Позднее журнал “Лайф” напечатал статью под названием “Присяжные в деле Мэнсона: Конец долгого заключения”.
Интересно, что в этом же номере журнала имелась и заметка, озаглавленная: “Пол Маккартни рассказывает о распаде “The Beatles”.
То, что внутри группы существует напряжение, которое уже никогда не позволит ее участникам примириться, стало очевидным в процессе записи “Белого альбома”, сказал Маккартни.
Как писали газеты, полковник Пол Тейт так отозвался о вынесенных смертных приговорах: “Именно этого мы и хотели. Этого ожидали. Но мы не чувствуем радости, ничего подобного, мы не чувствуем удовлетворения. Просто свершилось правосудие. Справедливость восторжествовала. Естественно, я хотел, чтобы эти люди были казнены. Они отобрали у меня дочь и внука”.
Миссис Тейт сказала журналистам, что не считает, что хоть один человек должен иметь власть распоряжаться человеческими жизнями; это должен решать лишь Господь.
Роман Полански отказался комментировать приговор — как и другие родственники жертв, с которыми удалось связаться репортерам.
Сэнди, Кэтрин и другие девушки на углу обещали облить себя бензином и сгореть заживо, если хоть кому-то из четверых будет вынесен смертный приговор. Угрозу эту они так и не исполнили, хотя все, как одна, обрили себе головы.
Узнав о решении присяжных, Сэнди уперла взгляд в объектив телевизионной камеры и выкрикнула: “Смерть? Все вы ее получите, все до единого!"
Процесс был окончен, не считая подписания приговора судьей. То был самый долгий процесс в американской истории, продолжавшийся девять с половиной месяцев; он обошелся дороже любых других судебных процессов, примерно в один миллион долларов; он наиболее широко освещался в печати; присяжные оставались в ограниченных секвестром условиях дольше, чем любые другие, — 225 дней. Одна только стенограмма процесса заняла 209 томов, 31716 страниц, приблизительно восемь миллионов слов: мини-библиотека.
Почти для каждого из присяжных исполнение гражданского долга не только отняло беспрецедентно много времени, но и обошлось недешево. Некоторые из них, ожидая оплаты времени хода процесса работодателями, остались либо без денег, либо без работы. Миссис Роузленд, например, заявила, что компания “TWA” в одностороннем порядке расторгла устно заключенную договоренность выплачивать ей зарплату до окончания процесса, тем самым лишив ее совокупного дохода в 2700 долларов. TWA объявила в ответ, что никакой договоренности не существовало. И подобных отказов было несколько.
Финансовые жертвы, на которые пошли защитники, были грандиозны. Фитцджеральд просто заявил: “Я остался на мели”. Он рассказал репортеру, что потерял примерно 30 тысяч долларов дохода и потратил 10 тысяч собственных сбережений на судебные издержки. Ему пришлось продать стереоустановку и другие вещи; он также истратил 5 тысяч долларов, хотя не мог себе этого позволить. Женатый уже в шестой раз Дэйи Шинь сказал: “Я запаздываю с выплатой денег за дом, не могу поддерживать детей и вовремя платить алименты”. Шинь, по его собственным словам, получил 19 тысяч долларов от продажи прав на книгу откровений Аткинс, но примерно 16 тысяч от этой суммы ему пришлось передать “Семье” Мэнсона. Канарек наотрез отказался обсуждать свое финансовое положение. Тем не менее один из адвокатов защиты сказал мне, что однажды, уже во время процесса, Мэнсон распорядился выдать Канареку 5 тысяч долларов, снятые со счета Аткинс, для возмещения трат, но получил ли тот еще хоть что-нибудь, остается неизвестным. Кейт, получивший свою плату из казны округа, поскольку он был назначен Судом представлять Ван Хоутен, признался, что его частная практика катится под гору и что в результате поднятой вокруг процесса шумихи он уже не ожидает найти новых клиентов.
Еще одному адвокату участие в процессе стоило жизни.
На фоне целой лавины публикаций, посвященных вынесенному Мэнсону вердикту, маленькая заметка, появившаяся в печати в тот же день, осталась незамеченной.
Офис шерифа округа Вентура сообщил, что его сотрудниками обнаружено тело, как считается, исчезнувшего адвоката защиты Рональда Хьюза. Сильно разложившийся труп был найден лежащим лицом вниз, втиснутый между двумя обломками скалы в устье реки Сеспе, далеко от того места, где Хьюза в последний раз видели живым.
Двое рыболовов наткнулись на тело ранним утром в субботу, но лишь в воскресенье вечером доложили о находке властям, поскольку “не хотели испортить рыбалку”.
Причина смерти в то время еще оставалась неизвестной. Действуя от лица нашего офиса, я распорядился о немедленном проведении вскрытия.
19 апреля 1971 года
Судья Олдер назначил датой подписания приговора понедельник, 19 апреля 1971 года.
Бытовало мнение, что Олдер может самостоятельно решить выправить, по крайней мере, некоторые вердикты, назначив в качестве наказания пожизненное заключение вместо смертной казни. Ранее Олдер сделал это в деле, где подсудимый вылил канистру бензина на две детские кроватки и убил одного из спящих детей. Лично я, однако, считал, что Олдер, поблагодаривший присяжных, не станет менять свое мнение и откладывать в сторону полученный у них вердикт.
Девятнадцатого Суд выслушал и отверг несколько заявлений, поданных защитой, включая и требование о проведении нового судебного процесса. Затем судья Олдер спросил у подсудимых, желают ли они сказать что-нибудь. Один только Мэнсон выразил такое желание.
Левая рука Чарли заметно тряслась, и сам он, казалось, едва удерживается от рыданий. Дрожащим голосом, очень смиренно, он заявил: “Я принимаю этот Суд в качестве моего отца. Я всегда делал все, что только было в моих силах, чтобы поддерживать данные мне отцом законы, и я приму любое суждение, которое выскажет мне отец”.
Судья: “На протяжении девяти с половиной месяцев этого процесса были использованы все до единого прилагательные в превосходной степени, высказаны все возможные преувеличения, но все, что остается в итоге, — это простые голые факты. Произошло семь бессмысленных убийств, семь человек погибли от рук совершенно не знакомых им людей…
Разбирая эти действия, я внимательно слушал, надеясь найти какие-то смягчающие вину обстоятельства, но так и не нашел их…
Мое взвешенное, обдуманное решение состоит в том, что смертная казнь не только вполне оправданна в этом деле, но и практически неизбежна ввиду обстоятельств. Я вынужден согласиться с обвинителем в этом вопросе: если перед нами не деяние, взывающее к применению смертной казни, то насколько же чудовищным должно быть такое деяние?"
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
