сих пор не оставило Вианта. Да, разум прекрасно понимает, что всё это, и подвал, и две крысиные «дамы», не более чем иллюзия, очень качественная виртуальность. Однако тело (и когда только успело) великолепно адаптировалось под четыре конечности, горизонтальное передвижение и даже хвост, который на манер балласта тащится следом. Ладно, бог с ними со всеми, Виант недовольно фыркнул. Реальность или нет, жрать хочется как из пушки.
Хотя… Виант оглянулся. Ржавый болт валяется там, где он его бросил. На шестигранной головке отсвечивает какой-то символ. Может, взять «дубинку» с собой? Отличное оружие и защита от альфа-самцов, как выяснилось. Но-о-о… Виант двинулся дальше. Смысла не имеет. Как у крысы, у него совершенно нет карманов. Таскать же постоянно далеко не лёгкий болт в передних лапах просто не получится. А жаль, конечно же.
Глава 8. Не быть крысой
В грязном, вонючем подвале ловить совершенно нечего. Если вода нашлась в изобилии, то с едой вообще никак. На время схватки с местным бугром желудок было притих, зато теперь с утроенной силой требует чего-нибудь пожрать. Нужно искать выход на первый этаж.
Вот ещё одно подтверждение нереальности происходящего. Виант протиснулся в дырку в крайней доске. По идее под лестницей должна царить абсолютная тьма. На улице ночь, в этой части подвала окошек вообще нет. Да и дыра в крайней доске настолько узкая, что Виант не так легко пролез в неё. В таких условиях без искусственной подсветки не будет работать ни один даже самый мощный и фантастический прибор ночного зрения. Невозможно увидеть то, что вообще не отражает свет. Однако Виант великолепно различает пространство под лестницей. В углу между стеной и деревянным основанием лестницы крысиное семейство свило гнездо. Грязные, даже на вид противные тряпки свалены в кучу. Грызуны не парятся с гигиеной и гадят прямо здесь под лестницей. Лапы до и дело скользят по крысиным экскрементам.
Нужно как можно быстрее убраться из этого гадюшника, Виант недовольно поморщился. Только куда? До уха долетел слабый шум. Скорее не шум, а… Виант завертел головой. Музыка. Да, именно музыка. Где-то здесь должен быть ход на первый этаж.
Долгожданная дыра нашлась за квадратной стойкой. Крысиные коготки оставили на деревянном бруске самую настоящую лестницу. Виант подошёл ближе. Это сколько же лет местные крысы пользуются этим ходом?
Проход, ещё проход и ещё. Это даже интересно. Виант на секунду притормозил на очередном перекрёстке. Вот уж никогда не думал, что в самом обычном доме может быть столько пустот и крысиных троп. Ходы вовсе не похожи на подземные туннели, да и хвостатые обитатели ни разу не копали их. Лишь в нужных местах прогрызены узкие дырки. Иногда круглые, гораздо чаще будто сколотые.
Музыка и запах еды ведут Вианта не хуже навигационного компьютера. Кажется, сейчас над головой пол. Через дыру в перегородке крысиная тропа привела в полость за стеновой панелью. Причём, судя по голосам и музыке, это общий зал. Виант выглянул через узкое вентиляционное окошко. Да, точно общий зал.
Это даже немного обидно – никакой фантастики, никакой футурологии. Виант, насколько это возможно, скосил глаза в сторону. За пластиковой сеточкой самый обычный зал самого обычного кафе где-нибудь на рабочей окраине Москвы. Над головой и у противоположной стены маленькие квадратные столики. Где-то слева, если верить шуму воды и звону бокалов, должна быть барная стойка. Но это ладно. Люди, самые обычные работяги в брюках и джинсах, в ботинках и сапогах сидят на пластиковых стульях, пьют пиво и закусывают рыбой. Сквозь ненавязчивую музыку доносится неторопливая болтовня. Лиц не видно, зато слева от вентиляционного отверстия в коленку на синих полинявших джинсах упёрлась самая обычная рука. Пять пальцев с обгрызенными ногтями, один большой противостоит четырём остальным. На запястье выступают чёрные волоски.
Что самое интересное, владелец заведения явно не экономит на электричестве для кондиционера. В общем зале не просто прохладно, а свежо, даже очень. Сквозь пластиковые прутья вентиляционной решётки струится холодный воздух. Хотя от такой массы людей в зале должно быть душно и влажно.
А запах… Виант упёрся в пластиковую решётку носом. Аж голова кружится. Пиво, свежее пиво, рыба, солёные орешки и сыр. Где-то выше то и дело брякают тарелки, посетители общепита не только пьют, но и закусывают. Ток холодного воздуха донёс запахи варёной картошки и жареного мяса. При желании в этом кафе, или что оно на самом деле, можно не только накачаться пивом, а ещё и плотно поужинать. Можно, но только не крысе.
Лапы упорно отказываются гнуться. Виант с трудом нашёл в себе силы отвалить от вентиляционного окошка. Пусть пластиковые прутики даже на вид весьма хилые, только лезть в общий зал не имеет никакого смысла. Кроме редких крошек еды, хлеба или капелек пива, на полу полно человеческих ног в страшных ботинках или в ещё более страшных сапогах. Нужно искать другое помещение, другой источник пропитания. Благо, как успел заметить Виант, от крысиной тропы отходит огромное количество отвороток. Да и эта дорожка так и не завела в тупик.
Десять минут, долгих десять минут, Виант блуждал по крысиным тропам , протискивался сквозь дыры и щели, забирался по балкам и перекрытиям, пока очередной ход не вывел его прямо на кухню. Виант осторожно высунул нос из дыры. Если быть точнее, то новая дорожка привела его как раз под разделочный стол.
Вроде тихо, Виант целиком выбрался наружу. Хотя «тихо» понятие относительное. На кухне вовсю шумит работа. С левой стороны журчит вода и брякают тарелки. Где-то впереди шипит плита и урчит какой-то механизм. Может кофемолка или картофелечистка. Прямо над головой стучат разделочные ножи. В каком-то полуметре от носа возвышаются ноги одной из поварих. Простенькие белые сандалии, ногти аккуратно подстрижены и покрыты красным лаком. Виант осторожно, словно фронтовой разведчик в тылу врага, приблизился к краю стола. Если не цапать женщину за пальцы, то она ничего не заметит.
А запах, Виант потянул носом. Запахи на кухне зашкаливают. Пива, правда, нет, зато рыба, мясо, картошка, хлеб и лук водятся в огромном количестве. У противоположной стены проглядывает герметичный порог. Вот дверца ненадолго распахнулась. Внутри большого кухонного холодильника засверкали бурые сосиски. Повар в застиранной рубашке и в почти белом переднике подхватил одну из связок. Наверно, это будущие «горячие собаки» с кисло-сладким кетчупом. Рот тут же наполнился слюной, Виант судорожно сглотнул. На кухне полно еды. Она тут всюду, на каждом столе и в каждом углу. Но,
