Читаем без скачивания Крематорий - Кирилл Казанцев

– Я-то думал, что эколог и гуманист – это одно и то же. – Ларин уже держал руку на рычаге переключения передач. – На этих ублюдков время сейчас жалко тратить. Потом разберемся. Показывай, где школа. Может, помочь успеем.

– Там, – Беспалый указал рукой в стену дыма и огня.

– Рискнем. – Андрей зажег все фары, которые были на его джипе.

Но машина даже не успела набрать скорость. Из протуберанцев дыма выскочила обезумевшая корова. Шкура на ней дымилась, возможно, животное успело ослепнуть. Она с ходу ударилась в «кенгурятник» «Ленд-Ровера» и упала на землю.

Ларин объехал лежащую тушу, и машина нырнула в дым. Не сильно помогал даже включенный кондиционер. Запах гари наполнил салон. Директор заповедника припал к лобовому стеклу, пытаясь рассмотреть дорогу. Пламя уже лизало машину с правой стороны.

– Теперь направо и жми.

Дорога пошла на горку. Практически вслепую Андрей вывел автомобиль из огня.

Бульдозерист был прав. Островок из шести подворьев еще не успело сожрать пламя, а вот деревянная довоенная сельская школа пылала. К остановившейся машине бросилась ошалевшая кошка, забилась под нее и жалобно замяукала. Возле одного из домов рвался на цепи сторожевой пес. Наверное, хозяева, в спешке покидавшие дом, забыли о нем. В сарае испуганно хрюкали свиньи.

– Эй! – крикнул Ларин. – Есть тут кто-нибудь?

На крыльцо дома еле выбралась заплаканная старуха.

– Дети, дети там, маленькие...

Из сбивчивого рассказа старухи стала ясна одна из трагических ситуаций, сложившихся сегодня в поселке. С утра к ней приехала из города дочка с четырехлетней внучкой и подругой с двумя детьми. Мамы пошли в лес, оставив детей на бабушку. Так уже не раз бывало.

– ... а потом этот пожар... дочка с подругой так и не вернулись... я за детей, хотела увезти подальше... это, когда уже пожар тут начался... а они без мам ни в какую...

– Так где же дети? – Ларин смотрел в затуманенные от слез глаза старухи.

– На чердак забрались, там котята у нас. Я им кричу-кричу, а они слезать не хотят. Без мам никуда. А я старая, сама залезть туда не могу.

Огонь подбирался к усадьбе с юга. Уже трещали, сворачиваясь в трубочки, листья яблоневого сада. Горел сарай. Андрей бросился в дом. Лестница, ведущая на чердак, находилась сразу за дверью на веранде. Ларин вскарабкался по ней. На чердаке было душно и дымно. Дневной свет пробивался сквозь единственное слуховое окошко на фронтоне. Солнечные лучи, расчлененные частым оконным переплетом, расходились в дымном полумраке веером. Весь чердак был завален каким-то хламом: старый сундук, старомодный круглый стол, поломанные стулья, детская коляска и санки, куча тряпья. Ларин прислушался. За дымоходом кто-то тихо плакал. Он перелез через сложенные в штабель связки газет и журналов. За дымоходом под самым скосом крыши он увидел троих жавшихся друг к другу детей. Голубоглазая светловолосая девочка-ангелок лет четырех глянула на Андрея и тихо произнесла лишь одно слово:

– Мама? – сказала она, прижимая к себе мальчика лет трех и его сестричку.

– Мы найдем твою маму, а сейчас пошли. – Ларин никогда не умел разговаривать и обращаться с детьми, своих-то у него не было.

Он с трудом подбирал нужные слова, боясь испугать детей. Младшие ребята громко заплакали. Андрей растерялся.

– Тебя как зовут? – спросил он.

– Таня.

– А меня Андрей. Меня твоя мама прислала. Сказала, чтобы я вас забрал. Сейчас она прийти не может.

Ларин слышал, как совсем поблизости бушует пламя. Где-то неподалеку трещал и взрывался шифер. Крыша дома уже накалилась, к ней невозможно было притронуться. Таня погладила плачущего мальчишку по голове. У парнишки из разреза рубашки выглядывали два совсем маленьких котенка: серый в полоску и огненно-рыжий.

– Видишь, все хорошо. Нам идти надо. Так мама сказала.

Таня поднялась, держа малышей за руки.

Андрей подавал детей одного за другим Виктору, который стоял на приставной лестнице. Старуха обнимала их и одновременно журила за то, что не послушались и спрятались от нее на чердаке.

– В соседних домах кто-нибудь есть? – спросил Ларин.

– Нет, они вроде уехали. Предлагали и мне, но я детей искала. Только потом поняла, что они на чердаке. Вы меня тут оставьте, я уже старая. Может, кого-нибудь еще спасете, – запричитала старуха и тут же спохватилась под строгим взглядом Андрея: – Да что я такое говорю? Бога гневлю.

Подхватив Танечку на руки, Ларин побежал к машине. Пламя от разгоревшегося сарая уже лизало торец избы. Было трудно дышать. Андрей распахнул дверцу, посадил Таню на заднее сиденье. Беспалый ждал у машины с мальчиком и девочкой на руках.

– Присматривайте за ними, – крикнул он старухе и сел за руль.

Эйфория от того, что прорывался сюда сквозь дым и огонь не напрасно, мгновенно прошла. Вокруг нескольких домов, стоявших на возвышенности, полыхал огонь – море огня, соваться в который было полным безумием. Но оставаться здесь наверняка значило сгореть заживо. Стараясь не показывать своей растерянности, Ларин повернулся к Беспалому, который, как завороженный, смотрел в лобовое стекло на бушующее пламя.

– Здесь какая-нибудь улица ведет из поселка к полю напрямую?

Беспалый кивнул:

– Вот эта, – показал он влево. – Не совсем, конечно, напрямую, здесь все без плана строились. Но рискнуть можно.

За спиной у Андрея плакали дети, причитала старуха, тихо мяукали котята.

– В который раз за сегодняшний день рискуем, – негромко произнес Ларин, обращаясь к директору заповедника. – Ты не знаешь, случаем, наши ангелы-хранители по-прежнему где-нибудь рядом порхают? Или их ветром отнесло?

– Хотел бы и сам это знать.

– Будем надеяться, им крылья огнем не опалило.

Андрей мысленно перекрестился, взревел мотор. «Ленд-Ровер» резко вывернул влево и помчался с горки. Всякое приходилось переживать Ларину в своей жизни. Он уже не раз переворачивался на машине, преследуя и уходя от погони, падал в автомобиле с моста, сам топил транспортные средства в болоте; были на его счету и лобовые столкновения. Но то, что пришлось пережить ему теперь, не укладывалось даже в эти рамки. Дым в горящем поселке стоял такой густой, что, казалось, стекла машины просто обложили ватой. И в этом дыме внезапно возникали языки пламени. Иногда они просто обрушивались на машину, и тогда казалось, что «Ленд-Ровер» затолкали в гигантскую топку котельной. Старуха уже не причитала, а громко молилась. Внедорожник подбрасывало на неровностях. О том, правильно ли они едут, Андрей уже не спрашивал. Беспалый и сам потерял ориентацию в пространстве и времени. Ларину казалось, что весь этот ад длится уже целую вечность. Хотя часы на приборной панели могли бы подсказать точное время – чуть больше минуты. Включенные фары лишь подсвечивали непробиваемое для взгляда марево. Внезапно под бампером мощного джипа что-то хрустнуло, мелькнула перед стеклом высокая пылающая изгородь из рдеющих углями жердей. Лобовое стекло треснуло и прогнулось. Ларин ощутил, что грунт под колесами стал другим – мягким. Догадался – сбились с дороги, снесли изгородь и едут по огороду. Он еле успел вывернуть руль и чудом разминулся с горящей яблоней. Бампер еще раз снес изгородь. Андрей словил колесами колею и уже придерживался только ее, в мыслях молясь, чтобы в дыму не поджидала застрявшая машина или опрокинувшийся трактор.

Из-под колес полетела грязь, боковые стекла покрылись темными пятнами. Машина преодолела глубокую лужу и выехала из поселка. Порыв ветра унес дым в сторону. За расколотым лобовым стеклом Ларин увидел небо и нереально черное пшеничное поле. Запаска, укрепленная на капоте, дымилась, расплавленная резина пузырилась. Проехали еще метров пятьсот по выгоревшему полю. Запаска на капоте вспыхнула. Андрей вдавил педаль тормоза.

– Быстро все из машины!

Он схватился за ручку дверцы и выскочил наружу. Внедорожник было не узнать. Белая машина почернела, краска слоилась пузырями. Ларин открыл дверцу и обжег пальцы:

– Быстрей, быстрей!

С детьми на руках он отбежал от машины, сбросил рубашку и усадил на нее малышей. Хотел вернуться, но уже увидел, как к нему спешат старуха с котятами и Беспалый с Танечкой. Только сейчас Андрей почувствовал, что сил у него совсем не осталось. Он глянул под ноги на усыпанную пеплом и обугленной соломой землю, а затем, махнув рукой, сел прямо на нее.

Где-то в отдалении тревожно переговаривалась группка жителей поселка, спасшихся от огня. У Ларина даже не было сил, чтобы подойти к ним и попросить попить. Во рту пересохло. Казалось, что нёбо растрескалось, как земля в пустыне. Андрей сидел и тупо смотрел на то, как возле его ног ползают, принюхиваясь к черной земле, несмышленые котята. Из оцепенения его вывел Виктор Беспалый, продемонстрировав ему профессиональную фотокамеру с мощным объективом, штатив и блестящий кофр.

– Что ж ты аппаратуру свою в машине бросил? Так профессионалы не поступают. Я же говорил, что ты неправильный фотограф.