видела впервые в жизни.
– Студентка Бейн, вам сюда, – указала леди Эйлер на одну из серых дверей, что, как и другие, не имела таблички. А едва завидев идущего со мной Барсвиля, поспешила добавить: – Дорогой, тебя туда не приглашали.
– Тиана без меня никуда не пойдет, – спокойно сообщил ведьмак матери, крепко сжимая мою руку.
– Студентку Бейн…
– Я не ваша студентка, – не смогла промолчать и я, выдерживая чужой помрачневший взгляд. – И вообще не студентка, если вы забыли.
– Сейчас это не имеет никакого значения, – проговорила женщина, явно с трудом удерживая себя на грани приличий. – Барсвиль, ты прямо сейчас идешь со мной. Тебя уже ждет новая Верховная. Вперед.
Крепко сжав обе мои руки, ведьмак позволил себе только взгляд. Всего один взгляд, за которым скрывалась целая буря беспокойства. Была уверена: подай я ему любой сигнал – и он остался бы рядом со мной.
Но на самом деле встречи с Главной ведьмой, а судя по всему, уже с бывшей Главной ведьмой, я не боялась совсем.
Мне хотелось справедливости. И я была готова отстаивать свои интересы до последнего.
– Иди. – подтолкнула я его к правильному решению.
– Встретимся в холле первого этажа, – произнес директор ведьмовской академии и галантно открыл для меня серую дверь.
Внутрь – в просторный светлый кабинет, заставленный горшечными растениями, – я вошла уже одна.
– Здравствуйте.
Верховная ведьма встретила меня молчанием и изучающим взглядом. Сидя за своим рабочим столом, смотрела неотрывно, пока я без приглашения пересекала ее заставленный растениями кабинет, чтобы занять одинокое кресло напротив.
– Злишься? – спросила она просто, стоило мне сесть.
– Это бессмысленно, – ответила я также кратко, сосредоточившись на облике молодой женщины.
Выглядела она не старше тридцати, но прямой пронзительный взгляд откровенно заявлял о ее истинном возрасте. Вероятно, она уже разменяла первую сотню. Но для того, кто обладает настолько сильным даром – а ее магию я ощущала отчетливо, – это было не так уж и много.
– Рада, что мы обойдемся без истерики, – усмехнулась она и будто заметно расслабилась. – Сегодня мой последний день в этих стенах. Не хочется провести его, подтирая чьи-то слезы. Отвару?
– Больше не принимаю угощений от тех, кому не доверяю, – улыбнулась и я в ответ, но улыбка моя была натянутой. – Давайте приступим к тому, зачем я сюда пришла. Я выполнила вашу просьбу и обратилась в городскую стражу. Ворти и Найкл с небольшим отрядом напали на нас прямо в академии, где произошедшее видели сотни студентов и преподаватели. Этого достаточно, чтобы я могла навсегда о них забыть?
Взгляд женщины вновь стал оценивающим, острым. Улыбка превратилась в змеиную.
– Госпожа Бейн желает увидеть их казнь?
– Госпожа Бейн желает, чтобы они получили наказание соразмерно преступлениям, без поправок на титулы, статусы и взятки. За то, что мне пришлось пережить, на мой взгляд, я прошу немного.
В кабинете повисло молчание. Та, что до сегодняшнего дня занимала титул Верховной ведьмы, смотрела на меня пристально, будто испытывая мою волю, мою гордость на прочность. Но я взгляда не отвела.
– Вы должны знать, Тиана, что для новой Верховной начинать свое правление с казни членов почти императорского рода – неблагоразумно, поэтому на максимальное наказание для них вам рассчитывать не стоит. Но я могу обещать вам, что вы и ваша семья больше никогда их не увидите. Даю слово.
Приложив ладонь к своей груди чуть выше сердца, женщина будто вжала ее в себя рывком, и от этого места тотчас же отделилось зеленое облако, похожее на широкий листок растения.
Настигнув меня, это облако растворилось без следа.
Я знала, что это было. Так ведьма дала мне нерушимое слово, которое будет обязана соблюдать до конца своей жизни. С ее стороны это было крайне щедро, но ничуть не благородно. Мы обе понимали, что она мне должна.
– Не хочешь отправиться вместе со мной? – вдруг спросила женщина, вызывая у меня удивление, скрыть которое не получилось. – Завтра я уже буду в четвертых землях. Снова выхожу замуж. А еще открываю ведьмовскую академию.
– У драконов? – изумилась я пуще прежнего.
– У них. – подтвердила она. – Крылатые все чаще берут в жены ведьмочек. И рождаются у них тоже ведьмочки, но к своим женщинам, будь это дочь или жена, они относятся крайне ревностно. Не хотят выпускать за пределы земель, а учиться им тоже нужно.
– Это, конечно, все занимательно, но при чем тут я? – поинтересовалась, напрочь сбитая с толку.
– У тебя внушительный дар, слитый из силы четырех ведьм. Мне будет интересно тебя обучать. Да и потом найти себе жениха среди драконов куда проще.
– У меня уже есть жених, – ответила я, поднимаясь.
Наш разговор уже совершенно точно был закончен, а беседовать о чем-то другом я смысла не видела. В холле первого этажа меня ждал Барсвиль.
– Жаль будет, если он тебя разочарует. Насколько я знаю, господин Эйлер именно сейчас получает предложение, отказаться от которого может только глупец.
– О чем вы? – так и замерла я рядом с креслом.
– Ему предлагают стать новым императором, Тиана. Воскреснуть, так сказать, официально и феерично, будто это именно он устроил переворот, радея за справедливость и простых смертных, за что его чуть не казнили. Если он согласится, а я в этом почти не сомневаюсь, уже завтра он будет женат на новой Верховной. Ей не позволят долго править одной. Для того чтобы заключать политические союзы, нам нужен мужчина на троне.
– Как вам? – спросила я, прекрасно понимая, что это дерзко, но ничего с собой поделать не могла.
Новости обескураживали. И пусть я гнала от себя все сомнения, уверенная в том, что Барсвиль меня не предаст, крохотный червячок где-то в глубине души жалил и кусался.
– Как мне, – спокойно кивнула ведьма, и ее взгляд устремился в окно. – Я вышла замуж за того, кого презирала всем сердцем, чтобы получить неоспоримую власть в империи. Я даже родила от него дочерей – и это, пожалуй, единственное, о чем я не жалею в своей жизни. Годы прошли, а я так ни разу и не была
