архе-зэка пересела на пристани маленького городка с чисто рейнским дамским именем-названием — Минни. Гавань наполнили суда экспедиции — приказ был «скорейше двигаться к Луксору», капитаны и команды спешили пополнить запасы, остальные военнослужащие — размять ноги и пополниться впечатлениями. Войной здесь и не пахло: пристани тесного порта мгновенно наводнили торговцы съестным и всякой всячиной, вездесущие истошные выпрашиватели «бакшиша» чуть ли не штурмовали боевые барки. Катрин по дороге на флагман прикупила полмешка яблок. Стильный «Латино» начал ныть про дискредитацию высокого звания участника ученой экспедиции, Катрин напомнила, что она по статусу служанка и с хилым багажом выглядит неубедительно. Поскольку заставлять архе-зэка вновь обряжаться в форменную абаю у научного руководства язык не повернулся, Катрин осталась в боевых шальварах и шикарной безрукавке, а арсенал за поясом выглядел несколько вызывающе. Версию насчет служанки пора было признать идейно устаревшей. Но выдумывать что-то новое было лень — и так сойдет. Лицо закрыто — значит, угнетенная женщина Востока, а уж арабского или монтенегрийского, не будем уточнять. Все равно все разумные люди справедливо за шпионку принимают.
Протолкались сквозь скопление зевак и мальчишек, требующих у экипажа «Неаполя» кинуть монетку или хотя бы стрельнуть из пушки.
— О! Э… — начал часовой у сходен.
— Это наша прислуга, она приберет каюту гражданки Монтозан, и… — замялся научный помощник уже хорошо знакомый экипажу «Неаполя».
— Именно. Я специалистка по конюшням и уходу за лошадьми, — подтвердила Катрин. — Солдат, ты за шпионами и поджигателями следи, а с моим жилетом и сорочкой все нормально.
— Мадам! Даже и не думал ничего такого! — запротестовал воин.
— Вот это напрасно и даже обидно. Думать можно. Но незаметно. Ибо войну никто не отменял, — Катрин положила на фальшборт три яблока. — Сменишься с поста, сгрызи. Вкусные, я пробовала. И поясни товарищам по оружию, что научная прислуга — особа простая, но дающая исключительно яблоки.
— Все понял! — часовой молодцевато подтянулся. — Поясню!
…— Как это грубо и прямолинейно, — прошептал шокированный «Латино».
— Что ж мне, реверансы разводить, что ли? — поинтересовалась Катрин, озирая палубу. — Я открыта общению, но сама выбираю, к какому роду общения открыта. Ты сам попробуй, вдруг понравится. Это же не нудная Франция будущего. Нормальные люди, простые разговоры. До письменных взаимообязывающих договоров на флирт еще не додумались.
«Неаполь» на шпионку произвел приятное впечатление. Сразу видно, что флагман: просторно и аж четыре пушки. Правда в реальности «центрального» вектора пушки не особо помогли и флагман флотилии погиб в героическом неравном бою[8]. Будем надеяться, здесь все будет иначе, благо и имя у корабля иное. В любом случае то сражение случилось гораздо позже текущего исторического момента.
Каюта носила следы спешного переоборудования накануне отплытия и последующего хаотичного бытия крайне бесхозяйственной архе-профессорши. Ну и Дикси тут явно отметилась. Впрочем, жить вполне можно. Гораздо важнее, чтоб и спать было можно. Катрин заперла дверь, с удовольствием вспомнила, как удачно «забылась» на «Шеп» окаянная собаченция, и бухнулась на постель. Покрывало снимать не стала — от белья пахло кочевой жизнью, пролитым вином, парфюмерией (вроде бы мужской?), табаком и иными дорожно-археологическими ароматами.
Сон с пыльной пустотой присутствовал, но как-то вполнакала. Потом приснилась почему-то жареная картошка со шкварками, потом, что отплыли и качает (это не приснилось), потом вдруг голодно скулящая Дикси. Во сне Катрин принялась размышлять, как могут приманить снящиеся шкварки снящуюся редкопородную дуру, которая нормального свиного сала в жизни и не пробовала, но тут обнаружилось, что Дикси вовсе не снится, а сидит на подушке и ноет, попихивая лапкой «инструктора по походному конно-собачьему животноводству».
— Ты какого хрена здесь делаешь?! — возмутилась Катрин.
Про хрен крысо-собака ничего объяснить не могла, но всем своим несуразным облезлым тельцем выражала жуткое чувство голода. Катрин, ругаясь, открыла банку НЗ — от консервированной сосиски эксклюзивное животное не отказалось, как и от долек яблока. Дожевывая остаток яблока, архе-зэка обнаружила на столе упаковки с собачьими витаминами и баночки песьих консервов — большинство из них подозрительно вздулось. Стало ясно — Дикси не сама приперлась, а зловредно подкинули неудалого зверька. Вот от профессора такой изощренной хитрости Катрин никак не ожидала. Теперь уже отчалили, возвращать «пропавшую» собачку придется при случае.
— Ладно, живи. Не за борт же тебя выкидывать, — молвила инструктор-собаковод.
Хитрозадая зверюшка немедленно решила, что станет жить прямо на кровати, но была согнана с постельного олимпа на пол. Впрочем, добросердечная надзирательница швырнула собаке одну из подушек — все равно профессорские, не жалко.
Доев сосиски (что-то вкус их становился все более сомнительным), Катрин вновь завалилась спать. Но сосисочный привкус спугнул дивные шкварочные грезы, правильные сны не шли, опять начала нагнетаться серость и девушка на всякий случай проснулась.
Делать было нечего, с палубы доносились голоса — судя по интонациям, офицерские — но выходить «в свет» не было никакой охоты. Катрин посетила коллегу — научный помощник корпел над ксерокопиями карт. На вопрос «кто собачку запустил?» отпираться благоразумно не стал, повинился: уже перед отплытием заскакивала профессор, сказала, что все договорено, всучила Дикси.
— Имей в виду — входя в запертую каюту, можно наткнуться лбом на случайную пулю, — намекнула девушка.
— Я стучал, но ты спала как убитая. И тут ключи для всех кают одинаковые. Но я на постель даже не взглянул! — поспешно заверил «Латино».
— Верю — Катрин смотрела на веер в руках младшего археолога. — Да, кондиционеров здесь не хватает. Слушай, ты бы меня представил командору и офицерам. Не то что я безумно жажду блестящего флотского общества, но вроде как-то так полагается.
— Ты же вроде служанка. Я не уверен, что твое положение…
— Помнится, я была представлена лично генералу Дезе. Полагаю, это явное повышение статуса и приравнивание к категории «боевой денщик-подпрапорщик с правом ношение оружия». Впрочем, я здешних офицеров не знаю, может, мне действительно лучше в обществе канониров и вольтижеров вращаться.
— Зачем же обязательно к канонирам? — забеспокоился «Латино». — Но как тебя представлять? Это же офицеры, моряки, люди относительно образованные, воспитанные. Я уже не говорю об академике-аристократе. Тут ведь и сам… Впрочем, эта фамилия тебе вряд ли что-то скажет. Твою жалкую басенку о Черногории эти люди вряд ли проглотят. Наверняка кто-то из них там бывал.
— Черногория маленькая, но необъятная страна. Я из отдаленного медвежьего
