Рик не выказывал ни малейшего смущения в связи с действиями Доннера.
– Скорее, он не хочет, чтобы ты раскритиковала его методы сбора информации, любовь моя.
Саманта на секунду задумалась, вникая в смысл сказанного.
– Ты имеешь в виду, что я заставляю его нервничать?
– Думаю, если ты захочешь, то можешь заставить нервничать очень многих. Знаешь, ты довольно искусная!
– Угу, – сказала Саманта. – Для ребенка, получившего в целом около двух лет систематического образования, но много путешествовавшего.
Рик улыбнулся. От этой теплой, очаровательной улыбки хотелось осыпать его поцелуями и болтать всякую сентиментальную чепуху.
– Только не говори Тому, что я так сказал. – Польщенная до мозга костей, Саманта ухмыльнулась.
– Да, уж он-то точно все деньги тратит на поездки в Йельс. – Ричард хихикнул.
– Действительно, Том продолжает образование.
– Чушь собачья, – сказала Саманта. – Ну ладно. Так и быть, ему дается одно очко за его заслуги.
«Ну что ж, по крайней мере мне удалось отвлечь ее на минуту», – подумал Рик.
Кунц был ее первым официальным клиентом. И надо же было случиться этому несчастью, черт побери! Конечно, в этом не было ее вины, но как можно не замечать эту выпрямленную спину и эти напрягшиеся плечи? Кунц прочно засел в ее сознании. Она безукоризненно выполнила бы свою работу. К тому же она принимает все слишком близко к сердцу.
Когда Том снова появился в дверях, Ричард резко встал. У него не было ни малейшего желания погубить сейчас ее лучший шанс начать честную жизнь.
– Ну, что ты добыл?
– Дочь Кунца обнаружила его лежащим на полу в его офисе, с дыркой от пули в груди, и вызвала копов. Они все еще работают на месте. Пока установлено наверняка, что исчезли куча денег и коллекция рубинов. Все эти вещи он держал в своем рабочем сейфе. А еще они предполагают, что пропало несколько произведений искусства.
Ричард не удержался и взглянул на Саманту. Все, что сейчас прозвучало, кроме дырки от пули, возможно, ей приходилось делать в ее «прошлой» жизни.
– У него что, вообще не было никакой сигнализации? – спросил он, поймав себя на мысли, что гневается на Кунца почти так же, как на его убийцу. – Черт подери, мог бы предпринять хоть какие-то шаги, чтобы защитить себя и свою собственность.
– Не было, – подтвердила Саманта. Том закивал головой.
– Самаритяне могут во всем пенять на самих себя, заявляя, что установка сигнализации не нужна. Я и не ожидал, что они скажут что-то другое. Но навряд ли это поспособствует их бизнесу. – Он обратил свой взгляд к Саманте. – Вам самой, вероятно, надо держать это в уме.
Она прищурила свои зеленые глаза.
– Браво! Неудивительно, что с подобными рекомендациями вы так успешны. Спасибо, йелец.
– Во всяком случае, моего первого клиента не убили, – парировал Том, жестом показывая на Ричарда.
– За это надо благодарить Саманту, – заметил Ричард. – Она спасла мне жизнь. А Кунц не подписывал с ней никакого соглашения, так что он не является… не являлся ее первым клиентом.
– Нет, являлся, – вмешалась Саманта. – К счастью, Рик еще дышит, я за него очень рада, но…
– Спасибо, – сухо сказал Ричард, не принимая ее сарказм на свой счет. – Но нельзя ли сделать наш разговор чуточку конструктивнее? У полиции есть какие-то предположения?
– По словам моего сотрудника, они все еще опрашивают родственников и персонал, – сообщил Том. – Собственно говоря, что тут особенно беспокоиться? Парень мертв, а ты сам сказал, что никаких бумаг они с Джеллико не подписывали, так что она здесь ни при чем. – Он сделал паузу. – Разве не так?
– Да, это так, но все же как-то странно… Я имею в виду, что после наведения справок о том, как укрепить свою безопасность, он был убит на следующий же день.
– Ты хочешь, чтобы я довел это до сведения копов от твоего имени? – спросил Том, усаживаясь за свой письменный стол.
Саманта покачала головой.
– Секретарша Кунца знает, что он контактировал со мной. Она устраивала нашу встречу и отправляла мне билеты на празднество в клубе «Эверглейдс».
– В таком случае… копы свяжутся с вами, если в этом будет надобность, – сказал адвокат, пожав плечами. – Вы хотите, чтобы я еще что-то сделал?
– Нет. – Саманта состроила гримасу. – Спасибо.
– Да оставьте вы всю эту аффектацию! – Том протянул руку Ричарду, хотя Саманте едва кивнул. Очевидно, адвокат еще не забыл, как он слишком энергично жал ей руку во время их знакомства в Солано-Дорадо и как она сбросила его в бассейн.
Она направилась к выходу с таким облегчением, которого даже с ее талантом невозможно было замаскировать. Оставалось единственное место, где она появилась бы с еще большей неохотой, нежели в адвокатской конторе, – это полицейский участок.
Когда за ними закрылись двери лифта, Ричард спросил:
– Есть хоть какой-то прок?
– Надеюсь, – сказала Саманта, стойко выдержав его пристальный взгляд. – У тебя когда-нибудь бывало такое чувство, когда, казалось бы, все идет хорошо, но вот-вот полетит к черту?
– Часто, – честно ответил Рик, вспомнив, что еще не рассказал ей о своем обещании помочь Патриции.
Если Саманта вдруг узнает об этом раньше, чем он успеет сам сделать это признание, тонкий мостик доверия, установившийся между ними, может очень легко рухнуть. Можно выдержать все, но только не это. Ричард медленно прикоснулся к ее щеке, продолжив ласку нежным поцелуем.
– Ты готова встретить удар первой волны?
Саманта на секунду прикрыла глаза и вдохнула поглубже.
– Давай, бей.
Рик задумался. Что рассказать ей сначала? Что Патриция хочет переехать в Палм-Бич или что она просит его помочь ей это сделать?
– Патриция разводится с Питером, – сказал он, решив начать с наименее взрывоопасного известия, а потом проторять путь дальше.
Саманта постигала эту новость секунду-другую.
– Это хорошо. Значит, она действительно не знала, что Питер обкрадывал тебя.
– Ты и раньше так считала.
– Знаю, но это своего рода подтверждение. Во всяком случае, свидетельствует о какой-то морали.
– Но недостаточной, чтобы помешать ей спать с Питером, в то время как она оставалась замужем за мной. – Ричард презрительно фыркнул. – Зато ее морали хватило на то, чтобы отказаться от него, как только его арестовали.
– Я еще ничего не сказала о ее приоритетах, – заметила Саманта, выходя из лифта. – Если принять их во внимание, то ее брак с Питером делает ее весьма непопулярной. Она не хочет оказаться изгнанной из общества, из круга своих друзей. Как ты их называешь? «Братия Патти»?
– Это название не для публичного употребления, – заметил Рик, пристально глядя на профиль Саманты. – Патриция хочет сменить Лондон на другое место и там обосноваться.
