Читаем без скачивания Таран - Сергей Зверев

– Вот тогда обстановка в стране сразу нормализуется, – пообещал мордастый мент со стажем. – Давайте не будем делиться на бедных и богатых, на своих и на чужих, на ваших и наших. Терпимость, терпимость и еще раз терпимость!

Тарану вспомнилось жаргонное словечко «терпила», и ему захотелось сплюнуть. Ха, куда же нынче без этой пресловутой терпимости, насаждаемой хиреющей западной цивилизацией! Как можно быть нетерпимым к несчастным азиатам, которые хотят всего-навсего попользоваться вашей женщиной или квартирой? С чего бы воспитанному человеку обижаться, если обдолбанным тинейджерам взбредет в голову угнать вашу тачку? Почему бы не поделиться с грабителями в переулке последней рубашкой? Как можно морщиться, если паре сальных гомиков приспичило полизаться в вашем присутствии?

Каждый вправе поступать как ему вздумается. Признать это значит проявить терпимость к чужим недостаткам, а без терпимости невозможно существование по-настоящему демократического общества. Правда, если кто-то «терпит», то на самом деле он совершает над собой насилие, смиряясь с чем-то для себя неприятным. Таким образом, «терпимость» на самом деле является фальшивой маской лицемеров. Стоит ли нам ее примеривать, как это делают на Западе?

От размышлений Тарана отвлек мобильник, оживший в его кармане. Звонил тот самый незнакомец, который посоветовал дождаться темноты. Теперь он выступил с новой инициативой. А не отправиться ли Тарану на улицу Постышева прямо сейчас, не откладывая дело в долгий ящик?

Упоминание долгого ящика вызвало в сознании образ гроба, что не располагало к задушевной беседе.

– Определюсь, – уклончиво ответил Таран.

– Что за мутки, не понял? – послышалось в трубке.

Хороший вопрос. Тарану и самому бы хотелось понять, что за мутки происходят в Курганске. Интересно, у них тут все отлить со стилетами ходят?

– А тебе не надо ничего понимать, – сказал Таран. – Ты свою миссию выполнил? Ну и не дергайся. Дальше я сам разберусь.

– Время не терпит.

– Время как раз терпит.

– Что-то не понимаю я тебя, братан, – произнес незнакомец. – Тебя к нам вроде не по кабакам шляться прислали.

Лицо Тарана окаменело. Как он сказал? По кабакам? Ему известно, где провел вечер Таран? В таком случае нападение в сортире действительно было организовано специально. Что же получается? Людям Шестипалого нельзя доверять?

– А с чего ты взял, что я по кабакам шляюсь? – спросил Таран бесцветным тоном.

Но нового прокола со стороны собеседника он не дождался. То ли тот опомнился, то ли действительно не был в курсе.

– Где же тебе еще кантоваться? – удивился он. – Не в киношках же.

Гм, неплохая идея. Таран посмотрел в сторону кинозала, куда сходилась на последний сеанс малочисленная публика. Почему бы человеку не посмотреть какой-нибудь фильм на сон грядущий? Хорошая идея.

Таран задумчиво поскреб подбородок. Ответ неизвестного помощника прозвучал вполне естественно, но доверять ему на сто процентов было нельзя.

А кому можно доверять, когда речь идет о двадцати лимонах «зелени»?

– Я как раз в кино собрался, брателла, – сказал Таран.

– Какое кино? – опешил невидимый собеседник.

– Э-э… «Волчья стая». – Таран вспомнил название книжки, которую листал на квартире. – Не сопи так громко, телефон треснет. Посмотрю фильм и поеду.

Он говорил умышленно лениво, чуть заплетающимся языком. Пусть собеседник думает, что Таран абсолютно беззаботен и слегка навеселе. Ни к чему раскрывать свои карты. И полностью полагаться ни на кого в Курганске нельзя.

– Что-то темнишь ты, парень, – прошипел незнакомец.

– Слушай, – прикинулся рассерженным Таран. – Тебя мной командовать приставили или помогать? Ну что ты липнешь как банный лист? Я в твоих советах не нуждаюсь. – Решив не перегибать палку, он смягчил тон: – Понимаю твою озабоченность, но и ты меня пойми. Еще недавно нары задницей полировал, а тут жизнь ключом, хвост трубой и девочки в юбочках. Хочу какую-нибудь сфаловать на ночь. Чтобы как в той песне: «Мы славно поработали и славно отдохнем». Не нагнетай, ладно?

– Поосторожней с девочками, – проворчал незнакомец. – А то забуришься с ними до утра, а я потом расхлебывай.

– Все будет путем, – заверил Таран. – Сделаю дело, отзвонюсь.

– Лады.

– Бывай.

Кажется, неизвестный хотел еще что-то сказать. Не успел. Таран оборвал его на полуслове. Точно так поступают с людьми их боги, не давая им возможности закончить начатое.

Закончив разговор, Таран связался с Людой, которая очень обрадовалась звонку.

– Знаешь, – возбужденно тараторила она, – у нас тут такое было, такое было!

– Какое? – скучно спросил Таран.

– Драка в туалете.

– Бумагу не поделили?

– Ничего смешного, между прочим, – обиделась Люда. – Один труп и двое раненых. Полиция говорит: бандитская разборка.

– Полиции виднее. Они еще там?

– Уехали. Даже не опрашивали никого особо. Покрутились минут десять и свалили.

Отметив про себя эту любопытную деталь, Таран осведомился:

– Ты когда работу заканчиваешь?

– Мы до последнего посетителя крутимся, – вздохнула Люда. – Сегодня народу много. Опять придется на такси тратиться.

– Не придется, – заверил ее Таран. – Я сам тебя доставлю домой в лучшем виде и полной сохранности. А за это ты пустишь меня переночевать.

– Ишь ты, какой быстрый!

Официантка успела позабыть про более чем щедрые чаевые. Ничего, Таран ей напомнит.

– Очень быстрый, – подтвердил он. – И очень щедрый. Не могу пообещать, что секса между нами не произойдет, но будет он безопасный, бесплатный и по обоюдному желанию.

– А если я не захочу? – быстро спросила Люда.

«Куда ты денешься», – подумал Таран.

– Все зависит от тебя, – сказал он до того проникновенно, что хоть сейчас пробоваться на главную роль в какой-нибудь мелодраме. Чтобы воскликнуть «не верю!», требовался Станиславский, а мэтр уже давно ничего не восклицал. Одним словом, Люда купилась.

– Уговорил, – сказала она. – Позвони через час.

– Я позвоню через два, Людочка, – сказал Таран. – В крайнем случае через два с половиной.

– У-у! – протянула она голосом обиженного ребенка.

– Не переживай. Я обязательно перезвоню.

– Никто не переживает. Но чем я буду заниматься, если ресторан закроется?

– Просто посидишь и помечтаешь обо мне.

– Вот еще!

– У меня самые серьезные намерения. – Таран заговорил вкрадчиво, как опытный наездник, успокаивающий норовистую кобылку, прежде чем неожиданно оседлать ее и натянуть поводья, подчиняя своей воле. – Ты мне нравишься. Если я понравлюсь тебе тоже, то…

– Что? – пискнула Люда, которой эти слова показались чарующей музыкой, известной в народе как «Свадебный вальс» Мендельсона. Возможно, она уже мысленно примеривала фату и слышала голоса, скандирующие: «Горько! Горько!»

Таран криво усмехнулся.

– Давай прекратим беседу на этой интригующей ноте, – сказал он. – Жди звонка. Сама мне не звони.

– Ты…

Таран отключил связь. Это начало входить у него в привычку.

Прежде чем покинуть торговый центр, он приобрел несколько бутылок спиртного, упаковку газировки, гору продуктов, а потом заглянул в аптечный киоск, где обзавелся упаковкой «Димедрола».

– Не спится, – пожаловался он аптекарше с извиняющейся улыбкой.

В какой-то мере это было правдой.

Таксист Эдик не предполагал, что нынче ему предстоит встретиться с Тараном, напиться на халяву и навсегда отказаться от извоза пассажиров по ночам. Он не любил заглядывать в будущее и не ожидал от него никаких неожиданностей. Жизнь Эдика была размеренной и предсказуемой, как езда по прямой двухсторонней дороге под бодрую, но ненавязчивую музычку.

Недавно Эдик выкурил второй по счету косячок отличной анаши, подогнанной друганами-таксерами, и пребывал в отличном расположении духа. В кармане лежала приличная сумма, заработанная развозкой проституток по адресам заказчиков. Многих из девчат Эдик знал в лицо. Например, пухлогубую Оксану, которая приехала в Курганск из какого-то села и попросила отвезти ее к тетке на Текстильщик. Эдик отвез провинциальную дурочку в прямо противоположном направлении. Там, в подпольном борделе братьев Соловьевых, ей стало не до тетки и не до вступительных экзаменов в пищевой техникум. Работенку ей назначили другую, не по кулинарному профилю. За нее Эдик получил полста «бакинских», а за Юлю из Пригорска всего двести, потому что деваха попыталась удрать, и пришлось покалечить ее слегка, а кому нужен подпорченный товар?

Но Эдик по пустякам не расстраивался. Всех денег не заработаешь, приговаривал он, когда случались неувязки. Будет другая Юля, будут другие источники доходов. То «травка» дешевая подвернется, то клиент, не вяжущий лыка, в такси заберется, то бандюганы проследить за кем-нибудь поручат. Одним словом, вертеться можно и нужно. Под лежачий камень вода не течет.