уже знакомых мне лиан и кореньев. На некоторых из них так же росли цветы-огоньки.
У подножия прекрасного древа располагались во множестве крошечные грибы, которые друг за дружкой меняли цвет, словно новогодние гирлянды. Стоило его соседям окраситься в новый цвет, как гриб принимал такой же, пока его не достигнет волна новых оттенков.
Хотелось стоять так вечно, умиротворенно созерцая величественный исполин, который украшает собой этот мир. Рядышком располагались оплетенные сверкающим мхом скамейки. Особую атмосферу добавляли разрушенные арки, выполненные в античном стиле другого мира. Место немного походило на святилище.
Послышался всхлип, затем яростное шипение и снова всхлип:
— Дура, — выругался пустотник.
Затем я почувствовал легкий удар и резко развернулся.
— С вас причитается, сородичи, — Стерх растянулся в кривой усмешке. — Только что вы чуть не погибли.
Затем, глядя на все еще ничего не понимавшего меня и готовую наброситься на мужчину Ласку, демонстративно достал огромный фламберг и с глухим стуком рубанул по земле. Меч совсем выпадал из образа рейнджера. Намного больше ему бы пошли парные короткие клинки или что-то вроде рапиры. Огромный же тяжелый двуручник, с волнистым лезвием, лучше пришелся бы к руке закованного в броню латника.
Я попытался отступить, но растянулся на каменном полу пещеры. Мои ноги были оплетены сверкающей лианой с цветами-огнями. Похоже, что это дерево притягивало к себе взгляды не просто так, и пока такие, как я или Ласка, стоим и с восхищением рассматриваем это чудо природы, оно постепенно делает своих жертв, в прямом смысле своей частью.
— Эта дрянь гипнотизирует. Захватывает внимание, если смотреть слишком долго. Советую на уровнях, кратных десяти, вкладываться в волю, — сказал Стерх. — Это лучший способ противостоять такой дряни. Ну и самому не тупить.. о, боги, твоя подруга снова зависла. Воля ниже пяти, да? Хм. Её точно одобрили после ритуала?
Ласка стояла, вновь заворожено глядя на дерево. А ведь еще секунду назад порывалась бросаться в безнадёжный бой со Стерхом. Интересно, много тут еще такого добра? Подумать только, будь мы здесь одни — чем бы всё закончилось в таком случае?
Ответ на этот вопрос я заметил только сейчас — на лавочке под деревом расположились обвитые корнями и растительностью скелеты. Красочная светящаяся флора отвлекала внимание, скрывая под собой неприятный сюрприз.
6. Данталиан
От дерева мы свернули налево и довольно быстро достигли конечного пункта назначения. Единственный трактир домена носил имя «Данталиан» и снаружи не выделялся ничем, помимо скромной вывески в виде кружки, свечи и книги из отдельных ржавых и слегка заплесневевших элементов. Заметное отличие от соседних строений было только одно — окна на первом и наполовину вмурованном в пол подвальном этаже горели приветливым желтоватым светом.
Дверь отворилась с глухим, но очень уютным скрипом. Зазвенел колокольчик, что нисколько не помешал девушке за стойкой бармена дрыхнуть прямо на рабочем месте. Барная стойка с явно очень древним деревом стала подушкой для абсолютно седой девушки с короткими рваными волосами.
Стерх громко прокашлялся и захлопнул дверь, заставив колокольчики снова тревожно звякнуть.
— А? Что? Ой! — девушка со спутанными седыми волосами резко потянулась встать, но неудачно натолкнулась головой на медный вентиль какой-то большой трубы. В дополнение к неприятному подъему, из небольшого крана на голову несчастной полилась ароматно пахнущая грибами и алкоголем жидкость.
— Кальян сюда, — хмыкнул Стерх со странным злорадством. — И выпивки мне и моим друзьям!
Девушка поднялась, с откровенной неприязнью посмотрела на Стерха, но все же кивнула. Будь я на её месте, тоже бы невзлюбил такого клиента. Хотя думаю, причины их взаимной неприязни в другом.
— И поесть что-нибудь! — прокричал я ей вслед.
Может, с обретения союзника для нас с Лаской в этом мире жизнь станет чуть проще?
Атмосфера в трактире действительно располагала. Я откинулся в уютном кресле и осмотрел помещение — уже привычные аномально высокие потолки и пробивающиеся сквозь стены растения. Последнего было меньше, чем в моем доме или в Хрустальной Башне, но один мощный корень пробивал стену прямо над барной стойкой в полуметре над головой девушки.
Еесли бы её сон на рабочем месте не настигла кара в виде медного вентиля, карателем стал бы именно он. Впрочем, даже корень использовался в хозяйстве: на нем висела большая табличка с меню.
Пиво? Сидр? Хм, из чего они гонят здесь сидр? Завозят откуда-то?
Но больше всего поражало обилие книжных полок повсюду. Трактир больше походил на библиотеку, чем на харчевню или питейное заведение. Свечей тоже было в достатке. В памяти всплыла вывеска заведения. Это тоже куда больше смахивало на дом знаний. Но трубы, судя по всему, проводившие к барной стойке различные алкогольные напитки, дополняли картину к ржавой эмблеме у входа.
— Так вот. На чем мы там, говоришь, остановились? — Стерх растянулся в ухмылке.
— Почему пустоту тут так не любят? — начал я с самого главного. Надо же знать, почему ты в заднице.
— Ну а кто ж её любит, — собеседник усмехнулся, но увидев мое кислое выражение лица, пояснил. — Ты сам посуди. Постоянная жажда внутри тебя требует постоянных жертв. Каждый пустотник в какой-то момент начинает смотреть на всех вокруг, как на еду, слетает с катушек и начинает вершить кровавый ад.
Стерх картинно развел руками. А я еще больше нахмурился. Это что ж за счастье мне такое подвалило?
— То есть скоро я начну превращаться в кровожадного монстра? А сам-то как, ты уже стал таким?
— Погоди, погоди, — пустотник картинно замахал руками и хотел было продолжить, но тут появилась трактирщица и молча поставила кальян, и две порции чая.
— Эй, Мышь, что это за пойло? Ты же не хочешь потравить малышей?
— Не нравится — можешь вылить. Главное не забудь заплатить.
Седая трактирщица оказалась довольно молодой, а серыми в ней были не только волосы, но и абсолютно потухшие глаза мертвой рыбы. Интересно, почему при всей пестроте красок самого города, здесь так популярен серый цвет у его обитателей?
Еды нам тоже, стало быть, не будет. Судя по всему, я был напрочь проигнорирован негостеприимной трактирщицей. Но я все же попытался наладить контакт:
— А поесть у вас что-нибудь есть? Нам подойдет что угодно. — Я постарался вложить в улыбку побольше дружелюбия. Во многом ради контраста с откровенно недружелюбным к трактирщице Стерхом. Если в первый раз не получилось, может, сработает такой подход?
Серая Мышь.
