и следа, и я всем своим телом прилипла к торсу мощного ректора.
Только его ехидная улыбочка сумела встряхнуть моё чувство собственного достоинства, и я вернула минимальную дистанцию мной и Маро, как было.
– Мы на месте. – Стайлс спрыгнул на землю с лёгкостью горного мелкорогатого… скота.
«Как-то козлом назвать ректора – незначительно… ничтожно, что ли. Вот «скот» – другое дело». – Поднимая себе настроение разными способами, не погнушалась примитивного – принизить достоинство человека, который тебе не нравится.
Меня просто потряхивало от жути. Пусть солнце стояло в зените, но за коваными воротами стелился пепельный туман. И входить в него желания у меня вообще не наблюдалось!
– Готова? – С усмешкой спросил Стайлс, привязав лошадь к дереву, подходя к воротам и вытаскивая ключ.
– Нет.
– Какой популярный ответ. Ты заставляешь меня скучать. А где…
– Идите лесом.
– А вот и она.
– Кто – она? – оглянулась испуганно. – Мы ещё кого-то ждём?
– Ха! Забавно. Нет. Я о другом. Точнее о другой – твоей потешной раздражительности. Не бойся. Никто к тебе не подойдёт и не навредит, пока ты со мной.
– А если я потеряюсь?! Если вы вздумаете бросить меня, чтобы «потешиться» ещё раз!?
– Не брошу, – нахмурился Стайлс, поворачивая голову ко мне. – Это опасно и безответственно. Никакое развлечение не стоит человеческой жизни.
Замок громко щёлкнул, и моё сердце тут же пропустило удар.
– Идём.
Глава 7. Романтика на кладбище – к трупам
«Истерика, как баня, процесс интимный»
– Проверка на пробуждающие силы не займёт много времени, – продолжал говорить Маро, подталкивая меня вперёд в туман. Я истерично высматривала зомби, но на горизонте было чисто. – Сейчас я просканирую кладбище, найду свежую могилу, и ты попробуешь поднять покойника. Если будешь меня слушаться, мы успеем к обеду.
– Мысли о еде – последнее, о чём я способна сейчас думать.
– Соберись. Ты зациклена на надуманном образе примитивной нечисти. Всё не так страшно. Подконтрольный пробуждённый может даже приносить пользу. Иногда даже спасти жизнь, если на тебя охотятся неприятели.
– Это противоестественно, – бормотала себе под нос, двигаясь только после того, как меня пихнут в спину. Могилки выглядели опрятно, убрано, точно перед пасхой или Красной горкой, но доверия не внушали. Моя фантазия до того дошла, что я ожидала в любую секунду увидеть, как земля разверзнется, и начнётся «Обитель зла».
«Одно понятно – способность поглощать попкорн я переоценила. Сейчас у меня челюсти с трудом получается разомкнуть! Что говорить!?»
– Гадко… безобразно. Человек умер, а некроманты надругаются над усопшим, тревожа его покой.
– О! Да с таким мышлением тебе в Царос! Драконы презирают некромантов. Им больше нравится предаваться науке, расчленяя живых.
Маро вытянул руку и принялся медленно вести её слева направо.
– Фу! Вы говорите отвратительные вещи!
– Ты, как маленькая. – Не отвлекаясь, горько усмехнулся мужчина. – Вытащи голову из розовой ваты. Знания требуют цену. Нет ни одного выдающегося учёного или целителя, не навредившего хотя бы одному своему пациенту! Нет прорыва без тщательного изучения болезней или иной причины смерти. Херонцы все дают разрешения на подъём своего тела. Дух уходит к источнику вместе с памятью своей оболочки на перерождение. Да, она заблокирована и редко может новому носителю показать то, кем была его ипостась до него, но мы так устроены. Это наша сущность. Тело – всего лишь тело. Я нашёл.
– Что?
– Того, кто скажет нам, подойдёшь ли ты на целительский факультет некромантики.
– Не хочу. Я не хочу. Мне это претит. Пожалуйста, давайте не будем?
– Успокойся немедленно. Ты дрожишь. – Дёрнув на себя, Стайлс неожиданно меня обнял, окутывая теплом собственного тела. – Я не могу позволить тебе идти на поводу у страха. Сама подумай. А если ты – выдающийся некромант?! Нельзя бояться своих сил. Нужно принимать себя полностью. Не трясись. Ты же была такая боевая. Чего ты боишься?
– Мёртвых.
Ректор попытался отстраниться, но обнимать его торс было слишком надёжно, чтобы так просто отпустить безопасное положение самой себя.
Недолго думая, Маро обхватил двумя пальцами мой подбородок и приподнял его, опаляя горящим взглядом красных глаз.
– Бойся живых.
Обниматься с демоном мне резко перехотелось.
Одёрнув руки, отошла от Маро на безопасное расстояние.
Ректор моргнул, и его глаза вернули себе естественный цвет.
– И чего ты такая шуганная? Как собираешься с дикими бороться? Даже в распрекрасном Царосе небезопасно. Одичавшие драконы – похуже нечисти будут. Зря мы забрали тебя. Таким, как ты, тут не место.
Обидно. Наверное, именно это чувство одолевало меня больше других, когда Стайлс громко фыркнул и повернулся к белому надгробию.
«Козёл…»
– Вот нужная нам могила. Иди уже сюда. Становись за памятником. Вот так. Голова покойника с той стороны, поэтому у тебя будет время установить над телом контроль.
– Как?
– Пока мы не знаем, точно ли ты инициирована или нет, поэтому предлагаю пользоваться сырой магией. Без всякой распальцовки. Просто смотри на него и мысленно приказывай служить тебе.
– Приказывать восставшему трупу, – пробормотала я, чувствуя, как дрожат губы. – Вроде понятно.
– Я буду стоять здесь. Ничего не бойся. Если что, я упокою старика.
– С приказами понятно, а как его заставить восстать?
– Мне нравится твой энтузиазм, – хмыкнул Стайлс, скрещивая руки на груди. – Вообще, я планировал сам его поднять, но раз тебе интересно… Вытяни руку и скажи: «Найриг сас». Ничего сложного. Нечисть только и ждёт этих слов, так что выпрыгнет, как миленькая, едва почувствует призыв. Главное, не вздумай давать дёру. Вот где я точно помощником не буду, так это в организации побега. Все мои адепты встречают трудность с достоинством!
«Точно козёл».
Раздражённо вытянув руку перед собой, представляя на месте трупа высокого и накаченного ректора Ним, злобно прошипела:
– Найриг сас!
Земля под ногами зашаталась, быстро избавляя меня от глупых обид.
Чтобы не оказаться придавленной надгробием, которое заходило ходуном, сделала пару шагов назад, после чего принялась сверлить жёлтый песок настороженным взглядом.
Кто-то, точнее «что-то» рыло тоннель изнутри, выбираясь на свободу.
«Ох, ты ж … чтоб тебя …» – вместо приказов подчиниться мне, мысли атаковала паника и нецензурная брань.
– Соберись, Киселёва! – Рыкнул на меня ректор, упирая руки в боки. – Не будь тряпкой. В Хероне любой ребёнок может справиться со свежим мертвяком.
«Да как же ты меня достал! Пошёл в…»
Как в лучших традициях хоррора пласт земли разорвала рука землистого цвета… и меня резко затошнило. Тяжёлый ком застрял в горле, а нижняя челюсть онемела, готовясь распрощаться с мини-завтраком прямо сейчас.
– Куда тебе в Ним! – Продолжал насмехаться надо мной Маро. Наверное, это был один из его излюбленных
