— Да, пожалуй.
— В таком случае вы сделаете то, о чём я вас просил?
— А именно?
— Скажете Глэдии, что к случившемуся с Джендером я никакого отношения не имею?
— Скажу, что таково моё мнение, — ответил Бейли, поколебавшись.
— Прошу вас, будьте поопределённее, — сказал Гремионис. — Я хочу, чтобы у неё не осталось ни малейших сомнений в моей непричастности. И тем более, если этот робот был ей дорог в сексуальном смысле. Я не вынесу, если она подумает, будто я испытывал р… ре… Ведь она солярианка и может так подумать!
— Пожалуй, — задумчиво произнёс Бейли.
— Но послушайте! — быстро и настойчиво сказал Гремионис. — В роботах я ничего не смыслю, и никто — ни доктор Василия, ни кто-либо другой — со мной о них не говорил. В том смысле, как они функционируют, хочу сказать. И я никак не мог вывести Джендера из строя.
Бейли глубоко задумался. Потом сказал с явной неохотой:
— Мне приходится вам верить. Конечно, я всего не знаю. И не исключено — я говорю так без желания оскорбить, — что вы, или доктор Василия, или вы с ней оба лжете. Я практически ничего не знаю о психологических механизмах аврорианского общества, и меня легко обмануть. Тем не менее я вам верю. Но Глэдии могу сказать только, что вы, по моему мнению, абсолютно невиновны. Однако сказать «по моему мнению» я всё-таки обязан. Не сомневаюсь, ей этого будет достаточно.
— Ну что же, — сказал Гремионис мрачно, — придётся довольствоваться этим. Но, если это поможет, даю вам слово гражданина Авроры, что я невиновен.
Бейли слегка улыбнулся:
— Я ни на секунду не усомнюсь в вашем слове, но моя профессия требует от меня полагаться только на подтвержденные факты.
Он встал, секунду-другую внимательно смотрел на Гремиониса, а потом сказал:
— Прошу вас, мистер Гремионис, не поймите меня превратно. Насколько я понимаю, вы настаиваете, чтобы я дал Глэдии эти заверения, так как хотите сохранить её дружбу.
— Очень хочу, мистер Бейли.
— И намерены в подходящий момент снова предложить себя?
Гремионис залился краской, сглотнул и пробормотал:
— Конечно.
— Могу ли я дать вам совет, сэр? Не делайте этого.
— Оставьте такие советы при себе. Я не намерен отступать.
— Я имел в виду другое: не повторяйте обычного ритуала. А попробуйте просто… — Бейли смущенно отвёл глаза. — Попробуйте просто обнять её и поцеловать.
— Ни за что! — испуганно сказал Гремионис. — Да что вы! Ни одна аврорианка такого не потерпит. И ни один аврорианец.
— Мистер Гремионис, вспомните, что Глэдия не аврорианка. Она солярианка и воспитана в иных традициях. На вашем месте я бы испробовал такой способ.
Спокойный взгляд Бейли маскировал внезапный прилив ярости. С какой стати он даёт такой совет мальчишке, который для него ничего не значит? Зачем учить другого сделать то, что он сам отчаянно хочет сделать?
Глава 13
АМАДИРО
52
Бейли вновь вернулся к делу, сказав голосом более басистым, чем обычно:
— Мистер Гремионис, в нашем разговоре вы назвали имя главы Института робопсихологии. Вы не повторите его?
— Келден Амадиро.
— Нельзя ли как-нибудь связаться с ним от вас?
— Ну-у, и да и нет, — ответил Гремионис. — Вы можете связаться с его секретаршей или с его помощником. До него самого вы вряд ли доберётесь. Мне говорили, что он умеет держать людей на расстоянии вытянутой руки. Конечно, я с ним незнаком. Иногда вижу его в Институте, но ни разу с ним не разговаривал.
— Следовательно, он не пользуется вашими услугами как модельера или дизайнера причесок?
— Не знаю, пользуется ли он чьими-либо услугами вообще, но, судя по тому, как он выглядел, когда я его видел, они оказались бы далеко не лишними. Я предпочел бы, чтобы вы этих моих слов никому не повторяли.
— Не сомневаюсь, что вы правы, но ваше мнение останется между нами, — заверил его Бейли. — Мне хотелось бы добраться до него. И на расстояние ближе вытянутой руки. Если у вас есть трёхмерник-передатчик, вы не разрешили бы мне воспользоваться им для этой цели?
— Брандидж может сконтактировать для вас.
— Я предпочел бы, чтобы это сделал мой партнер Дэниел. С вашего разрешения, разумеется.
— Пожалуйста! — ответил Гремионис. — Трёхмерник вон там, так что, Дэниел, просто следуй за мной. Схема: семьдесят пять, тридцать на двадцать.
Дэниел наклонил голову:
— Благодарю вас, сэр.
Комната с передатчиком была совершенно пустой, если не считать довольно сложной консоли ближе к боковой стене. Консоль была примерно по пояс Бейли, и за ней высилась узкая колонка, расположенная в центре светло-серого круга, чётко выделявшегося на зеленом полу. Почти рядом был второй круг тех же размеров и цвета, но без колонки.
Дэниел подошёл к колонке, и тотчас круг беловато засветился. Рука Дэниела запорхала по консоли с такой быстротой, что Бейли не успевал следить, что делают его пальцы. Секунду спустя засветился второй круг. Над ним возник робот — только мерцание выдавало, что это трёхмерное голографическое изображение. Робот стоял возле такой же консоли, что и Дэниел, но и она чуть-чуть мерцала.
— Я Р.Дэниел Оливо, — сказал Дэниел, слегка подчеркнув «Р», чтобы робот не принял его за человека. — Я представляю моего партнера Элайджа Бейли, следователя с Земли. Мой партнер хотел бы поговорить с мэтром робопсихологии Келденом Амадиро.
— Мэтр робопсихолог Амадиро ведёт совещание. Не может ли его заменить робопсихолог Сисиз?
Дэниел быстро взглянул в сторону Бейли, тот кивнул, и Дэниел сказал:
— Это вполне приемлемо.
— Если ты попросишь следователя Бейли занять твоё место, — сказал робот, — попробую найти робопсихолога Сисиза.
— Возможно, будет лучше, — начал Дэниел, — чтобы ты прежде…
Но Бейли перебил его:
— Неважно, Дэниел. Я подожду.
— Партнер Элайдж, — сказал Дэниел, — как личный представитель мэтра робопсихолога Хэна Фастольфа, вы, пусть временно, разделяете его социальный статус. И вам неуместно ждать…
— Неважно, Дэниел! — сказал Бейли подчеркнуто, чтобы предотвратить дальнейшую дискуссию. — Я не хочу тратить времени на выяснение тонкостей этикета.
Дэниел вышел из круга, и Бейли встал у консоли. Он ощутил легкое покалывание (возможно, чисто воображаемое), но оно тут же исчезло. Изображение робота в соседнем кругу заколебалось и растаяло. Бейли терпеливо ждал, пока новое изображение не сгустилось в объёмную фигуру.
— Робопсихолог Мэлун Сисиз включен, — произнесла фигура. Коротко остриженные волосы цвета бронзы делали его в глазах Бейли типичным космонитом, хотя его нос отличала некоторая несимметричность, не слишком вязавшаяся с космомирами.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
