Старый эльф неуклюже поднялся на своих тонких, словно жерди, покрытых болотного цвета кожей ногах. Отряхнул грязную набедренную повязку — единственный предмет гардероба, который на нем присутствовал — и прищуренным взглядом водянисто–серых с краснотой глаз уставился на двух ведьм, ставших теперь бок о бок с поднятыми волшебными палочками.
Старый сморщенный домовик злобно усмехнулся, растягивая в отвратительной гримасе беззубый старческий рот. Он казался куда более живым, чем Гермиона привыкла видеть когда‑то: деятельный взгляд злорадно горел, бегая по лицам своих визави, маленькие зеленые пальчики с мышиными коготками безостановочно перебирали воздух; на левом боку эльфа выделялась темная, отвратного вида гематома, а одно из больших, как у летучей мыши, ушей сильно обгорело — обугленная кожа сморщилась и почернела, да и пучок седых волос торчал теперь только из второго, здорового уха домовика. Несмотря на все эти жалкие подробности, вид у Кикимера был очень высокомерный и ехидный, а длинный мясистый нос и вовсе ходил ходуном.
— Здесь всё провоняло магглами! — начал он.
— ГОВОРИ!!! — взревела Гермиона, и из ее палочки фонтаном посыпались пурпурные искры. — Или пожалеешь, что всё еще жив, мерзавец! Что тебе велено передать?! Где этот ублюдок и мой ребенок?!!
— Где они есть, тебя нет, ведьма, — философски заметил эльф, внимательно изучая ее перекошенное лицо. — Можешь убить Кикимера, а не узнаешь. Хозяин запретил говорить. Слушай сюда.
Гермиона стиснула кулаки, но сдержалась. Стоящая рядом Джинни закусила губу и так впилась пальцами в угол шкафа, что побелели костяшки.
— Во–первых, Темный Лорд не должен узнать о случившемся, — тихо, но внушительно сказал домовик. — Если Темный Лорд окажется здесь, ребенок умрет.
— МРАЗЬ!!! — не выдержала молодая мать и полоснула эльфа плетью заклятия так сильно, что он повалился на ковер. Джинни схватила ее за руки.
Кикимер медленно поднялся на ноги и исподлобья уставился на ведьм.
— Он не посмеет, — тихо сказала Джинни, сжимая руки своей подруги, — он не посмеет убить ребенка!
Кикимер злобно рассмеялся.
— А ты проверь, изменница! — посоветовал он. — Хозяин жестоко карает виноватых! Дурак Добби заявил, что не будет помогать отбирать у матери дитя! Свинья опять забыла свое место! Сколько раз говорил я, что он плохо кончит, этот отступник и кретин! Хозяин справедлив и жесток. Добби отказался служить — и теперь гниет, как падаль! А у хозяина остался только старый верный Кикимер. Кикимер умеет служить своему хозяину!..
— Гарри убил Добби? — обескураженно пробормотала Гермиона, судорожно сжимая ледяные пальцы своей подруги. — Не может этого быть!
— Убил, как же! — опять расхохотался злобный человечек и тут же зашелся в кашле. — Застегал кнутом насмерть этого ублюдка, — продолжал он, отдышавшись. — «Добби не станет помогать красть дитя у матери, сэр! Это очень плохо!» — передразнил Кикимер ужасным издевательским голосом. — Ха! Теперь корми червей, дурень! То же будет и с девчонкой, если Темный Лорд узнает обо всем, — жестоко закончил эльф.
Гермиона оледенела и вынуждена была схватиться за плечи Джинни, чтобы не осесть на пол. Ноги подкашивались.
— Слушай сюда. Хозяин обменяет ребенка на кулон, который ты, дочь Темного Лорда, носишь на своей шее, — Кикимер указал длинным костлявым пальцем на кулон, трансфигурированный из диадемы Кандиды Когтевран. — Если согласишься, хозяин придет и заключит с тобой Непреложный Обет. Он придет сам, оставив девчонку в надежном месте. Если обманешь, ребенок умрет, и тебе никогда не отыскать его костей! — Кикимер выдержал паузу, наслаждаясь произведенным эффектом, и продолжил: — Вы заключите Непреложный Обет на оговоренных условиях, чтобы каждый был обязан выполнить их или умереть. Потом хозяин принесет тебе девчонку, и вы совершите обмен. Кулон, — грязный длинный палец снова указал на шею Гермионы, — в обмен на ребенка. Думай, ведьма. Я вернусь за ответом через сорок минут. И помни: если здесь появится Темный Лорд, девчонка умрет.
Еще раз злобно рассмеявшись, эльф исчез с громким хлопком. Гермиона медленно осела на пол и закрыла лицо руками.
— Ничтожество, — услышала она сдавленный от гнева, хриплый голос Джинни, — тварь. Неужели он действительно мог убить Добби?!
— Мог, — сказала Гермиона, вспоминая того Гарри, который предстал перед ней полчаса назад в соседнем доме.
Холодный ужас сковал всё тело. Ко всему прочему, она старалась не смотреть на останки Алиры в колыбели своей дочери. Верная подруга до последнего пыталась помочь, защитить Етту от внезапного ночного нападения. Не думая о себе.
Отвратительно и жестоко.
Сметая всё на своем пути. На что еще окажется способным Гарри Поттер для достижения своей цели? Алиру он не знал — пускай. Но убить старого верного Добби, который, судя по всему, столько лет прожил с ним бок о бок, верный и преданный, со своей смешной моралью, со своими убеждениями… С этими огромными честными глазами, полными любви к своему герою.
Герою…
Что будет дальше? Что угрожает Генриетте сейчас?..
— Зачем ему твой кулон? — нарушила тишину Джинни Уизли.
— Это Хоркрукс Papá, — глухо ответила Гермиона, не отводя взгляда от пола, — трансфигурированная диадема Кандиды Когтевран. Я ношу его на шее со дня своего восемнадцатилетия. Papá считал это место надежным.
— Нужно немедленно сообщить милорду.
— ЧТО?!
Оцепенение спало с Гермионы мгновенно, ее будто окатили ледяной водой. Сидя на полу, женщина вскинула на Джинни непонимающий взгляд и невольно сжала палочку. Подруга выглядела очень решительно.
— Ты же не собираешься идти на поводу у этого маньяка?! — спросила она, свирепо сверкая глазами. — Он рехнулся и, кажется, способен на всё! Только милорд сможет быстро разрешить…
— Джинни, он же убьет ее, — прошептала Гермиона, со страшной ясностью осознавая леденящую справедливость своих слов. — Он убьет мою дочь. Нашу Етту.
— Неизвестно, что будет, следуй мы его указаниям! — упрямо заявила Джинни.
— Если мы будем заключать Непреложный Обет, можно оговорить условия.
— Он может обмануть нас!
— Значит, нужно очень внимательно проводить ритуал.
— Неужели ты хочешь отдать ему кулон?!
Они встретились взглядами. Джинни зло стиснула зубы.
— Он убьет Генриетту, — упрямо повторила ведьма.
— Нельзя, чтобы очередной Хоркрукс милорда попал к Гарри! — оборвала ее младшая Уизли, заламывая руки. — Он и так получил медальон Слизерина!
— Что?! — вытаращила глаза наследница Темного Лорда.
— Это было давно, — нехотя сообщила Джинни. — Прошлой осенью. Ты как раз родила Генриетту, тебя решили не волновать.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
