с арабами, — это раздел Палестины и статус меньшинства для части арабов в еврейском государстве. Несомненно, сионизм допустил много ошибок и просчетов в своей политике по «арабскому вопросу». Однако, как ни рассматривать эту проблему, очевидно, что конфликт, связанный с иммиграцией и колонизацией, был неминуем, ибо не существовало основы для компромисса. Сионисты могли и должны были уделять больше внимания обидам и стремлениям арабов. Но на какие бы уступки они ни пошли в культурной сфере, арабы все равно сопротивлялись бы иммиграции, опасаясь ее неизбежных последствий.
10. С арабской точки зрения, сионизм был агрессивным движением, а еврейская иммиграция — вторжением. Сионисты виноваты в том, что вели себя так же, как другие народы, — только начали действовать позже, в силу исторических обстоятельств. Национальные государства в ходе истории возникали не в результате мирного развития и законных договоров. Они вырастали из вторжений, колонизации, насилия и вооруженной борьбы. Историческая трагедия сионизма заключалась в том, что он появился на международной сцене в тот момент, когда на карте мира уже не осталось свободных мест. Где бы евреи ни решили поселиться, рано или поздно они вступили бы в конфликт с местным населением. Сама задача создания национального государства неминуемо влечет за собой несправедливость. Коренное население либо поглощается и ассимилируется, либо уничтожается, либо изгоняется. Изгнание десяти миллионов немцев из Восточной Европы было немедленно признано внешним миром как свершившийся факт; тех же, кто не хотел смириться с этой несправедливостью, называли реваншистами и разжигателями войны. Учитывая особенности Советской власти, было очевидно, что новый порядок в Восточной Европе можно изменить только новой мировой войной. Сионизм же был не настолько силен и не угрожал мировой войной. А в результате территориальные перемены в Восточной Европе были приняты как необратимые, а изменения на Ближнем Востоке многие продолжали ставить под сомнение.
Сионистов атаковали на уровне абстрактной справедливости: утверждали, что евреи не имеют права на свое собственное государство, потому что они предъявили это требование слишком поздно и потому, что создание еврейского государства неминуемо скажется на судьбе другого народа. Заявляли, что при данных обстоятельствах евреи как группа не имеют права на выживание. Но любые аргументы, связанные со смыслом существования наций и государств, обоюдоостры, не говоря уже о том, что евреи стояли перед опасностью истребления не только как группа, но и как отдельные люди. Точно так же на уровне абстрактной справедливости тот факт, что какая-то нация или государство существовали длительное время, еще сам по себе не служит доводом в пользу их дальнейшего существования — если только эта нация или государство не внесли важный вклад в развитие человечества. А на такие заслуги могут претендовать лишь немногие нации и государства. С другой стороны, если можно отстаивать идею равного распределения собственности между отдельными людьми, то она применима также (на уровне абстрактной справедливости) к народам и нациям.
11. Не считая арабской оппозиции, сионизм подвергался критике с самых разных сторон. Сопротивление ультра-ортодоксальных евреев основано на абсолютно иной системе верований и ценностей, поэтому места для дискуссии крайних ортодоксов с сионистами просто не остается. Нерелигиозная критика сионизма встречается в различных вариантах, но в конечном итоге она всегда основана на одних и тех же идеологических предпосылках. И крайние «левые» критики, и либеральные сторонники ассимиляции опираются на аргумент, согласно которому сионистское движение — это анахронизм, ассимиляция же — неизбежный исторический процесс и что он зашел уже слишком далеко и не может быть остановлен и повернут вспять. Отсюда делается вывод, что желание евреев как национальной группы продолжить свое существование противоречит ходу мировой истории. Поскольку социальное и экономическое развитие ведет к постепенному исчезновению национальных особенностей, то любая попытка остановить этот процесс реакционна по своему характеру. Если в прежние эпохи национальные государства играли прогрессивную роль, то теперь национализм превратился в препятствие на пути к дальнейшему прогрессу. Евреи просто-напросто первыми подверглись денационализации; затем за ними последуют и другие государства. Вместо того чтобы пытаться вернуться к национальному государству, евреям следует исполнять роль, предназначенную им самой историей, — роль авангарда нового мирового порядка. По мнению либералов, антисемитизм обязательно должен исчезнуть с распространением цивилизации и просвещения. Согласно радикальным «левым», он исчезнет с уничтожением капитализма.
В ранний период лидеры сионизма до некоторой степени разделяли веру в прогресс человечества. Но они не верили, что новый мировой порядок возникнет достаточно быстро, и опасались, что тем временем преследования и гонения продолжатся. И действительно, ход мировой истории не подтвердил оптимистических прогнозов. Если цивилизация и прогрессирует, то происходит это крайне медленно. Национальные движения и национальные государства повсеместно процветают и далеки от упадка. Идея международной солидарности рабочего класса звучит все реже и реже — даже как лозунг. Антисемитизм возник раньше капитализма и до сих пор существует в посткапиталистических обществах. Поскольку коммунизм отошел от пролетарского интернационализма и превратился в националистическую ветвь социализма, положение евреев при этих режимах и в коммунистических движениях сделалось весьма шатким. Более того, участие евреев в радикальных политических движениях привело к очередному подъему антисемитизма — независимо от того, достигли эти движения власти или нет. Таким образом, «нееврейский еврей» косвенно способствует возрождению еврейского национализма.
12. Основной причиной слабости сионистов являлся тот факт, что условия для воплощения сионистской мечты никогда не были благоприятными. Сионизму не удавалось преодолеть инертность еврейских масс; ему никогда не хватало ресурсов. Создание национального дома в одной из самых нестабильных зон, в борьбе с арабами и без мощных союзников, означает, что будущее еврейского государства останется неопределенным еще долгое время. Ограниченность территории Палестины с самого начала предопределила ее неспособность принять большие массы иммигрантов: она всегда служила национальным домом менее чем для пятой части всего еврейского населения мира. Даже те евреи, которые сочувствовали сионизму, далеко не всегда решались эмигрировать в Палестину. Лишь крайне незначительная доля американских, британских, французских и немецких (до 1933 г.) евреев обосновалась на территории еврейского национального дома. В этих странах не было социально-экономического «объективного еврейского вопроса», несмотря на то, что концентрация евреев в определенных профессиональных областях до сих пор иногда создает напряженность и время от времени даже превращалась в политическую проблему. Но процесс ассимиляции, прерванный нацистами, снова набрал силу. Процент смешанных браков заметно возрос. В таких обстоятельствах одних лишь политических и экономических мотивов явно недостаточно, чтобы отдельные евреи делали выбор в пользу сионизма. К эмиграции в Израиль их, скорее, могут побудить стремление к новому образу жизни, идеализм и отсутствие в Израиле некоторых проблем, характерных для западного мира.
13. Основная цель сионизма была двоякой: восстановить достоинство еврея в глазах неевреев и возродить еврейский национальный дом; дома
