– Тем, что в фамильных сундуках еще что-то осталось, мы обязаны исключительно счастливой случайности. У меня нет обиды на Господа за то, что он поразил Фредерика болезнью, приковавшей его к постели. Ведь благодаря ей ему удалось сохранить то немногое, что еще оставалось нерастраченным.
Софи почувствовала, как оцепенение постепенно отпускает ее. Казалось, она вот-вот потеряет сознание.
Тремонт еще не закончил. Он сцепил руки за спиной и стоял, покачиваясь перед девушкой.
– Ты самоотверженно ухаживала за своим отцом в последние годы его жизни, что делает тебе честь. Твоя забота и преданность достойны всяческих похвал, но за это время имение пришло в еще больший упадок, плата за аренду упала, а доходы, и без того низкие, совсем иссякли. Я сам видел счета, София. Если у тебя так много замечательных рецептов, как управлять землями, то именно тогда и следовало применить их на практике, не так ли? Мы никоим образом не причастны к истории с маркизом. Не мы пустили слух о помолвке, но раз уж обстоятельства так сложились, чрезвычайно глупо не воспользоваться счастливым случаем. Тебе следует хорошо поразмыслить над своим отказом, моя дорогая, и подумать, какую пользу могло бы принести тебе замужество.
Тремонт почувствовал, что Софи сейчас просто не в состоянии защищаться и представляет собой легкую добычу, но он не остановился.
– Что ты можешь иметь против тех прекрасных вещей, которые привнес бы в твою жизнь брак с Истлином? Тебе бы с лихвой хватало того содержания, которое он бы тебе назначил. Ты стала бы хозяйкой его огромных земель в Брайдене и Истер-Хилле и в его городском особняке. Тебя всюду принимали бы как желанную гостью, перед тобой открылись бы все дома, ты имела бы роскошные экипажи, шикарные наряды и лучшую ложу в театре.
«И вдобавок его любовницу», - подумала Софи, но на сей раз ей достало здравого смысла промолчать.
– Я бы хотела пойти к себе в комнату, если вы не против, - попросила Софи.
Гарольд и его отец обменялись быстрыми взглядами.
– Конечно. И ты подумаешь над тем, о чем мы говорили сегодня, не так ли, дорогая? - ответил Тремонт.
Софи кивнула, сомневаясь, что сможет думать о чем-нибудь еще.
– Очень хорошо, - констатировал граф довольным тоном. - Кто-нибудь будет время от времени справляться о том. что ты там надумала.
И Софи поняла, что ей не скоро придется покинуть свою спальню.
***
Вдова Сойер собиралась ехать кататься в парк, когда ей доложили о визите маркиза Истлина. Час довольно поздний для прогулки, но миссис Сойер хорошо известно, что виконт Дансмор имеет обыкновение именно в это время разъезжать вдоль тенистых аллей парка, и вдова желала во что бы то ни стало познакомиться с ним. Однако Истлина нельзя так просто выставить за дверь, тем более ему уже сказали, что госпожа сейчас дома. Чтобы наказать Истлина, явившегося к ней без предупреждения, миссис Сойер решила заставить его дожидаться в гостиной, пока она сменит свою амазонку для верховой езды на более подходящий наряд.
В конце концов она выбрала рубиновый шелк. Истлин не раз говорил, что платье рубиновых тонов выгодно оттеняет ее роскошные волосы цвета эбенового дерева и белоснежную кожу. Служанка искусно переменила ей прическу, украсив ее гребнями из слоновой кости. Наряд довершали шелковые чулки, домашние туфли из мягкой красной кожи и крошечные жемчужные сережки в маленьких прелестных ушках. Смочив шею и запястья там, где бился нетерпеливый пульс, розовой водой, она сочла себя готовой к встрече с маркизом.
Истлин поднялся с кресла, когда она вошла в гостиную. Маркиз сделал вид, что оценил миссис Сойер по достоинству.
– Ты отлично выгладишь, Аннет, - проговорил он вместо приветствия.
Она вопросительно подняла темную бровь.
– И все? Я собиралась выглядеть восхитительно, прелестно, очаровательно. Разве мне не удалось, скажи? - Аннет закрыла за собой дверь и пересекла комнату, протягивая руку маркизу.
Она прекрасно знала, что у него не будет возможности уклониться. Безупречные манеры представляли собой брешь в броне Истлина. Она смотрела, как его губы легко коснулись ее руки.
– Ты великолепна, - повторил Истлин. - Как всегда. «Но можно ли назвать тебя восхитительной?» - подумал маркиз. Нет, подобное слово никогда не ассоциировалось у него с Аннет. Оно подразумевало какую-то душевную теплоту, которая отсутствовала в ее характере.
Она сделала книксен в ответ на его комплимент, но предпочла не развивать затронутую тему дальше.
– Почему бы тебе не присесть, - сказала Аннет, жестом указывая на софу. - Могу я предложить тебе выпить? Я все еще храню твой любимый сорт виски.
– Спасибо, ничего не нужно. - Истлин миновал софу и предпочел усесться в кресло. - Я не собираюсь задерживаться надолго. И, кроме того, ты ведь уже на содержании у какого-то другого мужчины.
Аннет села и пригладила волны шелка, обвивавшего ее колени.
– Да, - призналась она. - Удивительно, что тебе уже известно. И тем более странно, что ты все-таки нанес мне визит. Лорд Браунли помог мне устроиться, а он известен как довольно меткий стрелок.
– Я разговаривал с Браунли, - заметил Ист. - Я застал его за ужином в клубе «Уайте». - Маркиз с явным удовольствием отметил, что ему удалось удивить Аннет. - Вначале он не одобрил моего намерения побеседовать с тобой, но, когда я объяснил ему цель разговора, он отнесся вполне благосклонно.
– Что ж, понимаю.
– Я не вполне уверен, Аннет. Я не мог не заметить, что ты не пожелала мне счастья, в то время как все остальные, кого я встречаю в последние дни, спешат со своими поздравлениями. Должно ли это означать, что ты заведомо не желаешь мне счастья или тебе слишком хорошо известно, что ни о какой помолвке нет и речи?
– С моей стороны довольно неловко приносить тебе поздравления по случаю счастливой помолвки, ты не находишь? В конце концов, мы были любовниками. Возможно, у меня сохранились более нежные воспоминания о нашей былой связи, чем у тебя. Признаюсь, я оказалась во власти ревности - известного всем зеленоглазого чудовища.
Истлин отметил, что держалась миссис Сойер великолепно, и ее серые ясные глаза без малейших признаков зеленого огня ревности смотрели на него с выражением полнейшей безмятежности.
– Ты сама сделала свой выбор, Аннет. Ты предпочла искать покровительства в другом месте. И я не стал задавать тебе никаких вопросов и ничего не потребовал от тебя.
– Ну, если ты так говоришь, Гейбриел, возможно, я поспешила предвосхитить события и сделала ошибку, - передернула плечами Аннет.
– Я хочу, чтобы ты перестала распространять сплетни о леди Софии Колли, которые появились благодаря тебе, - откровенно высказался Истлин. - Меня совершенно не волнует, что ты будешь говорить обо мне. Расскажешь ли ты правду, которая тебе известна, или ложь, которую ты выдумаешь, для меня не имеет значения. Но послушай меня, Аннет, я не позволю тебе использовать невинного человека, чтобы сводить свои собственные счеты.
