хищница! Вот смотри… – старушка выпучила глаза, а я захихикала, внимая её нравоучениям.
А там было что послушать! Семь браков! Все мужья – красавцы. Конечно, с такими без измен не обошлось (с их стороны, конечно), но зато старушка даже год не оставалась одной в «моём тоскливом» одиночестве.
На некоторых моментах уши хотели свернуться трубочкой, а щёки багровели от смущения, но я молча слушала непрерывный поток воспоминаний, раскладывая труды Паустовского, Платонова, Помяловского…
– Нет, надо за Пушкиным сходить, – простонала с отчаянием, когда смех иссяк, и слушать «опытную взрослую леди» стало совсем невмоготу. – Потом искать его место… не люблю откладывать на потом.
– Что за девица! – Всплеснула Наталья Ивановна, наблюдая за моим побегом с недовольным лицом. – Лучше бы ты к своему одиночеству так относилась! А знаешь что?
– Сдаётся мне, сейчас узнаю, – фыркнула себе под нос, пролезая между лестницей и тележкой с книгами.
Не обращая внимания на мою иронию, старушка не отставала:
– У меня племянник живёт. И умный, и красивый! Да за ним девки толпами бегают… Я тебя столько раз в гости звала! Давай, познакомлю! Разница в возрасте у вас не настолько критична… но это даже выгодно. Ему нужна степенная, мудрая женщина, которая наставит его на правильный путь.
«Ага… очередной бабник, живущий у своей тётушки. Да ещё и моложе меня на шесть лет. Идиотизм. Я в няни не нанималась».
– Наталья Ивановна, там Игорь Васильевич просил ему Бальмонта отложить.
– Ой! Точно! – Спохватилась женщина, резко меняя направление. – Он же скоро придёт!
Как только расстояние между нами образовалось приличное, с облегчением выдохнула.
Признаюсь, за нового поклонника начальницы, зачастившего к нам с одной целью – чаще видеть строгую руководительницу библиотеки, ухватилась, как за спасательный круг. Но! Главное, что это сработало, потому что за последний месяц подобные разговоры меня вымотали. Всё больше приходила мысль, что Наталья Ивановна от своего племянника отделаться решила таким образом. А что? Переселить его на другую жилплощадь к одинокой «барышне» – чем не вариант?!
Да – мне тридцать два года! Да – я одна! Да – работаю в библиотеке, которую сейчас практически никто не посещает. И ЧТО?! Меня всё устраивает!
«Нет, не всё… кота бы мне для полного счастья, да только ответственность это большая. Не хочу брать кроху для того, чтобы он дома один сидел под дверью, поджидая меня с работы…»
Пока вырулила из лабиринта стеллажей, настроение пропало окончательно. Как-то взгрустнулось.
Не дойдя до своего стола, остановилась напротив настенного зеркала и моргнула.
«Красивая… да нет. Обыкновенная. Две руки, две ноги. Да, волосы у меня волшебные, но я для их здоровья столько делаю! И маски, и бальзамы. Дорогущий шампунь, чтобы они были шелковистые. А ещё родной бронзовый цвет никогда не подвергался воздействию аммиака! Сколько себя помню, даже желания не возникало высветлить или затемнить тон родного каштана. Эх! И что этим мужикам надо!?» – Раздражённо отодвинув стул, шумно опустилась на сиденье.
Хлопнула дверь, и я, испуганно вздрогнув, открыла томик Пушкина прямо посередине, будто меня чуть не поймали на горяченьком.
Первой мыслью было – «Что началось?», а потом – «Это происходит взаправду!?»
Я смотрела за приближением пятёрки могучих воинов поверх книги, и слово «воины» употребляется в прямом его значении!
Клинки длинных мечей тихо постукивали в ножнах, а пружинящий шаг выдавал в каждом посетителе хищника.
Венка на глазу задёргалась, и я крепко зажмурилась, чтобы галлюцинация оставила меня в покое.
«Вот это я называю – "дочиталась фэнтези"! Это ж надо до какой степени Наталья Ивановна меня заболтала, что я решила уйти от действительности привычным способом! Обычно подобный хоровод картинок только перед сном приходит…»
Сидела с закрытыми глазами, пока всё не затихло.
И надо бы уже открывать их, да посторонний запах настораживал. Ну, не может в библиотеке пахнуть потными мужиками, когда я, единственная женщина, одна на весь зал сижу, пока моя начальница между стеллажами пропала!
Собрав волю в кулак, шумно выдохнула и открыла глаза.
Глюк не пропал. Более того! Воины остановились на расстоянии вытянутой руки и нависли надо мной с мрачными минами на лице. Особенно выделялся мужчина, стоящий за спиной четверых здоровяков, при близком контакте оказавшихся молодыми парнями не старше двадцати лет.
– И что сложного?? – Процедил тёмно-русый великан, отвешивая оплеуху второму слева. – Работайте! Ещё раз запорите рейд на Землю и приведёте мне адепта на грани истерики, не обижайтесь! Проявляемся по одному! Иллюзию земных обносков набросьте и никакого оружия, мать вашу!
– Ректор, а нам точные координаты дали? – С сомнением протянул крайний справа, разглядывая меня, как под рентгеном. – Как по мне так старовата для первокурсницы.
Обормоты заржали, пока им снова не прилетело от…
«Ректор»!? Этот невоспитанная малолетка сказала «ректор»!?
– Ещё слово, и ты у меня с пятого курса сам на первый вернёшься! Обычная девушка! Давайте уже к контакту. Портал откроется через десять минут. Привыкли иномирян волоком тянуть в мой кабинет! А мне потом с жалобами разбирайся!!!
– Так вы нам мастер класс покажите, ректор Маро.
Периодически возвращаясь к строчкам открытой книги, безуспешно пыталась отделаться от самого качественного глюка, который меня посещал за всю мою жизнь. Ничего не выходило.
Пока я интенсивно жмурилась за книгой, изредка поглядывая на странную компанию, «ректор» отчитывал умника, которому остальная троица чуть ли не в рот заглядывала.
– Адепт Делинарий, десять ночных дежурств! И только попробуйте мне нормативы на полосе препятствий не сдать!
– Но, ректор!
– Полигон третий!
Уж не знаю, что там на третьем полигоне происходит, но даже дружки умника застонали дружным хором.
«Ректора» это не тронуло. Более того, мужчина довольно улыбнулся, но его глаза угрожающе блеснули:
– И если эта… как ты там выразился? «Староватая для первокурсницы»? Да, точно. Так вот! Если она начнёт меня донимать, как три последние, вы все у меня перейдёте на пятый полигон! Все!!! Чтоб вас!
От ора, которым в моём воображении владеют все прапорщики, даже я вздрогнула.
– Я – первый, – тоскливо буркнул Делинарий, принимая какую бы то ни было задачу компании на свои широкие плечи.
Пространство вокруг смуглого брюнета заискрило. Парень, будто по щелчку, сменил одежду, растворился пояс с оружием на его талии, даже запах стал другим.
Всё бы ничего, но контуры тела «гостя» продолжали гореть, делая глюк ярче, что ли… остальные так и остались стоять «в тумане».
Книжка выпала из моих рук, когда Делинарий опёрся на стойку и тихо пропел:
– Спокойно, девушка. Лучше ответьте – вы верите в волшебство?
Я зашлась в истерическом смехе.
Добро пожаловать в новую
