с литовцем – какая разница, с кем? Просто литовец, кажется, страшный человек… А, впрочем, с чего она это взяла-то? Та девчонка в фотоаппарате? Так, ясно же – постановочный снимок! Ну да, постановочный… А кофта… Да мало ли кто там старую кофту выкинул… Однако та пропавшая девушка не забрала ноутбук! Значит, действительно пропала… И Йомантас ее снимал!
Ах, как же…
Как-то не случилось нынче у Веры вести спокойное существование животного, от дозы к дозе, все лезли в голову какие-то мысли, наверное, глупые… а может, и нет. Да как проверить? И надо ли проверять? Не лучше ли жить, как раньше жила, ничем особо не заморачиваясь? Жить и знать, что эта вот, с позволенья сказать, жизнь, рано или поздно закончится. И, скорее, рано, чем поздно.
– Да и черт с ним со всем! – фыркнув, Вера подошла к зеркалу. Синяк под глазом пожелтел и расплылся. Вот ведь, не выйдешь никуда без очков. За побои, сожитель, к слову сказать, извинился, сказал, что нервы ни к черту вообще… Ну, нервы сейчас ни у кого ни к черту, время такое, да.
Сквозь густую листву растущей в огороде черемухи пробивались яркие лучики солнца. Йомантаса, как всегда, дома не было – где-то черти носили. Пора было готовить обед, или, лучше сказать – ужин, раньше вечера сожитель вряд ли вернется.
Ну и черт с ним! Пусть хоть не возвращался бы и вообще! Хотя нет… Где тогда найти дозу? Поискать самой, наверное, можно… Только вот где взять деньги? А у литовца деньги водились…
Старая заброшенная ферма… То еще местечко! Еще собаки там – стая… Брр!
Однако надо бы сходить за водой…
Натянув шортики и желтую, с длинными рукавами, блузку, девушка надела на голову бейсболку, не забыла и про темные очки. Экипировавшись таким образом, сочла, что – вполне достаточно – и, прихватив красное пластиковое ведерко, отправилась на колонку…
Странно, но у колонки было пусто! Ни одного человечка, хотя обычно там бабули общались, набрав воду, отдыхали себе на скамеечке, в тени. Нынче же вот – никого. От жары попрятались, что ли? Так не так уж и жарко вообще-то… Ветерок!
– Эй! – подозвав проезжавшего мимо велосипедиста, загорелого до черноты мальчишку лет десяти, Вера натянуто улыбнулась. – А где все-то, не знаешь? Что-то вообще бабуль не видать.
– Так в церкви ж! – притормозив, с важностью ответил велосипедист.
– О, как! В церкви…
Верка только ахнула и поставила наземь наполненное водою ведро:
– А что, праздник сегодня какой? Ну, типа Троицы…
– Ха! Троица давно уж была, – пацан тряхнул выгоревшими волосами, поковырялся в носу и, поведя загорелым плечом, снисходительно пояснил: – Новую церковь тут недалеко построили. Красивую! Сегодня как раз освящают. Этот приедет… как его… Батюшка! Говорят, молодой. Там и жить будет. Ну, рядом с церковью…
– Ясненько! Значит – церковь, – искренне рассмеялась девчонка. – А то я и думаю – куда это пропали все?
Откуда-то из-за леса донесся вдруг отдаленный колокольный звон – звонкий и благостный или, как еще говорят – «малиновый»…
– Вот! – пацан поднял вверх указательный палец. – Говорю ж – церковь. Съезжу-ка, посмотрю.
– А далеко?
– Да километров пять. На автобусе можно…
Расхаживать по церквам Верке было некогда, да и, откровенно-то говоря, незачем. Человек не воцерковленный, как и подавляющее большинство россиян, о Боге она вспоминала только в самом крайнем случае и то – всуе, чаще когда на кого-то ругалась. Правда, крестик у Веры был – крестильный! Был, но куда-то затерялся…
Фырча двигателем, проехал на остановку рейсовый автобус – новенький, с квадратной радостной мордою, ПАЗ. Выпустив пассажиров, остановился, распахнув двери… Водитель – молодой парень в джинсах и светлой футболке – вышел, прошелся, закурил…
Что-то вдруг ударил Верке в голову… Конечно, не в буквальном смысле – в ментальном! Словно бы кто-то подтолкнул, причем – очень даже властно. Подхватив ведро, девушка быстро побежала домой, едва не расплескав воду. Быстро сменила шорты и кофту на платье, повязала на голову светло-желтый платок и, прихватив сумочку, побежала к автобусной остановке. Как раз вовремя! Народ уже сидел в салоне, правда, всего несколько человек. Забравшись в кабину, водитель запустил двигатель…
– У церкви остановитесь? – Вера протянула деньги.
– Обязательно! Тридцать рублей с вас.
– Ага… вот…
Церковь и впрямь оказалась очень красивой. Небольшая, нарядная, сложенная из крепких светлых бревен, она возвышалась на холме, среди леса. Солнечные лучи золотом отражались в куполе, в окнах колокольни, рассыпались сиянием по новенькой оцинкованной крыше.
Народ уже расходился – видать, храм освятили и служба закончилась… Впрочем, многие еще топились напротив алтаря, ставили свечки, крестились…
Верка тоже перекрестилась, едва зашла. Постояла, благоговейно глядя на строгий лик святого Николая Мир-Ликийского, снова перекрестилась… и тихо-тихо, бочком, пробралась к выходу…
– С праздником вас! И всех нас тоже… – послышался позади звучный мужской голос.
Девушка обернулась, встретившись взглядом с довольно еще молодым человеком, в черной рясе и с бородою, с большим крестом на груди. Наверное, это и был батюшка…
– Отец Александр, настоятель, – с улыбкой представился священник.
– Вера…
– Вы где-то рядом живете?
– Ну… да… временно… в поселке… вот… – несколько оробев, Вера попятилась – как вести себя со священником, девушка не знала. – Решила вот… посетить и…
– Вы все правильно решили, Вера, – отец Александр перекрестился. – Имя у вас хорошее… А вот глаза…
– А что – глаза? – наконец осмелела девчонка.
Священник прищурился, светлая улыбка его угасла, сменившись недюжинной озабоченностью и сожалением…
– В глазах ваших есть тьма, дева, – произнес отец Александр загадочно и скорбно. – Хоть немного, но есть… И я бы советовала вам ее убрать!
– Но… как?
– Приходите в церковь, молитесь… И знайте – всегда найдутся те, кто поможет вам. Приходите, Вера! – святой отец взял девушку за руку. – Обязательно приходите! Я здесь каждый день… я или дьякон, отец Иоанн. Придете?
– П-постараюсь… – опять оробела Верка, даже заикаться начала, чего сроду за ней не водилось. – П-приду…
– Вот и славно! – священник вновь улыбнулся. – Значит, мы с вами не раз еще встретимся и о многом поговорим.
– Я… мне пора… Автобус…
– До свидания, Вера. До встречи.
– Ага…
Отец Александр проводил ее долгим взглядом…
– Странная девушка, – подойдя, негромко произнес дьякон, отец Иоанн – высокий, уже сильно пожилой, седобородый и седовласый, он напоминал какого-то библейского пророка.
– Да, странная, – священник согласно кивнул и перекрестился. – Я видел ее вены… случайно… вот здесь, – отец Александр показал на изгиб локтя.
– Уколы?
– Да. Синяки. Однако думаю, ее еще можно спасти. Если сама того захочет.
– Вот именно – если захочет, – прищурился отец Иоанн. – В этом-то все и дело, отче Александр.
– И все же, будем надеяться и уповать!
Оба повернулись к церкви и разом перекрестились…
Вера ехала под впечатлением. Не часто она ощущала в себе что-то такое, что вдруг почувствовала сейчас, вот только что, в церкви, и – особенно – в беседе со святым отцом.
– Священник, надо же… – шептала про себя девушка. –
