ставилась задача захватить Правобережную Украину[1886].
Август 1941 г. стал временем, когда у германского командования начали проявляться сомнения относительно возможности завершить «Восточный поход» до зимы 1941 г. Так, 4 августа Гитлер, отметив, что «в целом операции на Восточном фронте развивались до сих пор более удачно, чем этого можно было бы ожидать, учитывая неожиданно большое число танков и самолетов, которое имели русские», признал, что если бы он «был информирован об этом перед началом войны, то ему было бы значительно труднее принять решение о необходимости нападения»[1887]. 11 августа Гальдер сделал примечательный вывод: «Общая обстановка все очевиднее и яснее показывает, что колосс Россия, который сознательно готовился к войне со всей безудержностью, свойственной тоталитарным странам, был нами недооценен. Это утверждение распространяется на организационные и экономические усилия, на средства сообщения, но прежде всего на чисто военную боеспособность [русских]»[1888]. Как видим, лишь месяц потребовался начальнику штаба ОКХ, чтобы полностью пересмотреть свою оценку ситуации на Восточном фронте. Дневниковые записи Геббельса в августе 1941 г. также свидетельствуют о сомнениях в возможности «завершить «Восточный поход», по крайней мере, до зимы». 10 сентября, «после того как выяснилось, что Восточная кампания не может быть закончена в короткий срок», Геббельс сделал вывод о необходимости «постепенно приготовить народ к продолжительной войне»[1889].
Тем не менее германское командование еще надеялось, что ему удастся захватить Украину и Москву, «ибо в противном случае мы не сможем разгромить противника до наступления осени»[1890]. Однако развитие обстановки на фронте не позволяло надеяться на быструю победу, так как до конца августа СССР не потерял ни одного жизненного важного рубежа. На севере продолжались упорные бои на подступах к Ленинграду, на юге германские войска с боями продвигались по Правобережной Украине к Днепру, о наступлении на Москву или в Донбасс нечего было и думать до тех пор, пока советские войска удерживали фронт Брянск – Гомель – Киев – Днепропетровск. Так как этот выступ не позволял развивать наступление далее на восток, а по одиночке группы армий «Центр» и «Юг» не могли его срезать, 6 сентября было решено, что эти группы армий, действуя смежными флангами, должны наконец-то установить прямую связь и обеспечить себе свободу маневра. В сентябре вермахту удалось блокировать Ленинград и нанести поражение Киевской группировке советских войск. Правда, еще 27 августа ОКВ сделало вывод, что, так как СССР, видимо, не будет полностью разгромлен «в течение 1941 года, на первом месте стоит продолжение Восточной кампании в 1942 году. Захват территории на южном крыле [Восточного фронта] будет иметь большие политические и экономические последствия»[1891].
Таким образом, в ходе второго этапа летне-осенней кампании 1941 г., несмотря на новые тяжелые потери, Красная армия смогла затормозить продвижение противника и в значительной степени истощить его силы. Советское руководство получило время для развертывания военного производства, создания новых резервов, ввод в действие которых должен был переломить ход войны. Вместе с тем следует отметить, что увлечение советского командования частыми и слабо подготовленными контратаками вело к излишним потерям и затрудняло подготовку оборонительных операций. Тем временем успехи вермахта в боях за Киев породили в германском руководстве новые надежды на возможность все-таки добиться победы на Восточном фронте еще в 1941 г. Для этого, помимо главной операции на Московском направлении, было решено на севере соединиться с финнами восточнее Ладожского озера, а на юге захватить Крым, Донбасс и прорваться на Кавказ. Считалось, что лишь под Москвой возможно серьезное сопротивление советских войск, разгром которых приведет к победе Германии. Фактически готовящееся наступление было последней попыткой выполнить план кампании или хотя бы захватить максимально возможную территорию, чтобы использовать ее для операций в 1942 г. Все войска, какие только можно было использовать, были стянуты в группу армий «Центр», получившую 26 сентября приказ начать операцию «Тайфун»[1892].
Правда, в сентябре начальник управления военной экономики и вооружений штаба ОКВ генерал Г. Томас, анализируя военно-экономические результаты операций на Восточном фронте, пришел к выводу, что лишь захват Уральского промышленного района приведет к краху СССР[1893]. Тем не менее германские войска 30 сентября – 2 октября начали наступление на Москву. Со своей стороны советские войска, лишь 27 сентября получившие приказ на переход к обороне и не сумевшие вскрыть группировку противника, не смогли сдержать мощного удара группы армий «Центр», и противнику удалось окружить до 77 % войск Западного и Брянского фронтов. Общее положение осложнялось тем, что для восстановления фронта на Левобережной Украине советское командование было вынуждено израсходовать почти все свои резервы, а снижение военного производства по мере расширения зоны эвакуации промышленности затрудняло как вооружение новых резервных формирований, так и восполнение потерь действующих войск. Поэтому советское руководство было вынуждено перебросить на фронт войска из Средней Азии и Дальнего Востока, но на это требовалось время. В середине октября у германских войск была возможность прорваться к Москве, но необходимость разгромить окруженные советские группировки, которые сражались почти две недели, и нарастающее сопротивление на подступах к столице сковали действия вермахта. Кроме того, по мере продвижения на восток германские войска отвлекались на прикрытие флангов, что также ослабляло их группировку. Если в первой половине октября вермахт наступал со средним темпом 16 км в сутки, то во второй половине месяца темп наступления упал до 5 км в сутки[1894]. В конце октября на Московском участке фронта установилось некоторое затишье. Блицкриг потерпел крах.
В полосе группы армий «Север» германские войска 16 октября форсировали Волхов и попытались прорваться к реке Свирь на соединение с финскими частями. 8 ноября они заняли Тихвин, но уже 10 ноября советские войска контратаковали и к 30 декабря отбросили противника в исходное положение. На южном участке советско-германского фронта 29 сентября войска группы армий «Юг» вновь перешли в наступление и прорвались в Донбасс. Не имея возможности перебросить резервы на Юго-Западное направление, советское командование было вынуждено отводить войска. В октябре германские войска ворвались в Крым и осадили Севастополь. 17 ноября начались бои за Ростов-на-Дону, который был 21 ноября захвачен противником. Однако контрудар советских войск привел 29 ноября к освобождению города, а 2 декабря фронт стабилизировался на реке Миус. Таким образом, задачи вермахта на флангах Восточного фронта были выполнены лишь частично, а его войска были скованы боями, что не позволяло германскому командованию перебросить с этих участков фронта ни одного соединения в группу армий «Центр». Со своей стороны советское командование развернуло на Московском направлении до 99
