану той самой – единственной! Только я знаю, что он по-настоящему желает, чего достоин… Я столько всего перетерпела, столько вынесла, чтобы стать тем, кто я есть, и тут являешься ты! Чёртова принцесса!
Я озверела.
– Слушай сюда, красотка… Я – не сердобольная Олеся. Меня разжалобить унизительным существованием не удастся. Я из тех, кто убеждён, что любую ситуацию можно вывернуть себе на пользу. Твоё пресмыкающееся поведение, по мне так весьма логичное для нагини, вызывает только презрение. Постарайся больше не козырять положением рабыни.
Цисана Тар подавилась возмущением.
– Да ты…
– «Вы».
– Вы… – женщина-змея успела сделать только один шаг, и молния снова сверкнула за моей спиной. – Проклятье! – Выругалась Циса, отступая. – Что ж. Ладно. Поговорим как-нибудь в другой раз…
Не хотела, но не смогла не обернуться.
Двигаясь медленно, надеясь на уже померкнувшие блики раскатов, посмотрела в окно.
Всё изменилось. Даже в непроглядной тьме его серый силуэт теперь было видно!
Серебристые глаза налились огненным цветом, как и грудь дракона. Казалось, будто из недр его солнечного сплетения поднимается лава.
Завораживающее зрелище, если бы оно не было предвестником скорого извержения пламени!
Мне бы бежать, потому как ни одно стекло не может спасти от того жара, что вот-вот вырвется из пасти дракона, а ноги будто приросли к полу.
Правая рука бессознательно вытянулась без
