Припасы были оставлены в пещере в скале, где путники провели ночь, так что перекусить пришлось мелкими ягодами, сорванными по дороге, запивая скудный обед водой из струившегося под ногами ручья. Над верхушками деревьев палящее светило перевалило зенит и медленно опускалось за спинами странников, а лес все не кончался. Ручей извивался между толстыми корневищами старинных великанов, он просачивался сквозь тонкие стебли высоких трав, достававших людям по пояс, бежал по редким прогалинам. Лес оставался мрачным и дремучим, и друзья едва не угодили в его ловушку - пробираясь меж частыми стволами и кустами, они едва не сорвались с вершины холма, на который взобрались вслед за восхождением туда ручья, несшего свои воды вопреки законам природы. Перед путниками предстал крутой спуск к темной поверхности лесного пруда.
- Вон лодка! - радостно воскликнул черноморец. Он указал в сторону, где на воде мерно покачивалось прочное деревянное суденышко, на его дне лежала большая белая кувшинка.
Люди прошли по холму и спустились к краю воды в нескольких шагах правее, по пологому берегу. Осторожно, стараясь не ступать в воду, которая, по предупреждению русалки, приносила смерть, друзья запрыгнули в лодку. Место в ней было рассчитано ровно на троих. Вин взял в руки широкое весло и отгреб от берега к середине водоема. Озеро имело продолговатую изогнутую форму, его противоположного берега было не видать. Вин ловко управлялся с веслом, подгоняя суденышко к месту, где возвышалась на берегу высокая каменная гряда. Берега озера заросли густыми ивами, ронявшими длинные ветви к ровной спокойно глади, лишь из самой далекой части водоема, где блестели в солнечных лучах голые камни, доносился непонятный шум. Вскоре стало понятно, что это узкий водопад, спадавший с вершины скалы в мертвый пруд. В его брызгах рождалась семицветная радуга, пленявшая взор.
- Это и есть живой источник?! - недоверчиво, но с нескрываемым восхищением, произнес Ортек.
Но чем ближе лодка приближалась к шумному водопаду, тем менее ярким и живым он представлялся. Источник иссякал на глазах. Из скалы вниз на гладкие камни сбегал все более тонкий поток, стекавший в пруд, и когда друзья были от него на расстоянии не более пятнадцати локтей, он совершенно иссох и затих.
Вин в изнеможении опустил весло, последние минуты он греб изо всех сил, но время было упущено.
- Мы опоздали, - безнадежно сказал он. - Недаром моряки не доверяют русалкам, и считают, что их появление в море сулит беду. Девицы забирают к себе людей, насылая на корабль грозу и штормовой ветер. А ежели она угодит в сети рыбака, то обещает ему горы богатства, но вмиг забывают свои слова, едва оказывается на свободе.
- Они сдержали обещание, мы узнали дорогу до живой воды, но чтобы ее заполучить, видимо, водяной требует новой жертвы, - иронично ответил Дуглас. Парень, сидевший посреди лодки, между товарищами, неуклюже попытался подняться на ноги.
Его движения были разгаданы черноморцем. Дуг накренил лодку, собираясь прыгнуть за борт, но сильным ударом ноги царевич толкнул его в спину и повалил на Вина, который уже занес весло, стараясь уберечь лодку от смертельного переворота в воду.
- Нужны жертвы?! - крикнул в сторону окружавших озеро деревьев черноморец. - Так прими же мою… - Оттолкнувшись от края лодки, он прыгнул в воду, скрываясь под темной поверхностью зловещего пруда.
* * *
Дуглас почувствовал толчок и, поскользнувшись на гладком дне, повалился всем телом на Вина. В глазах вновь замерцала сгущавшаяся темнота. Зрение покидало рудокопа весь долгий день, тянувшийся, казалось, бесконечно, живот по-прежнему был скручен от резкой боли, а руки безудержно ныли, так что порой парень хотел взвыть от непереставаемого жжения. Он очнулся от того, что кто-то настойчиво тряс его за плечи. Хотя его глаза и до этого были широко распахнуты, постепенно темнота рассеивалась, и Дуглас различил черты пирата.
- Дуглас! Что с тобой? Дуглас? - нервно вопрошал граф.
Рудокоп схватился руками за гудящую голову и откинулся назад, повалившись на покатое дно лодки.
- Смотри! - Вин указал рукой в сторону пересохших камней. Из верхней скалы вновь полилась тонкая струйка воды. - Дуг, все будет в порядке, - граф попытался улыбнуться, чтобы приободрить друга, но тот уже не имел сил даже приоткрыть рот.
Глупо умирать, когда впереди виднеется спасение, пронеслось в голове у рудокопа.
Глупо было позволять погибнуть друзьям для того, чтобы он догнал их в пределах Моря, откуда нет возврата в земной мир. Как неправильно он поступил, дожидаясь их в Северном лесу, когда можно было двинуться в путь в одиночестве, ведь дорога бы завершилась все тем же уделом. Голова Дугласа завалилась на дно лодки, и он всматривался в далекое голубое небо. Там высоко нет жизни, там нет богов, там лишь воды Моря, которые все равно спадают на землю струями дождя. Там живет лишь огненное Солнце, отражение жаркой бездны, в которой господствует Тея, мать Тайры, в нее спадают все грешные души, все те, кто никогда не возвратится к родным берегам. На глазах у Дугласа появились слезы от яркого солнца, от которого он не хотел отвести взора. Он знал, что позади него, на носу лодки, куда он даже не хотел оглядываться, не хватает Ортека. Он не слышал и не видел, но он знал, что царевич канул в мертвецкие воды. И даже несмотря на все лишения, Дугласу так не хотелось умирать, жизнь протекала перед его глазами. С жизнью трудно расставаться…
- Обопрись о меня, Дуг! Поднимайся, еще совсем немножко, - громко упрашивал его Вин. - Ты меня слышишь? Дай мне руку!
Дуглас узнал голос графа, он хотел протянуть ему руку, он собрался подняться и выйти из лодки, но ничего не могло измениться - лишь голубое небо перед глазами.
Холодная вода окропила его лицо. Дуглас вздрогнул. Он вздохнул полной грудью и открыл глаза. Он приподнялся со спины и, ухватившись ладонями за боковые борта, огляделся. Над ним за перечнями лодки на твердой земле стоял Вин. Он держал в руке кувшинку, наполненную водой, из которой вновь окатил товарища спасительной жидкостью.
- Вин! - воскликнул Дуглас. - Это живая вода! Посмотри на весло!
Пират, который уже развернулся и направился назад к водопаду в нескольких шагах от каменистого берега, на который он вытащил лодку, остановился и возвратился на зов друга. Деревянное весло покрылось мелкими зелеными листочками от брызг, что попали на него из кувшинки.
- Да, Дуглас, это живая вода, вода, которая была дарована морийцам алмаагским водяным. В этой кувшинке мы сможем принести немного чудесной жидкости на родину.
- Даже если кувшинка и сохранит силу воды, так как выросла в этих заповедных укрытых местах и не подвластна воле номам, разве достанется эта вода действительно тем, кого достойна. И кто будет вправе это решать? - Дуглас чувствовал, что обретает силы, которые давно были недоступны его телу и духу. Он ловко вскочил на берег и подошел к тоненькой струе водопада, льющейся сверху.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
