Читаем без скачивания Замогильные записки Пикквикского клуба - Чарльз Диккенс

— Охъ, какой лакомый кусочекъ!

Это былъ, въ собственномъ смыслѣ, комплиментъ плѣнительный и нѣжный; но въ глазахъ молодого джентльмена засверкали такія странныя желанія, которыя могли принадлежать только истинному людоѣду.

— Что это вы говорите, м-ръ Джозефъ? — сказала вспыхнувшая Мери.

Жирный дѣтина отвѣчалъ тяжелымъ вздохомъ и затѣмъ, помолчавъ нѣсколько минутъ, выпилъ полкружки пива. Совершивъ этотъ подвигъ, онъ вздохнулъ опять и отрѣзалъ себѣ новый кусокъ пирога.

— Какъ хороша молодая ваша леди, миссъ Эмилія! — сказала Мери послѣ продолжительнаго молчанія.

Жирный парень между тѣмъ доконалъ весь пирогъ. Онъ устремилъ глаза на молодую дѣвицу и отвѣчалъ:

— Я знаю молодую леди получше ея.

— Право?

— Да-съ.

— Какъ ее зовутъ?

— A васъ какъ?

— Мери.

— И ее также. Да это вы и есть.

И жирный дѣтина оскалилъ зубы, воображая, что онъ вызываетъ на свое лицо плѣнительную улыбку.

— Нѣтъ, вы не должны мнѣ говорить этого, сэръ, — сказала Мери, потупивъ глазки.

— Отчего же?

— Оттого, что вы этого не чувствуете.

— Вотъ и неправда! Очень чувствую, ей Богу.

Продолжительная пауза.

— A часто вы сюда ходите? — спросилъ жирный дѣтина.

— Нѣтъ, не часто. Сегодня вечеромъ я уйду домой.

— О, приходите почаще, миссъ Мери!

— Зачѣмъ?

— Я сталъ бы всегда васъ подчивать сладкими пирогами, — сказалъ жирный дѣтина въ порывѣ сильнаго чувства.

— Извольте, я стану по временамъ навѣщать васъ, если вы сдѣлаете мнѣ одолженіе.

— Какое?

— Молодая леди желаетъ, чтобъ вы не говорили старому джентльмену о томъ, что видѣли наверху. Я прошу васъ также молчать объ этомъ.

— Я буду молчать, вотъ увидите. Еще что?

— Больше ничего, — сказала Мери. — М-ръ Снодграсъ любитъ миссъ Эмилію, и миссъ Эмилія влюблена въ м-ра Снодграса. Если вы станете говорить объ этомъ, старый джентльменъ увезетъ васъ опять въ деревню далеко, далеко, и вы никого не увидите болѣе.

— Нѣтъ, нѣтъ, я буду нѣмъ, какъ рыба.

— И прекрасно. Теперь я пойду наверхъ готовить обѣдъ.

— Погодите еще хоть минуточку! — сказалъ Джой умоляющимъ тономъ.

— Нѣтъ, нельзя. Прощайте, м-ръ Джозефъ.

Жирный дѣтина, съ любезностью слона, протянулъ обѣ руки, чтобъ заключить въ объятія молодую дѣвицу; но какъ онъ былъ слишкомъ толстъ и неповоротливъ, то миссъ Мери ускользнула отъ него безъ всякихъ затрудненій, послѣ чего онъ допилъ портеръ и заснулъ.

Говоръ въ гостиной продолжался своимъ чередомъ безостановочно и быстро. Надлежало окончательно устроить благонадежный планъ бѣгства и взять прочныя мѣры относительно тайнаго брака въ случаѣ непреодолимыхъ сопротивленій со стороны старика Уардля, и всѣ эти переговоры, многосложные и запутанные, заняли столько времени, что до обѣда оставалось не больше получаса, когда м-ръ Снодграсъ рѣшился взять шляпу и проститься съ прекрасными леди. Дамы пошли одѣваться въ спальню миссъ Эмиліи, a молодой джентльменъ пошелъ домой. Но лишь только онъ переступилъ порогъ гостиной, какъ внизу раздался громкій голосъ м-ра Уардля. Перегнувшись черезъ лѣстничныя перила, м-ръ Снодграсъ дѣйствительно увидѣлъ этого джентльмена, сопровождаемаго другими джентльменами, которые вмѣстѣ съ нимъ также шли на верхъ. Незнакомый съ устройствомъ этого дома, влюбленный юноша, не зная, что дѣлаетъ, машинально опять отступилъ въ комнату, которую только что оставилъ, и, пройдя оттуда въ спальню м-ра Уардля, тихонько затворилъ дверь въ ту самую пору, какъ джентльмены вошли уже въ гостиную. То были: м-ръ Уардль, м-ръ Пикквикъ, м-ръ Натаніэль Винкель и м-ръ Бенъ Алленъ. Всѣхъ ихъ не трудно было узнать по голосамъ.

— Хорошо, что y меня достало духу скрыться отъ присутствія всѣхъ этихъ господъ, — съ улыбкой подумалъ м-ръ Снодграсъ, подходя на цыпочкахъ къ другой двери за кроватью, — отсюда, разумѣется, можно пройти въ коридоръ, и, стало быть, я могу удалиться незамѣтно, съ большимъ комфортомъ.

Оказалось совершенно непредвидѣнное препятствіе для этого комфортнаго выхода: дверь была заперта, и ключа не было въ замкѣ.

— Давайте намъ самаго лучшаго вина, какое только y васъ есть, — сказалъ старикъ Уардль, потирая руки.

— Вино y насъ перваго сорта, къ вашимъ услугамъ, сэръ, — отвѣчалъ буфетчикъ, къ которому относились эти слова.

— Доложите дамамъ, что мы ихъ ожидаемъ.

— Слушаю, сэръ.

Искренно и усердно желалъ м-ръ Снодграсъ, чтобъ дамы провѣдали также о его несчастномъ положеніи въ спальнѣ стараго джентльмена; но судьба противопоставила непреоборимыя препятствія къ выполненію этого невиннаго желанія. Напрасно шепталъ онъ черезъ замочную скважину: "буфетчикъ, буфетчикъ!" — этотъ джентльменъ ничего не слыхалъ и равнодушно спустился съ лѣстницы, не обративъ никакого вниманія на усиленный шопотъ. Приведенный въ отчаяніе, м-ръ Снодграсъ сѣлъ на чемоданъ и задрожалъ.

— Перкера мы ждать не станемъ, — сказалъ Уардль, взглянувъ на свои часы, — онъ всегда аккуратенъ, какъ часовая стрѣлка, и будетъ ровно въ пять, если вздумаетъ придти. A если нѣтъ, такъ ждать нечего. — Ба! м-съ Арабелла!

— Сестра! — воскликнулъ м-ръ Бенжаменъ Алленъ, заключая ее въ свои нѣжныя объятія.

— Ахъ, Бенъ, какъ отъ тебя пахнетъ табакомъ, мой другъ! — сказала Арабелла, нѣсколько озадаченная этимъ энергическимъ обнаруженіемъ братской любви.

— Неужто! — сказалъ м-ръ Бенжаменъ Алленъ. — Ну, пусть себѣ пахнетъ, a я все-таки радъ тебя видѣть. Благослови тебя Богъ, сестрица!

— Да не ломай же меня, Бога ради! — сказала Арабелла, цѣлуя брата. — Ты меня совсѣмъ уронишь.

Такимъ образомъ, примиреніе между братомъ и сестрой утвердилось на прочномъ основаніи. Выпустивъ изъ рукъ Арабеллу, Бенъ Алленъ окинулъ всѣхъ зрителей самодовольнымъ взоромъ.

— Не скажете-ли чего мнѣ, м-съ Арабелла? — громко заговорилъ Уардль, приближаясь къ молодой леди съ распростертыми руками.

— Съ вами я намѣрена говорить о многомъ, — шепнула Арабелла, принимая ласковыя поздравленія отъ стараго джентльмена. — Вы человѣкъ безчувственный, сэръ, жестокій, бездушный.

— Спасибо на добромъ словѣ,- отвѣчалъ Уардль такимъ же тономъ. — Вамъ, сударыня, мнѣ придется, вѣроятно, отказать отъ дома. Подобныя вамъ особы, самовольно вступающія въ бракъ, не должны быть терпимы въ порядочномъ обществѣ. Но еще объ этомъ мы успѣемъ переговорить, — прибавилъ громко старый джентльменъ. — Давайте обѣдать. Вы сядете подлѣ меня, м-съ Арабелла. — Джой! Вообразите, однакожъ, этотъ пострѣлъ не спитъ!

И дѣйствительно: жирный парень, къ огорченію своего господина, находился въ замѣчательномъ состояніи бодрствованія. Глаза его были открыты широко, и во всѣхъ его движеніяхъ проявлялась какая-то необыкновенная юркость. Всякій разъ, при встрѣчѣ съ глазами Эмиліи, Джой моргалъ, ухмылялся, и однажды Уардлю показалось, будто онъ даже подмигнулъ его дочери.

Эта радикальная перемѣна въ обхожденіи жирнаго парня обусловливалась исключительно глубочайшимъ сознаніемъ въ личномъ достоинствѣ, которое онъ такъ неожиданно пріобрѣлъ въ лестной довѣренности къ себѣ молодыхъ особъ. Моргая, улыбаясь и подмигивая, онъ давалъ замѣтить прекраснымъ леди, что онѣ могутъ совершеннѣйшимъ образомъ положиться на его скромность. Разсчитывая весьма основательно, что всѣ эти гримасы могутъ скорѣе пробудить, чѣмъ усыпить подозрѣнія постороннихъ наблюдателей, м-съ Арабелла исподоволь хмурилась, косилась и качала головой, думая образумить жирнаго дѣтину, который, однакожъ, принимался моргать, ухмыляться и подмигивать еще сильнѣе, воображая, что юная леди хочетъ намекнуть ему этими жестами, чтобъ онъ не измѣнилъ ихъ завѣтной тайнѣ.

— Джой, — сказалъ м-ръ Уардль послѣ безуспѣшнаго поиска во всѣхъ своихъ корманахъ:- не на софѣ-ли моя табакерка?

— Нѣтъ, сэръ, — отвѣчалъ жирный парень.

— Ахъ, да, вспомнилъ: я оставилъ ее поутру на уборномъ столикѣ. Сбѣгай въ мою спальню.

Жирный парень пошелъ въ другую комнату и, отлучившись не больше, какъ на одну минуту, воротился съ табакеркой и блѣднѣйшимъ лицомъ, какое только можетъ быть y жирнаго человѣка.

— Что съ тобою? — спросилъ Уардль.

— Ничего-съ.

— Не увидѣлъ-ли ты домового, любезный?

— Нѣтъ-съ.

— Должно быть, онъ хлебнулъ малую толику, — сказалъ Бенъ Алленъ.

— Это очень можетъ быть, — шепнулъ Уардль, перегибаясь черезъ столъ къ молодому джентльмену: — онъ пьянъ, бестія, я увѣренъ.

Бенъ Алленъ, какъ опытный врачъ, знакомый со всѣми недугами человѣческой природы, подтвердилъ эту догадку на основаніяхъ науки, a старый джентльменъ не сомнѣвался болѣе, что жирный дѣтина пьянъ, какъ стелька.

Несчастный юноша перекинулся только дюжиною словъ съ м-ромъ Снодграсомъ: этотъ джентльменъ умолялъ его обратиться къ какому-нибудь другу, способному выручить его изъ этой засады, и потомъ онъ поспѣшилъ вытолкнуть Джоя съ табакеркой, опасаясь, чтобы дальнѣйшее его присутствіе не возбудило подозрѣній. Оторопѣлый парень простоялъ нѣсколько минуть, переминаясь съ ноги на ногу, и потомъ вышелъ изъ комнаты, чтобы отыскать Мери.