Читаем без скачивания Верь только сердцу - Лиз Карлайл

Нет, по мнению Коула, ни Дженет, ни Джеймс не могли быть безжалостными убийцами. Однако не следовало забывать об Эдмунде. Ленивый, расточительный кузен Коула был женат на женщине еще более порочной. Супруги возвели тщеславие и легкомыслие чуть ли не в ранг искусства. И кроме того, по словам Терренса Мадлоу, Эдмунд снова испытывал финансовые затруднения, что случалось довольно часто.

И все же Коул не мог себе представить, что Эдмунд смог решиться на убийство. Скорее всего он не стал бы пачкать руки. И потом, убийство только Мерсера не решило бы проблемы. Ведь из-за сыновей Дженет его место в очереди на наследство отодвигалось далеко. Терзаемый всеми этими мыслями, Коул торопливо побрился и оделся.

Не было и семи утра, и в доме стояла тишина. Хотя Коул еще не был знаком с распорядком дня в доме, он не сомневался, что успеет совершить прогулку верхом и вовремя вернуться к завтраку. Он тихонько спустился вниз и направился к черному ходу, но в эту минуту из малой столовой донеслись визг и смех.

Дверь в столовую была распахнута, и оказалось, что стол к завтраку уже накрыт. Некоторое время Коул стоял в темном коридоре, оставаясь незамеченным. Ему не хотелось нарушать приятную сцену домашней идиллии. Робин сидел на коленях у матери, его щеки были перепачканы красным джемом. Дженет пыталась вытереть ему лицо, а он весело визжал. Коул подумал, что сейчас Дженет уж никак не похожа на хладнокровную убийцу.

– Сиди спокойно, Робин, – смеясь приказала Дженет, – и перестань крутиться юлой. – Она смочила салфетку водой и продолжала оттирать сыну щеки.

– Ой, ой! – кричал Роберт. – Мама, ты протрешь мне лицо до кости.

– Так тебе и надо, – со смехом заявил Стюарт. – Не будешь пачкаться, как поросенок!

Дженет чуть сдвинула брови, но продолжала улыбаться.

– А кто тот юный джентльмен, что на прошлой неделе вывалил кашу себе на колени, а, Стюарт?

Стюарт виновато потупился, а Дженет стерла последние остатки джема с лица Роберта. Затем на удивление легко она подняла Роберта с колен и поставила на пол.

– И это было не один раз, не так ли? А припомни, когда вы с Робертом швырялись яичницей...

– Я помню, помню! – вскричал Роберт. – Нам хорошенько за это влетело. А потом еще пришлось мыться.

Стюарт кивнул:

– Да, и еще стирать скатерть, рубашки и мыть пол.

– Вот именно, – назидательно сказала Дженет. – У слуг довольно других дел, кроме как убирать за непослушными детьми. Так кто пойдет со мной на прогулку в сад?

Роберт с унылым видом посмотрел на мать.

– Опять в сад? Но почему мы не можем пойти в парк? Или покататься на своих пони?

Дженет обняла сына, притянула к себе и поцеловала в макушку.

– Значит, не можем. Еще некоторое время мы не должны покидать дом.

У Стюарта тоже испортилось настроение, и он тяжело вздохнул, явно разочарованный.

– А капитан Амхерст пообещал взять нас на матч между Итоном и Харроу. Но ведь поле для крикета далеко от дома.

– Ох, Стюарт! – Дженет через стол протянула руку сыну. – Я понимаю, вам здесь очень скучно, но потерпите еще немножко.

Коул громко кашлянул и вошел в комнату.

– Доброе утро!

Дженет оглянулась через плечо, отпустила Роберта, и тот подскочил к капитану.

– Кузен Коул! – радостно воскликнул мальчик. – Вы пришли позавтракать с нами? Но вы опоздали. Вы почки любите? Стюарт умял всю свою порцию, а я их терпеть не могу. Мы уже давно завтракаем, и я перепачкал джемом лицо и даже волосы.

– Да, я вижу, – пробормотал Коул, глядя на слипшиеся волосы над ухом Роберта.

– Доброе утро, Коул, – поздоровалась Дженет и кивнула, приглашая его сесть. – Надеюсь, вам хорошо спалось на новом месте?

В столовой появился слуга с кофе и чистыми тарелками, однако Дженет продолжала пытливо смотреть на Коула.

– Да, мадам, я спал очень хорошо.

Стюарт со стуком положил вилку на стол, Дженет повернулась к нему.

– Стюарт, если ты закончил завтракать, то отведи, пожалуйста, Робина в сад. А нам с кузеном Коулом надо обсудить утренние занятия.

Проводив взглядом детей, выходивших из столовой, Дженет с решительным видом обратилась к Коулу:

– Давайте раз и навсегда кое-что уточним. Вам не следует никуда ходить с детьми без моего разрешения. Вы меня поняли? Ни шагу из дома без моего ведома!

Коул кивнул:

– Разумеется, мадам. Но, насколько мне известно, мы никуда и не ходили. Так что ваши опасения преждевременны.

Дженет поднялась и принялась расхаживать по столовой.

– Сэр, вы самонадеянны и дерзки! – вскричала Дженет, указывая рукой на Коула, словно напоминала ему о его месте. Но Коул явно неправильно истолковал ее жест. Резким движением он ухватил Дженет за руку и притянул к себе так близко, что теперь она была даже не в состоянии залепить ему пощечину.

– Не смейте никогда поднимать на меня руку, мадам! – решительно произнес Коул. – Я уже довольно натерпелся от вашего несносного характера и сварливого языка. Не знаю, каких мужчин вы привыкли оскорблять, но я не из их числа.

Пытаясь отстраниться от Коула, Дженет взглянула ему прямо в глаза. Они так ярко сверкали, что у нее пробежал холодок по спине. Выражение лица капитана сейчас казалось почти жестоким, и все же Дженет поняла, что он не причинит ей зла, а просто неправильно истолковал ее жест.

А может, она ждала, чтобы он отреагировал именно так? Неужели ей захотелось испытать его? Еще сильнее помучить? А может, захотелось наказать за то, что ее влечет к нему, такому сильному и спокойному?

Да, именно так. Но это был не только ничем не оправданный, но и опасный поступок с ее стороны. Господи, ей не следовало этого делать. Последним усилием Дженет освободила руку и отшатнулась.

– Вы зря обиделись на меня, сэр, – произнесла она уже более мягко. – Я просто указала на вас, вот и все.

– Неужели? – Голос Коула прозвучал насмешливо, но на его щеках появился румянец.

– Да, и давайте закончим разговор, сэр. Вы пообещали мальчикам взять их на матч по крикету.

– Не скрою, мадам, я бы с удовольствием это сделал. Но не волнуйтесь, игра состоится через несколько недель, так что есть время уладить все разногласия.

– Мои дети не выйдут за порог дома! – снова взорвалась Дженет, не в силах сдержаться. – Я этого не допущу, слышите?

Коул внимательно посмотрел на нее.

– Я вас не понимаю, мадам. Я должен обучать ваших детей не только наукам, но и верховой езде, заниматься с ними спортом. Но при этом они не должны покидать этот дом. Как прикажете все это совместить?

Дженет продолжала расхаживать по комнате. Ей показалось, что она начинает терять рассудок.

– А мне наплевать, как это можно совместить, сэр. У нас имеется сад, есть конюшня. Так что постарайтесь что-то придумать. Я не могу допустить, чтобы мои дети общались с людьми, которых я не знаю. С людьми, которым я не могу доверять.

Внезапно Дженет показалось, что в столовой стало очень жарко, комната будто сузилась. Она не может никому доверять. Стены сдвинулись, вытесняя из помещения воздух. Дженет прижала ладони к вискам. Никому! Пульс громко стучал у нее в висках, к горлу подкатил комок. На мгновение залитая солнечным светом комната исчезла. В глубине сознания Дженет прозвучал пистолетный выстрел, его пугающий звук продолжал звенеть в ее ушах. Она почувствовала, как кусочек свинца сбил с нее шляпу. Лошадь под ней напряглась и вздыбилась.

Но уже в следующий миг видение исчезло, и Дженет осознала, что Коул стоит рядом и поддерживает ее за локоть.

– Дженет, – тихо произнес он, поднял руку и осторожно повернул ее лицом к себе.

Она смутно ощутила на влажном лбу его теплое дыхание. Ей захотелось раздвинуть стены комнаты, которые грозили ее раздавить.

– Дженет, – повторил Коул, вглядываясь в ее лицо. – Дорогая, что с вами? Прошу вас, не расстраивайтесь. Давайте не будем спорить. Я позабочусь о мальчиках, обещаю.

– Не-е-т, – с трудом произнесла Дженет и оперлась на край стола.

– Дженет! – Коул слегка притянул ее к себе, его большая ладонь продолжала лежать на ее щеке. Это прикосновение было прохладным и успокаивающим. – Не буду спорить, меня тоже очень заботит благополучие ваших детей. Но мальчики очень энергичны, мы не можем запереть их в четырех стенах. Возможно, вы еще не оправились после смерти мужа? Может, какой-то абсурдный страх...

– Абсурдный страх? – Дженет резким движением отбросила руку Коула. – Да как вы смеете, сэр? Вы ничего не знаете о таких вещах. Это не ваши дети. Вы просто не можете понять любовь, которую родители испытывают к детям.

Дженет отступила от Коула, ее расширенные глаза пылали гневом.

– Еще до рождения ребенка надо целиком посвятить себя заботам о его благополучии. Это жертва, необходимая для его безопасности. Что вы можете знать о такой преданности, сэр? Ничего.

Внезапно Дженет увидела, что лицо Коула побелело от ярости и напряжения. Он отвернулся и пробормотал: