Чего в дверь ломитесь, сейчас милицию вызову, — через щель на цепочке прокричала она.
— Здравствуйте, я внучка Василисы, помните меня? — желая скорее урегулировать конфликт Галка подошла ближе к двери соседки.
— Тебя помню, — пробурчала она, — а с собой кого привела, небось стащить чего-нибудь пришли, бабка в больницу, а вы ходите тут без конца, дверь ломаете.
— Скажите, а вы ещё кого-то видели? Кто это был? — спросила Галка.
— Не знаю кто, мужчина какой-то, высоченный, в чёрном весь. Он такой грохот в подъезде устроил, а когда я пригрозила милицией, то на меня так обернулся, думала помру. Я дверь скорее захлопнула, и через глазок подглядывала.
— А чего милицию не вызвала то? — обернулась Марфа. — Только из-за двери тяфкать умеешь?
— А чего это Вы со мной так разговариваете, — обиженно фыркнула соседка. — Я между прочим Василисе помогла тогда, скорую вызвала, врачи меня похвалили, сказали вовремя.
— Вот ты и помогаешь всю жизнь, чтоб тебя похвалили, а где похвалы точно не будет — туда даже не суёшься. Вижу тебя насквозь, гнилая душа и колени сгнили, беги скорее в церковь, грехи замаливай, пока ноги ходят, — Марфа снова отвернулась к двери Вассы и принялась шептать, наклонившись к замочной скважине.
Галка ошарашено молчала, она никак не ожидала такого от бабушки. Соседка тоже похоже не ожидала, так и стояла в дверях с открытым ртом, а потом тихо заговорила:
— Я не сразу подошла, у меня ж колени, — тут старушка на секунду осеклась, но продолжила. — Гремел он сильно, а как я выглянула, то ко мне повернулся и шаг в мою сторону сделал. И тут будто с того мира на меня глаза посмотрели, жуть такая. Я закрылась скорее, думала сердце выпрыгнет. А он упёрся ладонями в дверь Василисы и так стоял минут пятнадцать или двадцать. Я возле двери пошевелиться боялась, дышала через раз. А потом он исчез. Думала проморгала, на площадку выглянула, а звука спускающихся шагов не слышно было. Исчез… Скажите, а церковь поможет? — с надеждой в голосе обратилась она к Марфе.
— А это как верить будешь, если сильна в тебе вера, то поможет, — не оборачиваясь, ответила Марфа. Раздался щелчок в замочной скважине и дверь открылась. — Пойдём, Галочка, дело сделать нужно.
Часть 28
Марфа первой шагнула в квартиру и замерла на пороге. Галка заглянула, через её плечо и от неожиданности вскрикнула. Внутри их встретили обгорелые стены, черный потолок и остатки обугленной мебели. Лишь стекла окон были совершенно чистыми и легко пропускали дневной свет в эту черноту. Целым не осталось ничего, никаких вещей и предметов. На всякий случай старуха заглянула в ванную, там тоже всё было сожжено.
— Ну, похоже, нам уже здесь делать нечего, — покачала головой Марфа. — Всё чисто.
— Ужас какой-то, почему никто пожарных не вызвал? Неужели, это я забыла что-то выключить, когда заходила за документами. Ой, бедная Василиса.
— Не причитай, — одернула Галю старуха. — Пожарных не вызвали, потому что пожара не было. Всё сгорело без огня и дыма. Не иначе Он постарался. Ты здесь вообще не при чём.
— Кто постарался? — переспросила Галка.
— Соседка про мужчину в чёрном рассказывала, который возле двери долго стоял, помнишь? Или уже забыла? Вот он и постарался. — Марфа остановилась посередине комнаты, с остатками дивана, на полу рядом лежали закопченные сажей осколки зеркала. — Галя, а где документы лежали?
Девушка пальцем указала на обгоревший шкаф возле стены. Ему тоже досталось, но меньше. Нужная дверца была приоткрыта. Старуха без страха потянула её и достала с полки совершенно не тронутый огнём саквояж с документами. Как только сумка оказалась в руках у Марфы, шкаф на глазах у женщин догорел и рухнул.
— Как? — только и смогла произнести обалдевшая от увиденного девушка.
— Вот так, — деловитым тоном произнесла старуха и бодро направилась к входной двери. — Чего застыла-то, пойдём, в больницу ещё успеваем, к Василисе.
Автобусная остановка была недалеко, поэтому решили такси не вызывать. Доехали до больницы быстро, поднялись в неврологию и зашли в палату к Вассе. Как в прошлый раз, старушка сидела возле окна и задумчиво смотрела куда-то вдаль. Увидев посетителей, она очень обрадовалась.
— Марфушка, милая, неужели ты ко мне выбралась, — Вася встала с больничной кушетки и крепко, насколько могли её худые руки, обняла подругу. А потом с обидой в голосе добавила, — в гости то не приезжала, сколько я тебя звала, а в больницу сразу явилась.
— Не неси чушь, — суровым голосом ответила Марфа. — Сама знаешь, почему не приезжала, а сейчас другое дело.
— Понимаю, — потупила взгляд Василиса. — Ты уж на меня не злись, предупреждала, а я не слушала. Теперь вот как вышло.
— Вышло, как вышло. Не мне тебя судить. Что жива осталась, я рада. Ну а дальше сама решишь, как поступать. Вот тебе то, что оставили, — Марфа поставила на пол рядом с больничной тумбочкой большой кожаный саквояж. — Всё остальное сгорело, только что оттуда.
— Ну и хорошо, ну и ладно. Так даже лучше, спасибо, что приехала.
Галка стояла в дверях палаты, разговор бабушек она прекрасно слышала, но совершенно не понимала реакции. Она ожидала, что новость о пожаре ввергнет больную в шок, но та похоже даже не расстроилась. Может она не понимает, может до неё не дошло.
— Бабушка, здравствуй, — подошла Галя ближе.
— Здравствуй, Галечка, здравствуй, родная, — Васса улыбалась.
— Бабушка, а ты понимаешь, что у тебя в доме пожар был, — уточнила Галя. — Всё сгорело. Тебе туда не вернуться. Если хочешь, можешь ко мне приехать, как выздоровишь.
Галя внимательно смотрела на старушку, пытаясь понять её состояние. Василиса же блаженно улыбалась, переводя взгляд то на Галю, то на Марфу.
— Нет, доченька, я к тебе не поеду, и не зови. И в деревню не поеду. У меня теперь другой путь.
— Какой другой? — не унималась девушка.
— Путь к свету, в монастырь, грехи замаливать, Богу служить, — старушка наклонилась к сумке с документами, порылась на дне и вытащила плотный черный пакет. — Это тебе, подарок от меня. Только сейчас не открывай, потом. Когда домой приедешь. Ну иди, обниму тебя на прощанье, больше не свидимся.
Худые старушечьи руки обхватили Галкины плечи, и девушка щекой почувствовала сухую морщинистую кожу. Она прижалась к бабушке и поблагодарила её за подарок. На душе почему-то тоскливо скреблись кошки.
— Галя, нам с Василисой поговорить нужно, выйди, пожалуйста, — попросила Марфа.
— Хорошо, — понимающе кивнула Галка, — я буду ждать тебя в коридоре, не торопись.
Сидя на стуле, возле палаты девушка думала о словах старушки. Неужели она действительно собралась
