сделать немало исследований о мотивах этих сцен, которые повторяются пугающе часто. Но все же, как и с фильмами-слэшерами на Западе, нельзя сводить всю японскую порнографию к простому видению жестокого мужского доминирования. Даже ужасно жестокие фильмы, как «Синяя девочка» или «Куколки-близняшки» (Seijuuden: Twin Dolls, 1994), демонстрируют более сложное видение взаимодействия мужчины и женщины, чем простое доминирование и подчинение. Как говорит о голливудских фильмах исследователь популярной культуры Дуглас Келлнер, «даже консервативные фильмы… выводят на передний план надежды и страхи, которые оспаривают господствующие гегемонистские и иерархические отношения власти… [Они] демонстрируют преобладающие мечты и кошмары культуры и способы, которыми культура пытается направить их, чтобы поддерживать свое нынешнее положение власти и господства»[106]. Точка зрения Келлнера важна для интерпретации всех форм массовой культуры, но наибольший интерес в рассмотренных в этом разделе фильмах представляет неудача – или, по крайней мере, смятение – этих попыток укрепить господствующее положение.
Несмотря на убежденность критиков манги и аниме в том, что «мужчин всегда изображают уверенно требующими полного чувственного наслаждения от женщин»[107], в реальности их портрет куда разнообразнее, но всегда заставляет поежиться.
Порнографическая анимация в Японии хочет показать женщин в отверженном и покорном состоянии, но на самом деле мы видим куда более запутанные споры об иерархических отношениях, и мужчина в результате этого противостояния не всегда оказывается сверху. В этом контексте одинаково важно рассмотреть изображение мужского и женского тела.
Вопреки стереотипному представлению о женщинах исключительно как о секс-объектах, японская порнографическая анимация имеет тенденцию изображать женское тело разными способами. Зачастую женское тело действительно является объектом, который нужно разглядывать, оскорблять и пытать, но в других сценах женские тела показаны как устрашающе могущественные, почти как непреодолимые силы природы. Есть также сцены, в которых женское тело рассматривается как партнер в радостном, даже любящем, традиционном половом акте. Кроме того, в то время как женское тело неизбежно остается объектом мужского взгляда, даже самые жесткие порнографические картины представляют его как активный и способный к пугающей трансформации субъект. Хотя женщины в этих фильмах далеко не образцы эмансипации, они совсем не похожи на безвольные объекты доминирования, как их описывают многие критики.
На контрасте с ними мужское тело обычно ограничивают несколькими вариантами типажей, два наиболее популярных из которых – «комический вуайерист» и «воплощенный демонический фаллос». Первый телесный образ даже не является шаблонно могущественным – он воплощает в себе инфантильный, пассивный статус. На самом деле наиболее влиятельные мужские фигуры во многих порнофильмах не принадлежат к человеческой расе – их представляют демоны.
Эти телесные образы особенно заметны в трех порнографических фильмах: «Город чудищ» (Youjuu toshi, 1987), «Куколки-близняшки» (Injuu Seisen: Twin Angels, 1995), «Синяя девочка», и отличаются от четвертого, более мягкого фильма в научно-фантастическом стиле «Милашка Хани» (Kyuuti Hanii, оригинальный телесериал 1973–1974, OVA 94–95). Из первых трех «Город чудищ», безусловно, является самым известным и настоящим хоррором (получившим четыре звезды от ImagiMovies и статус «нуарный триллер в жанре future-готика»), при этом он изобилует сценами тошнотворного насилия и сексуальных пыток женщин. «Куколки-близняшки» и «Синяя девочка» реализованы менее изобретательно, чем «Город чудищ», хотя у них тоже есть удивительно сложные и даже достаточно увлекательные сюжеты.
Все три повествования концентрируются вокруг концепции взаимодействия демонов с «реальным миром», хотя версия «Города чудищ» наиболее детализирована. Основанный на романе Хидэюки Кикути «Город чудищ» представляет собой параллельный мир, называемый «Черный мир», который сознательно сосуществовал с человеческим не менее 500 лет. Сюжетный накал фильма нарастает с подписанием мирного договора между человеческим миром и Черным миром и необходимостью защищать единственного представителя людей, который может находится в Черном мире – пожилого человека с итальянским именем Джузеппе, который оказывается богатым старым развратником. Привлекательный правительственный агент Рэндзабуро Таки и прекрасный агент Черного мира по имени Маки получают задание защищать Джузеппе до подписания договора.
Сюжет разворачивается, когда Джузеппе сбегает в публичный дом, который, как выясняется, контролируют бойцы сопротивления Черного мира, полные решимости сорвать мирные переговоры. Женщине из Черного мира, изображающей из себя проститутку, почти удалось убить Джузеппе в захватывающей сцене, где он сливается с ее растворяющимся телом – буквальное возвращение в утробу, которое нарисовано настолько же гротескно, насколько незабываемо. Таки и Маки удается спасти неблагодарного Джузеппе в последнюю минуту, но Маки похищают злые бойцы сопротивления Черного мира, ее сексуальным пыткам посвящены длительные садистские сцены.
Таки полон решимости спасти ее и отправляется в демонический Другой мир, чтобы сражаться за свою напарницу. Он попадает в визуально ошеломляющий эпизод, где сталкивается с женщиной из Черного мира, которая превращается в гигантское, сочащееся влагой влагалище и пытается соблазнить его. Сопротивляясь искушению, Таки в конечном итоге спасает Маки, и они оба возвращаются в человеческий мир, но, по-видимому, их убивают в финальном ожесточенном бою с обитателями Черного мира. Однако в кульминационный момент фильма они оживают и узнают правду о Джузеппе и своей роли в происходящем. Оказывается, Джузеппе на самом деле был отправлен защищать Таки и Маки, которые обладают уникальной способностью создать новую расу, объединяющую людей и жителей Черного мира. В удивительно нежной сцене они занимаются любовью после воскресения из мертвых. Концовка фильма довольно оптимистичная: беременная Маки рассматривается как начало, потенциально объединяющее два мира.
В отличие от «Города чудищ» сюжет «Куколок-близняшек» обходится без политических подтекстов и сосредотачивается чисто на оккультизме и сексе.
Фильм строится на предпосылке, что демоны из ада пытаются овладеть миром через пытки и порабощение женщин. Они похищают Онимару – потомка верховного бога Японии Сугавара Митидзанэ. Две старшеклассницы, Куколки-близняшки, сами являются потомками небесной прародительницы, которая передала им навыки традиционного искусства священных танцев и магических боевых искусств. Перед ними стоит задача защитить Онимару, который оказался развратным карликом. Немало сексуального юмора исходит от настойчивых попыток Онимару увидеть девушек обнаженными. Демоны участвуют в сексе без юмора, в форме похищений, пыток и изнасилований школьниц и их друзей. Хотя демоны в конечном итоге повержены, кульминация представляет собой долгую сцену, в которой Куколок-близняшек связывают и подвешивают над адской бездной с широко раздвинутыми ногами, в то время как главный демон, огромная фигура с пенисом размером с бейсбольную биту, мучает их и насмехается над ними.
Не менее жестокая «Синяя девочка» включает определенное количество обычного секса, и это помимо адского повествования о демонах-насильниках. Действие фильма происходит в изолированной горной деревне, где две женщины-ниндзя, Яку и Мико, отправляются на поиски демонического преступника, который насилует школьниц. Ниндзя, специально обученные «искусству сексуальной магии», также пытаются найти демонический семейный меч, который обладает удивительными сексуальными свойствами. Начальная сцена задает тон сексуального насилия в традиционной обстановке: зритель видит что-то вроде интерьера храма, в котором повсюду разбросаны обнаженные тела женщин, их влагалища залиты кровью.
Однако секс в «Синей девочке» не всегда бывает жестоким. В фильме также показаны эпизоды, в которых Яку наслаждается обычным гетеросексуальным сексом с одним из местных мальчиков, который подсматривал за ними, пока они
