перетекающим в ночь. Но, обо всём по порядку.
После увиденного на полигоне, я снова вернулся в кабинет, чтобы закончить работу с приказами. Времени на это ушло не так много, большинство нитей управления по обеспечению порядка находилось у отца, вторая половина моей гипотетической работы заключалась в регуляции бытовых городских вопросов.
Например, собрание на тему увеличения площади застройки жилых кварталов в среднем городе, либо же снос старых зданий и устройство на их месте двухуровневых теплиц. Решение конфликтов простых дворян списком пониже, чем самая белая кость из десятка первых.
Сейчас все процессы замерли. По обыкновению зимой гаснут даже конфликты, всё решается быстро, дуэль забирает чью-то жизнь на радость толпы, все довольны.
Но в эти неспокойные времена кланы Москвы опасливо затаились. Не стоит вмешиваться в драку взрослых, если ты ещё совсем малыш.
Сравнение грубое, будь я десятком мест пониже то тут же получил несколько вызовов на дуэль. Факт от этого не перестаёт быть фактом, пока в столице стояла непонятная ситуация, кланы не решались показываться на глаза.
В то время, когда Алиса вышла с обращением о неминуемой войне, кланы всё так же сопровождала тишина. Я даже стал беспокоиться, не может быть всё так гладко. На почти два миллиона населения должны найтись люди, которые как им кажется лучше знают, что надо делать в данный момент.
Работа симбиота в это время никак не замедлилась. Не все бандиты были пойманы. Улицы патрулировали заражённые. Не хотелось называть так обычных людей, но альтернативное название, такое как марионетки было хуже.
Среди простого населения города царила мрачная атмосфера. Люди ходили чернее тучи, совершенно не понимая чего ожидать.
Мы с Альесом ждали посланника с другой стороны. Вредный симбиот всё ещё мнящий себя богом, теперь уже богом ехидства не переставал жужжать о разнообразных вариантах умерщвления Суори. Чем они ему так насолили?
А ведь я никогда не спрашивал, сколько лет он провёл в заточении, вдруг пришла запоздалая мысль.
— Не много. — у Альеса даже голос изменился. — Для сущности моего уровня времени не существует, ну, почти. Но скажу так, его хватило на то, чтобы начать мыслить как человек и общаться с другими людьми.
— Типо меня?
— И тебя тоже. — казалось я впервые испортил ему настроение, если оно у него было. — Я думаю, что чем больше провожу времени взаперти, тем больше становлюсь человеком.
— Но ты же когда-то был человеком, тут нет ничего страшного.
— Однажды вкусив настоящее могущество, ты поймёшь насколько ошибался. Надеюсь у меня получится тебе показать один трюк. Когда там тренировка с твоими женщинами?
— Уж они точно не мои.
— Но как хотелось бы, да? — ехидна снова почувствовала слабину.
— Иди ты!
— Тут нет ничего зазорного, это просто природа моей раб…
— Я сказал хватит! — тут до меня дошли его последние слова. — Что ты сказал? Природа твоей работы?
— Да, если бы ты слушал меня внимательнее, мог избежать кучи вопросов. — симбиот театрально замолчал, тонко понимая, когда у меня кончается терпение в этот момент продолжая рассказ. — Ты наверняка заметил, как изменилось твоё отношение к женщинам. Теперь тебе мало близости.
— Я думал, это потому, что возросли резервы организма.
— И поэтому тоже. Но в основе идёт наша с тобой разница потенциалов, моя энергетика всё ещё имеет в себе много человеческого. Раньше, имей я детей, я имел запасной аэродром, по сути снова таки оставляя шанс на возрождение, но кроме всего прочего увеличивая силу.
— Силу? Они выступали как аккумуляторы?
— Да, что-то вроде того. В твоём мире нет такой ветви, как вера, поэтому тебе не понять. Если вкратце, как итог того, что со мной сделали клятые Суори, в тебе сейчас работают мои инстинкты, но ты не способен передать часть меня.
— Но вполне способен иметь детей. — вслух отмечаю я.
— А что тебя останавливает? — удивился симбиот. — Пора задуматься о продолжении рода.
— Я ещё…
— Что? Молод? Это временно, даже твоя скоротечная жизнь, не говоря о наступающей войне, где ты можешь умереть каждую секунду.
— Твои инстинкты как-то можно погасить?
— Нет. Более того, они будут усиливаться, чем крепче наша связь, тем сильнее влияние моего характера.
— Стоит ждать ещё каких-то сюрпризов? — вот тут стало страшно, страх потерять себя как личность даже больше страха смерти.
— Скажем так, я был не простым человеком и не самым лучшим богом. Пошли учить молодое поколение, быстрее.
Симбиот сменил тему, день давно закончился, за окном царила непроглядная тьма. Мы отправились на запланированную тренировку.
В зале нас уже ожидали не только девушки. Кроме Аделины и Влады на тренировку пришла группа поддержки в качестве десятка студентов. В рядах молодых людей затесалась даже Анна Александровна.
Девушки весело о чём-то разговаривали, когда я вошёл внутрь.
У одного из углов растянулся Али. Зверь ещё больше вымахал, но не потерял своей грации и дружелюбия по отношению к людям. На моих глазах несколько девушек из студентов подошли и погладили его, на что он только фыркнул.
Лара и Анастасия тоже присутствовали, девушки не знали чем себя занять, поэтому пропустить зрелище априори не могли. Отец Лары, Герман, теперь тоже был с нами. Все его планы по таверне и бракосочетанию дочери пошли прахом. Мужик здорово расстроился, но в итоге быстро нашёл себя в работе на Фонвизиных.
Герман и Генри быстро наладили общение и первый перешёл в распоряжение старого немца. Теперь парочку можно было часто видеть вдвоём, особенно в одном из принадлежавших роду ресторанчиков, где в отдельных апартаментах часто работал и проводил переговоры управляющий.
— Добрый вечер. — поздоровался я с девушками. — Готовы к спаррингу?
— Всегда готовы! — бодро козырнула Влада.
— Знать бы, к чему готовится. — Адель не разделяла оптимизма подруги.
— А где доспех? — Влада показательно покрутила головой, даже заглянула за спину.
Я поморщился, вспоминая диалог с Альесом. Он сказал, что всё под контролем, что якобы он всё просчитал. Доспех нам не нужен.
Меня пугала перспектива получить по голове мечом, а спарринг будет проходить в полный контакт с оружием. Уверенность бога хаоса чуть приглушила
