— Пуля в плече сидит.
Я схватилась за мобильник:
— Сейчас вызову «скорую».
— Ни в коем случае. Лучше помоги мне потуже перевязать плечо. Доедем до больницы, там мне эту штуку вытащат.
Я стала перевязывать плечо салфеткой, которую в спешке отобрала у застывшего официанта.
— Давай быстрее, — торопил меня Бульдог. — Сейчас здесь будут менты. Ни тебе, ни мне незачем перед ними светиться.
Оказав помощь Бульдогу, я подошла к Даше. Она лежала навзничь, в голове у нее была дырка.
Кто-то накинул на нее простыню. Бульдог встал на колени, приоткрыл простыню и поцеловал ее в лоб. Затем он схватил меня за руку и потащил на кухню. Я, озираясь, смотрела на распростертое тело девушки, накрытое простыней, и не могла сдержать слез.
— Пойдем. Ей уже ничто не поможет. Она мертва.
Я побежала следом за Бульдогом.
— Куда мы?
— На кухню.
— Зачем?
— Выйдем через черный ход. У парадного подъезда уже наверняка объявилась милиция.
Очутившись на улице, я прижалась к Бульдогу и со слезами на глазах спросила:
— Как твое плечо?
— В порядке.
— Скажешь тоже — как оно может быть в порядке, если в нем торчит пуля. Нужно срочно в больницу. Может быть заражение или еще что-нибудь, это не шуточки. Сейчас я позвоню своему личному врачу и спрошу, куда нужно подъехать.
Бульдог застонал и закрыл глаза. Наверное, ему было плохо. Я дрожащей рукой набрала номер.
— Человек ранен, — сказала я, услышав знакомый голос. — Нужно немедленно вытащить пулю. Куда приехать?
Мой дедуля быстро назвал адрес частной клиники, в которой он дежурил этой ночью, и я пообещала приехать в течение ближайшего часа. Спрятав сотовый, я внимательно посмотрела на Бульдога. Он стоял без движений, не открывая глаз.
— Бульдог, тебе что, совсем плохо? — испуганно спросила я, осторожно взяв его за руку. Он вздрогнул и словно очнулся от какого-то сна. — Макс, тебе плохо? — повторила я.
— Как ты меня назвала?
— Макс. А что здесь такого? Это же твое имя.
— Ты так нежно произнесла это…
— Пойдем, нельзя терять ни минуты. Мой врач уже нас ждет. Ты же теряешь кровь.
— Как я могу ее терять, если ты мне перевязала плечо.
— Повязка вся мокрая.
— Надо было потуже перевязать.
— У меня не хватает сил. — Я взяла Бульдога под руку и направилась к машине. — Поедем на моей машине. Я с водителем. Боюсь, что в таком состоянии ни тебе, ни мне не надо управлять машиной.
Бульдог крепко сжал мою руку и уткнулся в волосы.
— Ты так вкусно пахнешь. Свежим сеном.
— Чем?
— Свежим сеном. Я всегда чувствовал твой запах. Он какой-то особенный. Я не знал женщину, которая бы так пахла. Дашка всегда пахла дешевым портвейном и сигаретами…
— Макс, пошли — иначе будет поздно. Ты несешь бред. Ты в шоке оттого, что потерял свою девушку.
Я потащила его к своей машине. У входа в ресторан стояло несколько милицейских машин и собралась масса народу. Хорошо, что мою машину водитель припарковал чуть дальше. Поэтому нам с Бульдогом удалось пройти незамеченными. Водитель положил голову на руль и дрых без задних ног.
— В здоровом теле здоровый дух, — сделала я заключение и села на заднее сиденье автомобиля. Бульдог устроился рядом, крепко обнял меня и захлопнул дверцу.
— Стас, поехали. Просыпайся. — Он постучал водителя по плечу. Но Стас по-прежнему спал.
— Может, он чего принял? — испугалась я. — Да вроде он всегда обязательный. На работе не пьет. Наркотиками не балуется.
— Стас, ты что, совсем спятил? Чупа в машине. Ну-ка, просыпайся!
Бульдог наклонился и схватил Стаса за воротник. Стас откинул голову назад. Из открытого рта тоненькой струйкой текла кровь. Я вскрикнула и прижалась к Бульдогу.
Бульдог взял Стаса за руку и пощупал пульс.
— Еще тепленький. Убит выстрелом в рот недавно.
Я почувствовала, как задрожало мое тело, и постаралась взять себя в руки.
— Надо отогнать машину подальше и позвонить пацанам. Пусть они отвезут Стаса в морг и сообщат его семье о случившемся. К твоей машине подходить нельзя. Она стоит почти у самого входа, и вокруг нее шныряют менты. Если они увидят раненого хозяина, то возникнут ненужные вопросы.
Бульдог перетащил Стаса на заднее сиденье, а сам сел за руль.
— Ты уверен, что сможешь вести машину? Ты ранен и пьян.
— Я могу водить машину в любом состоянии. Ты как себя чувствуешь рядом с трупом?
— Скверно, — вздохнула я. — Стас был неплохим парнем. У него остались жена и двое детей. Даже не верится, что он мертв.
Бульдог надавил на газ, и машина тронулась с места.
Я с ужасом смотрела на кровавое пятно, растекающееся вокруг Стаса. Затем, тяжело вздохнув, набрала номер мобильного Гарика:
— Гарик, привет. Это Чупа. У нас проблемы. Стаса убили, а Бульдога ранили… Мне нужно везти Бульдога в больницу. Машину со Стасом мы оставим напротив Дворцового моста. Это самое безопасное место. Там сейчас народу соберется немерено к разводу мостов, и до нашей тачки никому не будет дела. Подъедешь, заберешь Стаса и отвезешь его в морг. Жене сообщишь о случившемся и возьмешь организацию похорон на нас. Я повезу Бульдога в больницу. Как все закончится — сразу позвоню тебе.
— Чупа, а кто Стаса убил? — спросил Гарик.
— Не знаю. Мы сидели в «Трех шестерках», началась стрельба. Бульдог закрыл меня своим телом, а Стаса убили в машине, выстрелом в рот.
— Чупа, я все сделаю, можешь не волноваться…
Я посмотрела на Бульдога. Цвет его лица оставлял желать лучшего. Мне казалось, что еще совсем немного — и он потеряет сознание. Доехав до Дворцового моста, мы оставили машину со Стасом на видном месте, а сами поймали такси и минут за десять проехали до нужной больницы. В дороге я вновь набрала Гарика и с облегчением узнала, что мои мальчики уже повезли тело Стаса в морг. У приемного покоя я помогла Бульдогу вылезти из машины и нажала на кнопку звонка. Через пару минут Бульдога уже повезли в операционную. Мой дедуля обколол руку обезболивающим и стал доставать пулю. Я не могла поверить, что пулю можно достать без наркоза, мне казалось, что я сама чувствую ту адскую боль, которую чувствовал Бульдог. Он морщился, но не издал ни звука. Когда все закончилось, я подошла к врачу и чуть слышно спросила:
— Ну что, жить будет?
— А куда он денется? — весело улыбнулся дедуля. — Здоровый, крепкий парень.
— Дай бог. — Я взяла Бульдога за руку.
— Ты как?
— Нормально. А ты?
— Я тоже ничего. Жива благодаря тому, что пуля попала в твое широкое плечо. Девушку твою жалко. Совсем молоденькая.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
