Этой самой… психо-эмоциональной сферы. А я знал, что она дура!
— Сам дурак! — огрызнулась Миара.
— Это не про интеллект. Это про эмоции, — поправил Миха. — Что еще?
— Рекомендуется внесение в эмоциональный профиль стабилизирующего кода… — рука замерла над экраном, а взгляд Джера стал задумчивым-презадумчивым. — Может, и вправду? Если она спокойней станет, всем же ж хорошо будет.
— Не мне!
— И тебе! — пообещал он.
— Нет, — Миха с трудом сдержался, чтобы не перехватить руку. Вдохнул. И выдохнул. — Эту вещь сотворили Древние. И времени с того момента прошло много. Нельзя быть уверенным, что она работает… адекватно. В смысле, что правильно. И что их способы подойдут нам. И что это вмешательство и вправду будет полезно. Может и наоборот…
— Свихнется окончательно? — кажется, подобный аргумент Джеру был понятен. — Ну да… нафиг, она и так истеричка долбаная, а тут вообще… кстати, у нее ранг оператора третьего уровня. И предлагает повысить доступ…
— Повышай.
— А…
Палец тыкнул куда-то в угол экрана. Но во взгляде Джера читался вопрос. И Миха пояснил:
— Доступ открывается внутри системы. Он никак не затронет саму Миару. Это как если… ты даешь ей ключи от дверей своего замка.
— Понятно, — мальчишка кивнул. — А у тебя это… рассинхронизация малых энергетических потоков вследствие… — он снова запнулся, проворчал что-то под нос и продолжил-таки. — Вследствие естественной разнородности биологического материала… это как?
— Это так, что его тело изменяли, — проговорил Карраго мягко. — Причем используя части других организмов. И тот, кто это делал, был неплохим мастером, но полностью синхронизировать течение энергии в разных тканях практически невозможно.
— А оно предлагает…
— Не стоит, — Миха подвинулся ближе к экрану. — Оно и будет предлагать. Если… когда убедимся, что в этом есть смысл, что эти изменения безопасны, тогда и попробуем. А пока нам нужно немного иное. Сдвинь личные карты… не закрывай, а просто в сторону.
Джер запыхтел.
— И вызови карту местности.
Если таковая имеется. А она должна быть.
Экран мигнул, пошел рябью.
— Ух ты!
Стало быть, получилось. Вот… все-таки в обычных стационарных мониторах есть свои преимущества. Там изображение видно не только хозяину монитора.
— А тут… речку вижу! И мост! Только… это… внешний проводящий контур… ага, высокая степень деструкции. Нарушение целостности силовых каналов. Рекомендуется проведение ремонтных работ. Она хочет, чтобы я дал разрешение…
— Погоди, — покачал головой Миха. — Найди на это карте нас. Можешь?
— Ага. Вот, — Джер ткнул пальцем в середину мерцающего экрана.
— А теперь найди башню…
— Запрос некорректен.
— Попробуй иначе. Главный объект. Или как-то так…
— Контрольный пункт?
— Подойдет. И попробуй проложить дорогу. Скажи системе, она…
— Вот, — палец чиркнул в сторону. — Тут по ходу совсем рядом… и отключить охранные контуры? Внутренние. Внешние, наверное, пусть будут… это те, которые там…
— Пусть будут.
— И предлагает снять внешнюю визуализацию для перераспределения энергетического потока… это как?
Небо.
Нарисованное небо.
И хорошо, если только оно.
Миха ненадолго задумался. Если убрать, то… уберется ли только небо? Или все вокруг, это тоже ненастоящее? Вот как, находясь в созданной хрен знает кем игре, осознать, что именно является частью этой игры, а что — нет?
Он затряс головой.
— Потребуй детализацию.
— А… а, да… отключить массив данных… погоди, небо. Оно предлагает выключить небо⁈ Это… это как? Нет, маску с кодовым… «небо». У неба есть маски?
Джер отвернулся от экрана и заморгал часто, растеряно.
— Отключай.
— А если небо исчезнет⁈
— Не исчезнет.
— Ты… уверен?
Скажем так, Миха был почти уверен, но его опередил Карраго.
— Сидя в башне ты можешь смотреть в окно и видеть то, что за этим окном. То, что ты видишь, будет существовать. Не важно, горы, пропасть… селяне со стадом быков.
— Быков стадами не держат, — буркнул Джер.
— Я рад, что ты это знаешь. Но ты понял, о чем я. А теперь представь, что ты закрыл это окно картиной.
— Зачем?
— Допустим, не хочешь смотреть на селян. А хочешь на море. Или сказочный город. Или единорога видеть.
— Это ж будет видно, что он нарисованный! Хотя… погоди… хочешь сказать… — Джер задрал голову и уставился на небо. И Карраго. И все остальные. — Оно выглядит совсем настоящим. И зачем кому-то рисовать небо, если… если небо есть уже? Нормальное?
— А вот отключи, — Карраго прищурился. — И посмотрим.
— Ну…
Пальцы мальчишки дрогнули.
Он вздохнул.
И ткнул куда-то в центр пятна.
Несколько мгновений не происходило ровным счетом ничего. Затем облака поблекли, потеряли цвет, да и само небо сделалось мутным, серым, будто кто-то там, сверху, плеснул ведро грязной воды.
— Как-то оно…
Серость не таяла, скорее уж становилась более насыщенной, обретая характерный перламутровый отлив.
— Это на небо не совсем и похоже…
— Это и не небо, — Миха потер глаза, которые заломило. — Солнца нет, звезд тоже. Скорее всего так выглядит защитный контур…
— Ага. Силовой. Модели… тут какие-то цифры и много. Я столько считать не умею!
— И не надо, — стало легче от того, что он, Миха, угадал. — Что еще пишет.
— Специв… Специфк… короче, что степень однородности упала до шестидесяти семи процентов. Необходим ремонт третьей и шестой установок… и еще много чего пишет. Значит, это… вроде щита?
— Вроде, — согласился Карраго, разглядывая купол с интересом. — Полагаю, он подобен тому, который использовали в замке, но более сложный? Несомненно… интересно… магия Древних поражает.
— Не магия, — поправил его Миха. — Техника… что ж, что там еще отключить можно?
— Ну… маска дополнительной реальности… отключена. Это как?
— Это иллюзии, думаю, — Миара, притихшая было, поднялась. — Проклятье… как-то это действует на нервы, когда мир, который окружает, оказывается ненастоящим.
— Ага… можно включить навигатор… надо?
Свет, проникавший сквозь купол, тоже казался серым. И в этом свете и деревья, и трава, и люди словно подернулись невесомой пылью.
Дышать и то стало сложнее.
Иллюзия.
Просто еще одна иллюзия. Выверт психики, не согласной принимать такой вот, обрезанный мир.
— Ну вот, — Джер свернул экран. — Я теперь знаю, куда идти. Тут недалеко… тут на самом деле недалеко! Честное слово!
— Тогда, — Карраго дернул шеей и потер её. — Думаю, не стоит зря тратить время.
Глава 39
Глава 39
Винченцо
Как-то очень скоро заболели глаза. Винченцо сперва решил, что пыль попала. Случается. И с магами тоже. Магия, если подумать, не дает особых преимуществ, особенно когда дело пыли касается.
Небо давило.
Нет, Винченцо осознавал, что оно никуда не подевалось, что даже Древним вряд ли под силу было бы убрать небо. Дело в куполе, который встал между этим самым небом и людьми.
И раздражал.
Если снять… мальчишка наверняка мог бы…
— Обидно, да? — Карраго, старая сволочь, обладал удивительным чутьем на чужие слабости. И Винченцо даже не удивился, когда тот возник рядом.
Шел вот.
Ровно так, спокойно… недалеко идти? Не верится. Здесь, под куполом, восприятие искажено. Времени. Расстояния. Кто знает, чего еще. И глаза чешутся. И ноют там, внутри черепа, будто давит что-то на них. Главное, ощущение такое, что стоит чуть напрячься, и эти глаза выскочат из орбит.
Успеть бы поймать.
— Юноша, безусловно, талантлив… одарен… и удивляет, когда вот так… одни с юных лет жилы рвут, пытаясь достичь чего-то, а другим все дается просто так.
— Ничего не дается просто так, — и жарко, с тех пор, как небо изменилось, жару прибавилось. Тоже действие купола? — За все когда-либо да спросится.
— Ты это понимаешь. Я понимаю. А вот он — сомнительно. В этом возрасте все воспринимается несколько… идеализированно.
— Чего ты хочешь? — Винченцо все-таки не удержался и потер глаза. До чего неприятное ощущение. И главное, совершенно иррациональное.
— Грубовато.
— Глаза болят.
— Помочь?
Стоило бы отказаться, но Винченцо кивнул. И остановился. Как и Карраго. Его пальцы чуть надавили на глазные яблоки. Боль была резкой и острой.
— Не дергайся…
Винченцо выдержал. Появилась мысль, что с Карраго станется глаза выдавить. Но боль схлынула, а с нею ушло и это неприятное раздражающее ощущения давления. И зуд стих.
— Так
