Читаем без скачивания Святая Грета - Ольга Славнейшева

Бонга подбросил щепок, костерок полыхнул с новой силой. Все придвинулись к огню, касаясь друг друга плечами.

— Когда-то здесь были поля, — тихо говорила Грета. — Здесь, на нашем Полигоне. И текла синяя река. Не было военных, не было техов, не было ракет, не было следов от танковых траков… А был добрый Бог, который за всем здесь присматривал. Но потом пришло Зло. Я знаю, я видела его. Ночью, когда туман, оно принимает свои истинные очертания, и тогда каждый, кто рискнет войти в туман и пройти по закрытой дороге, увидит, что это — боевой дракон. Богу стерли лицо, чтобы он не видел, во что превращается мир… Так вот, Алдыбей, в этом и состоит моя мечта. Я хочу сразиться с Драконом.

Лорди и Крэш появились вместе с весенними сумерками.

— Чего так долго? — накинулся на них Алдыбей. — Не могли быстрее, да?

— Вы же сами сказали… — начал Лорди.

— …Прийти вечером, — закончил Крэш.

— Ну что, отправляемся в путь? — Пол встал, одернул военную куртку. — Алдыбей, клади взрывчатку в рюкзак и пошли.

При слове “взрывчатка” маленькие глазки Лорди выкатились из орбит.

— А что мы будем делать?

— Увидишь, — пообещал Пол. — По велосипедам!

Они вышли наружу и огляделись. Туман висел в неподвижном воздухе, было тепло. Дороги размокли. Кое-где все еще держалась твердая корка зимнего снега, все остальное покрывала весенняя грязь.

— Держитесь за мной, — сказал Алдыбей, включая рулевой фонарик.

И они поехали сквозь туман. Путь петлял через песчаные холмы, мимо крана, с которого Грета однажды падала, мимо сектора, обнесенного колючей проволокой и с заброшенными вышками, мимо куч щебня, белых от снега, по недостроенному мосту, а дальше, сразу за железной дорогой, начиналась нейтральная территория, закрытая шаманом. Они остановились, съехав с моста, и слезли с велосипедов. Грета посмотрела вперед. За канавой местность начинала понижаться, дорога уходила в туман. Между мостом и канавой лежал пласт нетронутого снега, чудом уцелевший в потоках теплого воздуха.

Грета положила велосипед на землю и шагнула за полосу черной земли. Она прекрасно знала, что ей делать. Каким бы ни было колдовство шамана, против ЭТОГО вряд ли оно устоит…

Дойдя до середины снежной поляны, Грета вытащила из кармана свое распятие. Намотала на руку цепь, сомкнула на кресте пальцы. Она знала, каким должно быть лицо Иесуса. И этот крест в ее руке тоже помнил, каким оно должно быть. Она рисовала по памяти, но получалось довольно похоже.

“Завтра подует теплый ветер, и ты растаешь”, - говорила она, рисуя Монстроборцу глаза. — “И этот мир снова окажется без лица. Как танк или боевой крейсер… Но сейчас ты можешь видеть то, что происходит… Посмотри на меня, Иесус. Это я, Грета! В той книге было сказано — “ Если чего попросите во имя Мое, Я то сделаю”, так я прошу…”

И, выпрямившись, крикнула в белую мглу перед собой:

— Именем Иесуса, я открываю эту дорогу!

Несколько минут ничего не происходило, потом поднялся ветер, и туман задвигался, нехотя расползаясь в стороны.

Дорога была открыта.

Бункер почти не выделялся среди холмов. Алдыбей отыскал его случайно и несколько раз прибегал сюда, чтобы проследить, есть тут кто или нет, но возможность вскрыть дверь выдалась только теперь. Алдыбей был счастлив. Монахи столпились возле бронированной двери, ожидая его распоряжений.

— Заляжем вон там, — указал Алдыбей на овраг, полный слежавшегося снега, метрах в пятидесяти.

— Ты точно уверен, что он заброшен? — в который раз переспросил Бонга.

— Зуб даю! — в который раз повторил Алдыбей. — Спрячешься в овраге, ты понял?

Бонга хмуро кивнул.

— Иначе тебе яйца оторвет, — засмеялся Юнит щербатым ртом. Он придерживал собаку за ошейник, собака улыбалась и виляла хвостом.

Когда все уяснили, куда им бежать, Алдыбей положил на землю рюкзак и неторопливо вынул оттуда два брикета взрывчатки. Осмотрел их со всех сторон, деловито поплевал сначала на один, потом на другой, и с размаху припечатал их к железной двери. Бункер ответил недовольным гулом. Алдыбей достал из рюкзака моток шнура, отрезал охотничьим ножом два одинаковых куска и вставил их в зажимы на брикетах. Лорди и Крэш следили за его действиями с нескрываемым уважением, Бонга потихоньку пятился назад.

— Дай зажигалку, — попросил Алдыбей у Юнита. Тот достал из кармана бензиновую зажигалку с колесиком, крутанул колесико о бедро и протянул ее, зажженную, Алдыбею. Алдыбей поджег по очереди оба шнура и обернулся к товарищам.

— А теперь — бежим!

И все побежали к оврагу.

Им оставалось прыгнуть вниз, когда земля и воздух мощно вздрогнули, а потом сила, пришедшая извне, швырнула их далеко вперед. Грета поняла, что кубарем катится по каменистому склону, рот был забит снегом и землей… Она прикрыла голову руками, но осознала это, когда уже лежала неподвижно, вниз лицом. В ушах звенело. Она подняла голову и увидела снежную пыль, облаком оседавшую на землю.

Рядом лежал Юнит, глядя на нее округлившимися от шока глазами.

— Вот это да! — прошептали его губы. Грета поняла, что он сказал, и слегка улыбнулась.

Поднявшись на ноги, она огляделась. Пол и Клайс сидели в снегу справа от нее и смотрели друг на друга, и выражение их лиц было совершенно одинаковым, восторженно-ошарашенным, почти как у Юнита.

За кустами слева Бонга тормошил чье-то тело, его курточка мелькала за переплетением голых ветвей. Грета подбежала к нему и увидела Алдыбея, мертвенно бледного, с закатившимися глазами.

“Я же открыла дорогу!” — подумала она, чувствуя, как звон в ушах растворяется, уступая место панике. — “Никто не должен умереть!..”

Бонга хлестал Алдыбея по щекам, голова Принца безвольно моталась из стороны в сторону.

Толстяк что-то говорил, но Грета не понимала ни единого слова. Ее ноги подкосились, она упала на колени рядом с Бонгой и поймала его взгляд, полный отчаяния. Что-то прорвало плотину в ее ушах, звуки хлынули волной.

— Алдыбей! — повторял Бонга, едва не плача. — Алдыбей!.. Посмотри на меня… Это я, Бонга… Твой друг… Алдыбей! Грета, правда, он не умер? Он ведь живой? С ним все в порядке, правда?.. Грета, почему ты молчишь?..

Она протянула руку и коснулась груди Алдыбея. Закрыла глаза. Скулеж Бонги отодвинулся на задний план, вместе со стонами Лорди и звуком приближающихся шагов. Она постаралась почувствовать пространство, и у нее получилось. Она научилась этому в своих снах, после того, как у нее появилось распятие с лицом Бога…

Стены синего огня надвигались, они были силой в чистом виде, они текли через ее руки в грудь неподвижного тела, наполняя его жизнью. Ладони сделались горячими, как если бы в них лежали раскаленные угли, и Грета едва не кричала от боли. Синее пламя бушевало у нее в голове, оно струилось по венам, оно срывалось с кончиков пальцев, и главным было вытерпеть все это…

Потом навалилась тьма, и когда Грета снова открыла глаза, Клайс поддерживал ее за плечи.

Алдыбей метался на земле, будто всплывая со дна, потом он резко сел и судорожно втянул в себя воздух. Его лицо было перекошено судорогой, он дышал так, будто пролежал несколько минут под водой. Взгляд черных глаз был диким, когда он по очереди оглядел собравшихся вокруг друзей. Бонга вздохнул с нескрываемым облегчением.

— Уф!.. Как ты напугал меня… Я уж было подумал…

— Мне выбило руку из плеча, — робко пожаловался Лорди. — Кто может вправить?

— Я! — вызвался Крэш.

— Нет! — закричал Лорди, махая здоровой рукой. — Только не ты!..

— Ты как? — спросил у Алдыбея Пол. Из носа того текла кровь, но он уже улыбался, так же самоуверенно, как и всегда.

— Порядок! Ну что, идем смотреть, да?

— Давайте отсюда уйдем! — попросил Бонга.

— Ну уж нет! — решительно ответил Алдыбей, вставая на ноги. — Ох, черт! — вырвалось у него в следующий момент. — Башка просто раскалывается… Я потерял сознание, да?

— У тебя сотрясение мозга, — сказал ему Пол, но смотрел он только на Грету. — ВСЕГО ЛИШЬ сотрясение мозга…

Его взгляд был взглядом инквизитора.

Он все понял.

— Нет у меня никакого сотрясения! — фыркнул Алдыбей, вытирая кровь рукавом. — Вы идете или как?..

— Кто-нибудь вправит мне плечо?! — потребовал Лорди, и Бонга истерично захохотал.

Кодовый замок не открылся, но зато образовалась пробоина, достаточная для того, чтобы пролезть. Изнутри валил дым. Грета увидела, что Пол засветил свой фонарик, и сделала так же.

Они поочереди пролезли в дыру и начали кашлять — пыль, смешанная с едким дымом, забивала легкие. Конусы света от фонарей зашарили по темному помещению. Когда пыль немного осела, стали видны темные экраны обзора вдоль стен, пульт со множеством кнопок и два стола.

— Ничего не трогать! — распорядился Пол, и Бонга испуганно отдернул руку от какой-то кнопки.