Читаем без скачивания Как Ельцин стал президентом. Записки первого помощника - Лев Суханов

Втроем мы пошли к Б.Н. Ельцину, но он был занят, устал и не принимал гостей. Я выхожу из его кабинета в достаточно смущенном состоянии. Говорю Юмашеву и Нюрнбергу: «Извините, ребята, шеф вас не примет». На их лицах недоумение. Огорчились. И я чувствую себя тоже в неловком положении. Короче расстались — я отправился к себе в кабинет, мои гости — к проходной. И вдруг на пороге моего кабинета появляется Борис Николаевич и спрашивает: «А может, все-таки твоего Нюрнберга с Юмашевым принять?» Вот те раз! Бегу вниз, и, слава богу, они еще от Госстроя далеко не ушли. Назад — бегом, чтобы Б.Н. Ельцин не передумал. Словом, все, как в сказке. Вначале все скверно и трудно, но зато в конце все образуется. Короче, заключили договор на издание книги «Исповедь на заданную тему».

Нюрнберг взялся организовать в Штатах аукцион по продаже права на издание этой книги. А в это время Борис Николаевич уже начинает наговаривать главы книги на магнитофон. Авторские права остаются у Ельцина, все пленки и тексты тоже. Издательству же, пожелавшему опубликовать «Исповедь», оставалось лишь техническое осуществление проекта. И, разумеется, реализации книги.

Нюрнберг поступил по-джентльменски: сначала он обратился к американскому издательству «Мерроу», поскольку идея написания книги принадлежала ему. Однако затребованные Эндрю 260 тысяч долларов гонорара показались издательству чрезмерными, и оно отказалось от своих притязаний. Короче, право на первое издание «Исповеди» купило на аукционе другое американское издательство, в результате чего первоначальная сумма гонорара возросла до 460 тысяч долларов. Естественно, определенный процент отчислялся Юмашеву и Нюрнбергу-

Наблюдая за деятельностью Эндрю, я понял, насколько в таких делах мы невежественны и беспомощны. Привлечение специалиста к изданию книги Бориса Николаевича действительно дало ошеломляющий результат. Ее начали публиковать в Италии (издательство «Леонардо»), во Франции (издательство «Кальман Леви»), в Англии (издательство «Джонатан Кейт»), в Финляндии (издательство «Верна Седестром»), в Голландии («Антос-Роберт Амерллан»), в Норвегии («Капелей»), в Швеции — издательство «Форум». Книга Б.Н. Ельцина была опубликована в Японии, США, Греции, Дании, Португалии, Испании, Бразилии, Южной Корее, на Тайване…

Итак, началась работа над книгой. Разумеется, и у меня были кое-какие записи, но весь материал — в голове Бориса Николаевича. Он наговаривал на магнитофон, а затем его дочери распечатывали пленки. Юмашев делал литературную обработку. При этом он стремился сохранить «колорит личности» Б.Н. Ельцина: его стиль, только ему присущие обороты речи. Однако работа над книгой Борису Николаевичу давалась с большим трудом, ибо его парламентский день был насыщен до предела. А сроки между тем не позволяли откладывать: рукопись должна была быть готова к октябрю, чтобы в феврале 1990 года книга могла попасть к читателям. Правда, Ельцин уложился в сроки, и уже в октябре отредактированная и завизированная автором рукопись попала в издательство. Но выход ее в свет по просьбе Ельцина перенесли с февраля на март. Объяснялось это предстоящими выборами в Российский парламент. Дело в том, что в своей книге он давал резкую нелицеприятную характеристику всем членам Политбюро. Критиковал он и Горбачева, и потому не без оснований считал свою «Исповедь» «бомбой». Но он также знал, что любой политический взрыв вызовет ответную реакцию, и потому решил повременить с выходом книги. И, наверное, правильно поступил, ибо при той всесильности партийного аппарата Б.Н. Ельцин мог бы не стать депутатом ВС России. А уже тогда демократы искали оптимальные варианты предвыборной кампании. Многие из его окружения предлагали остановиться на депутатстве в Моссовет, но другие, более решительные демократы, говорили, что Москва — пройденный этап и уже пришла пора «штурмовать» российский парламент. А в Москве пусть борются за власть видные деятели из Межрегиональной депутатской группы — например, Гавриил Попов…

Вскоре Б.Н. Ельцин получил из Лондона расписание предстоящей презентации книги. Он долго колебался — ехать или не ехать за рубеж, поскольку боялся, что оппоненты обзовут его «туристом», но потом все же согласился. Впрочем, по-другому и не могло быть: в договоре был пункт, в котором говорилось, что автор в обязательном порядке должен присутствовать на презентации. В противном случае он лишается 25 процентов гонорара.

О том, как мы ездили на презентацию, я расскажу в другой главе. Сейчас же речь пойдет о поездке Б.Н. Ельцина в Японию. Это уже была не кар навально-неофициально-экскурсионная поездка, каковым в определенной степени был визит в США, а сугубо официальное мероприятие, в чем-то по-восточному чопорное, но и по-восточному же идеально организованно-е…

Слезы Ельцина

Мы, разумеется, понимали, что поездка в США была перенасыщена мероприятиями. Отсюда и накладки — срыв некоторых ранее запланированных визитов и встреч. Все это было учтено при составлении программы визита в Японию. Полетели мы вчетвером: Борис Николаевич, Павел Вощанов, Виктор Ярошенко и я.

Приглашение поступило от телекомпании Ти-би-эс, а также деловых кругов Японии, в связи с чем и был оформлен соответствующий протокол. В отдельном его пункте оговаривалось гарантированное выделение средств для закупки одного миллиона одноразовых шприцев. Японцы все без исключения пункты протокола реализовали. График поездок по стране выполнялся буквально поминутно. И все делалось с большим тактом, без напряжения, как в США. Японцы, мило улыбаясь, не спеша, великолепно делали свое дело…

Собственно визит начался 14 января 1990 года. Сначала организаторы поездки купили билеты на советский авиалайнер, но по нашей просьбе поменяли их на «Боинг». Я мог сравнивать полет в США с полетом в Японию. Сервис в общем схожий, хотя от нашего, конечно, сильно отличается.

Летели в первом классе, и как только поднялись в воздух, нас снабдили теплыми одеялами, халатами, носками и домашней обувью. Чувствовали себя, как дома. Смотрели «видик» и особой новизны уже не ощущали. Прибыли в токийский аэропорт Нарита, где нас ждали три машины. На них мы сразу же отправились в маленький аэропорт Сакура, с которого на небольшом самолете поднялись в воздух и несколько минут летали над Токио. Так состоялось наше первое знакомство с одной из великих стран планеты. Вместе с нами была переводчица Мари Янахара, чистейше говорящая по-русски. Благодаря ее комментариям, мы много узнали о Токио. Лично меня поразила плотность застройки — кажется, между домами не просунешь даже лезвие бритвы.

Нам сказали, что земля в Токио очень дорогая и цены на нее примерно в 100 раз выше, чем в любой другой стране мира. С воздуха хорошо были видны следы титанической борьбы человека с морем, борьбы за каждый квадратный метр суши. Ее здесь буквально рукотворят, ежегодно намывают все новые и новые участки земли. Целые мегаполисы строятся на площадках, отвоеванных у моря. Великолепные здания, вознесшиеся над морем, покоятся на сваях, уходящих в искусственную землю.

Мы также видели огромные плантации водорослей, которые специально выращивают для пищевой и фармацевтической промышленности. В Японии все идет в дело, это саморегулирующая система с колоссальным потенциалом.

Так же, как и в США, в Японии много было встреч с журналистами и бизнесменами. И были, разумеется, званые обеды и ужины, на которых можно было сравнивать кухни. Например, японскую «русскую» кухню — с американской «русской», а эти две — с советской русской. И оказалось, что японская «русская» более русская, чем наша отечественная. В Японии обед — ритуал. Обслуживают и официанты, и официантки. Гейш мы не видели и Борис Николаевич по этому поводу часто шутил: «А где тут ваши гейши?»

В первый же день пребывания в Японии (14 января) мы налетались, насмотрелись, вдоволь наговорились, после чего и прибыли в одну из лучших гостиниц Токио — «Принц отель». Для нашей делегации освободили целый этаж. Мой номер находился рядом с апартаментами Бориса Николаевича. В наше распоряжение выделили несколько служащих и охрану, которая с первой и до последней минуты оберегала наш покой. Никто на этаж не мог попасть, минуя охрану. Такая изолированность объяснялась исключительно мерами безопасности.

В глаза бросалась ухоженность помещений, уют, повсюду цветы. Убранство номеров отличалось от европейского своим национальным колоритом. После того как разместились в гостинице, нас пригласили на ужин с участием «звезд» Ти-би-эс. На следующий день, 15 января, отмечался день совершеннолетия Японии. Это национальный праздник, глубоко чтимый жителями этой страны. Люди надевают кимоно, и поскольку в этот день никто не работает, все выходят на улицы и предаются радостному общению. Затем мы осмотрели главный храм, величественный и строгий; Борис Николаевич подошел к группе девушек и вместе с ними сфотографировался. Позднее он дал программе теленовостей интервью, после чего в расписание визита вкралось незапланированное мероприятие. Мы поехали в сауну, которая располагалась в гольф-клубе. Это респектабельное заведение представляет собой современно оснащенный оздоровительный центр с набором разнообразных оздоровительных процедур. Чтобы заполучить эти блага, нужно уплатить 38 долларов, а это немало. Но попарились мы очень хорошо, много плавали в просторном бассейне. На все это удовольствие ушло примерно полтора часа. Затем мы вернулись в отель, переоделись и отправились в здание телекомпании Ти-би-эс, куда также должен был приехать наш посол Николай Соловьев.