— Да уж. Настоящее чудовище.
Теперь к ней вернулось все: молнии в небе и расквашенная земля, дождь, стучащий по шлему Пса, страшная силища Кусаки. Путы на руках и ногах вдруг показались ей нестерпимыми, и она принялась извиваться, но сделала себе только хуже. Веревка была затянута очень туго, и на ней виднелась засохшая кровь.
— Жив он? — Бриенна не могла вспомнить без дрожи, как он рвал зубами ее лицо. При мысли, что он все еще разгуливает на воле, ей хотелось кричать. — Кусака. Он жив?
— Издох. Джендри его ударил копьем в затылок. Пейте, миледи, не то я вам это силой в горло волью.
— Я ищу девушку, — шепотом сообщила Бриенна между двумя глотками, едва удержавшись от слов «мою сестру». — Благородную девицу тринадцати лет, голубоглазую, с золотистыми волосами.
— Это не я.
Верно, не ты, мысленно согласилась Бриенна. Эта девушка была тощая, как скелет, полосы заплетала в косу, и глаза ее казались не по годам взрослыми. Каштановые волосы, карие глаза, собой не красавица — вылитая Ива, только на шесть лет старше.
— Ты ее сестра. Хозяйка гостиницы.
— Ну и что же? — прищурилась девушка.
— Как тебя звать? — Вино бурлило в желудке, и Бриенна боялась, что ее вырвет.
— Хедль, так же как Иву. Джейна Хедль.
— Джейна, пожалуйста, развяжи меня. Сжалься. Смотри, веревка натерла мне руки.
— Не велено. Вы останетесь связанной, пока…
— Пока мы не доставим вас к госпоже. — Ренли, возникший рядом с девушкой, откинул черные волосы с глаз. Нет, не Ренли — Джендри. — Будете держать перед ней ответ за свои преступления.
— Госпожа… — От вина в голове мутилось. — Ты Бессердечную так называешь? — Лорд Рендилл рассказывал про нее в Девичьем Пруду — Леди Бессердечная.
— Одни зовут ее так, другие иначе. Молчаливой Сестрой. Немилосердной Матерью. Вешательницей.
Вешательница. Бриенна вновь увидела, как качаются на голых ветвях мертвецы с черными раздутыми лицами, и ее охватил страх.
— Подрик. Мой оруженосец. Где он? А другие… Сир Хиль, септон Мерибальд, Собака. Что вы сделали с Собакой?
Джендри и девушка переглянулись. Бриенна попыталась встать, упершись в землю коленом, что сразу же вызвало у нее дурноту.
— Так вы ж сами его и убили. — сказал Джендри, и ее опять окутала тьма.
На этот раз она стояла в разрушенных Тараторках и видела перед собой Кларенса Крэба — огромного, свирепого, верхом на зубре, еще более волосатом, чем он сам. Зверь яростно рыл землю копытом, оставляя глубокие борозды, Крэб скалил заостренные зубы. Бриенна схватилась за меч и обнаружила, что ножны пусты. Сир Кларенс между тем перешел в наступление, что было крайне нечестно. Не может она сражаться без волшебного меча, который ей подарил сир Джейме. От мысли, что она подвела Джейме, как до него лорда Джейме, ей захотелось плакать. Мой меч. Прошу вас. Мне нужно найти мой меч.
— Меч свой хочет назад, — сказал кто-то.
— А я хочу, чтоб Серсея Ланнистер мне пососала — и что с того?
— Джейме нарек его Верным Клятве. Пожалуйста. — Но голоса не слушали, а Кларенс Крэб наскочил на нее и снес ей голову. Бриенна полетела вниз, в совсем уж кромешную тьму.
Ей мерещилось, будто она лежит в лодке, головой на чьих-то коленях. Какие-то тени в кольчугах и капюшонах ворочали обвязанными веслами, переправляясь через окутанную туманом реку. Бриенна вся горела и обливалась потом, но при этом ее еще знобило. В тумане мелькали лица. Красотка, шептали ивы на берегу, а тросники отвечали: уродина. «Перестаньте, — просила Бриенна. — Кто-нибудь, заставьте их замолчать».
Потом она очнулась, и Джейна поднесла ей миску с горячим луковым супом. Бриенна начала жадно пить, подавилась куском морковки. Кашель разрывал грудь.
— Осторожней, — сказала девушка.
— Джендри, — простонала Бриенна. — Мне надо поговорить с Джендри.
— Он от реки повернул обратно. Джендри должен работать в кузнице, охранять Иву и малышей.
Нелегкая задача, подумала Бриенна и снова закашлялась.
— Да пусть ее. Сбережет нам веревку. — Один из теневых людей в ржавой кольчуге отстранил Джейну. На его кожаном с заклепками поясе висели длинный меч и кинжал. Мокрый запачканный желтый плащ точно прилип к плечам, а еще выше торчала стальная собачья голова с оскаленными зубами.
— Нет, — выдохнула Бриенна. — Ты мертв. Я убила тебя.
— Все наоборот, — засмеялся Пес. — Это я тебя скоро убью. Прямо сейчас убил бы, да миледи хочет видеть, как тебя вздернут.
Вздернут… Бриенна в страхе перевела взгляд на Джейну. Эта девушка совсем еще молода, она не успела ожесточиться.
— Хлеб и соль. Септон Мерибальд накормил детей, и мы с твоей сестрой преломили хлеб…
— Гостеприимство мало что значит с тех пор, как миледи вернулась со свадьбы. Те, что висят у реки, тоже почитали себя гостями.
— Мы рассудили иначе, — подхватил Пес. — Предложили им сучья вместо постелей.
— Деревьев у нас на всех хватит, — заверил другой, одноглазый, в ржавом полушлеме.
Когда пришло время ехать дальше, на лицо Бриенне надвинули кожаный колпак без глазных дыр, лишивший ее зрения, и частично и слуха. Луковый вкус во рту был нехорош, как уготованное ей будущее. Она думала о Джейме, о Сансе, об оставшемся на Тарте отце и радовалась, что колпак прячет от всех ее слезы. Разбойники иногда переговаривались, но она не различала слов. Вскоре усталость и ровный шаг лошади усыпили ее.
Теперь ей приснилось, что она снова дома, в Вечернем Замке. За высокими окнами чертога ее лорда-отца садилось солнце. Спокойная, безопасная жизнь.
Ее шелковое платье, наполовину розовое, наполовину лазурное, было расшито золотыми солнцами и серебряными полумесяцами. Любой другой девушке оно шло бы, но только не ей. Бриенна, двенадцатилетняя нескладеха, дожидалась молодого рыцаря, которого отец предназначил ей в женихи. Он, на шесть лет ее старше, обещал стать прославленным воином. Встреча страшила ее. Грудь у нее была слишком маленькая, руки и ноги слишком большие. Волосы топорщились, на носу вскочил прыщик. «Он подарит тебе розу», — пообещал отец, но что толку в розе, роза ее не спасет. Меч, вот что ей нужно. Верный клятве. Я должна найти девочку. Должна вернуть ему честь.
Двери отворились, и вошел ее нареченный. Она хотела приветствовать его, как ее учили, но вместо слов изо рта полилась кровь, за время долгого ожидания она откусила себе язык. Она выплюнула его под ноги юному рыцарю, и тот молвил с насмешливым отвращением: «Бриенна Красотка, Коровы, и те красивее бывают». Он швырнул розу ей в лицо и пошел прочь, а грифоны на его плаще заколебались и превратились в львов. Джейме! — хотела крикнуть она. Джейме, вернись ко мне! Но ее окровавленный язык лежал на полу вместе с розой.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
