Читаем без скачивания Бронебойный диалог - Александр Тамоников

«Нападение на дом, – быстро произнес он. – Юсуф, скорее всего, убит. Нападающие – люди Джемала. Попытаюсь отбиться и уйти».

Ниврай схватил стоявший в углу автомат, передернул затворную раму и занял позицию у шкафа. Но бандиты не сунулись в комнату. Вместо этого туда влетел небольшой предмет, раздался хлопок, и Ниврай упал на ковер. Тут же в комнату вошел афганец в противогазе, осмотрел Ниврая и вышел. Вошел второй, также осмотрел агента СВР и тоже вышел.

Шустов, наблюдавший вместе с Грановым происходившее в доме Ниврая, проговорил:

– Газовая граната.

– Вижу. Не отвлекайся, посмотрим, что будет дальше.

А дальше в комнату вошел первый афганец, вытащил Ниврая в коридор, а туда затащил труп неизвестного мужчины. Спустя несколько минут он же из канистры поливал стены, пол, мебель бензином. Вспыхнул огонь. Изображение на мониторе погасло, камера сгорела.

– Значит, не напрасно беспокоился Асад. Джемал действительно охотился за ним, и охота эта ему удалась. Черт! Надо было приказать ему уйти из Кабула.

Сотовый телефон Гранова прозвучал сигналом вызова.

– Слушаю.

– Это Шахри. У нас беда. Сильный пожар в доме Ниврая. Полиция, после того как пожарные потушили пламя, нашли на пепелище два трупа. У Ниврая сегодня был Юсуф Луджини. Этот пожар не случаен.

– Я скажу тебе больше, Бакир. Дом подожгли люди Джемала, но перед этим они убили Луджини и захватили Ниврая.

– Как так?

– В доме работала система слежения «Сова», мы с Дмитрием видели все произошедшее своими глазами.

– Но откуда тогда в доме два трупа?

– На записи отчетливо слышен выстрел. Боевики же наверняка использовали бесшумное оружие. Значит, стрелял Луджини. Он успел убить одного из нападавших и погиб сам.

– Вы не могли этого видеть.

– Да, мы не видели, что происходило во дворе, но, посуди сам, как талибы могли проникнуть в дом, не ликвидировав Луджини?

– Вы правы. Почему же Асад не оказал нападавшим сопротивление? Или дом подожгли, чтобы выманить его?

– Нет, на это у «духов» не было времени. Они использовали газовую гранату и, усыпив Ниврая, приготовившегося к бою, вынесли его тело во двор, а в комнату внесли труп неизвестного мужчины. Не Луджини, того оставили где-то рядом со входом.

– Шайтан! Этот бешеный шакал Джемал добрался-таки до Асада. Но откуда он узнал, что Ниврай руководил группой агентов СВР?

– На этот вопрос у меня нет ответа.

– Асада ждет страшная смерть.

– Мы постараемся что-нибудь предпринять, Бакир, но, сам понимаешь, спасти Ниврая практически невозможно.

– Что делать нам с Редзаем? – тихо спросил Шахри.

– Вам срочно покинуть Кабул. Находиться в Бакате, на конспиративной квартире. И пока на улицу не выходить.

– И долго отсиживаться там?

– До приказа.

– Я понял, но это… этого не должно было произойти. Кто-то сдал Ниврая талибам.

– Согласен. Мы будем искать этого кого-то.

– В посольстве?

– Везде. Ты все хорошо понял, Бакир?

– Понял. Эх, знать бы, куда люди Джемала вывезли Асада.

– Я сказал, находиться в селении Бакат. Вы ничем не можете помочь Асаду. Как, к сожалению, на данный момент и мы. Все, Бакир, мне надо еще связаться с Москвой. До связи! – Гранов отключил сотовый телефон и приказал Шустову: – Запись срочно генералу!

– Уже отправляю.

– Давай, Дима, быстрее. Я связываюсь с Александровым.

– Представляю его реакцию.

– Я тоже, но доложить о произошедшем мы обязаны.

Гранов включил спутниковую станцию, набрал номер заместителя директора Службы внешней разведки.

Генерал Александров ответил немедленно, словно ждал вызова:

– Слушаю тебя, Виктор Алексеевич.

– У нас плохие новости.

– Что случилось?

Майор доложил о том, что видел и слышал на записи системы слежения «Сова».

– Уходя, боевики подожгли дом, который полностью сгорел. Бакиру Шахри и Фархаду Редзаю я приказал укрыться в пригородном кишлаке Бакат.

– Ясно, – неожиданно спокойно сказал генерал и добавил: – У меня тоже плохая новость. Людям Джемала, несмотря на предпринятые узбекской стороной меры, все же удалось похитить семью Ниврая. Правда, меры, что были предприняты узбекской милицией, не выдерживают никакой критики. Но факт остается фактом. Единственное, что удалось местной милиции, так это задержать одного из двоих участников похищения, когда они собирались вылететь из Самарканда. Я сделал запрос на этого задержанного, руководство Службы национальной безопасности обещало передать нам преступника.

– Эта Служба обещала защитить семью.

– СНБ просто не успела своими силами взять под охрану семью. Боевики опередили местных чекистов, убив дежурного милиционера и хозяйку дома, где проживала семья.

– Да-да, Джемал все тщательно продумал и подготовил. Но он не смог бы провернуть акцию похищения семьи в Узбекистане без помощи весьма высокопоставленных пособников в Ташкенте.

– А вот это уже внутреннее дело Узбекистана, и нам в него лезть нельзя. Дождемся передачи схваченного в Самарканде террориста. Он должен прояснить ситуацию. Вам же продолжать исполнение обязанностей. Решение по укрытию агентов Шахри и Редзая полностью поддерживаю. У меня все. Вопросы, майор?

– Никак нет, товарищ генерал-лейтенант. Вопросов нет. Шустов отправил вам запись «Совы».

– Хорошо, работайте. До связи!

Гранов отключил станцию.

Сделал это и заместитель директора СВР. И тут же вызвал по внутренней связи помощника:

– Капитан! Связь мне с генералом Белоноговым.

– Одну минуту.

Вскоре помощник доложил:

– Генерал-полковник Белоногов на связи!

– Здравствуй, Дмитрий Сергеевич, – поднял трубку Александров.

– Здравствуй, Алексей Владимирович. Признаюсь, никак не ожидал твоего звонка, – несколько удивленно проговорил генерал Белоногов, советник президента, руководитель одной из спецслужб России, а также полномочный представитель Москвы в «Совете Шести», организации, объединившей Россию, Белоруссию, Украину, Германию, Францию и Турцию в совместной борьбе с терроризмом.

– Новости у меня плохие, Дмитрий Сергеевич.

– Что произошло?

– В Кабуле бандитами Джемала ад-Дина похищен наш агент Асад Ниврай.

– Подожди, это не тот Ниврай, что активно помогал отряду «Z» в операции «Лабиринт» и чья сестра вышла замуж за капитана Грачева?

– Он самый. Но это еще не все. Семья Ниврая находилась в узбекском городе Джизак. Так вот, ее тоже похитили.

– Да ты что? Это что же получается? Талибы уже и в Узбекистане творят, что хотят?

– Я этого не говорил, но семья тем не менее похищена. Боюсь, этим Джемал не ограничится.

– Ты имеешь в виду Наиму?

– Да!

– Я предупрежу Седова об опасности, грозящей жене офицера отряда.

– И чем быстрее это сделаешь, тем лучше.

– Ничего. Своих мы защитим.

– Не было бы поздно.

– Вот только не надо этого!

– Хотел сказать, каркать?

– Сказал то, что сказал. Мне непонятно, как Служба национальной безопасности Узбекистана проморгала террористов на своей территории?

– Что теперь об этом?! Но милиция Самарканда сумела захватить некоего Сангара Берхуни, который не без оснований подозревается в убийстве милиционера и хозяйки дома, где проживала семья Асада, и в похищении его жены и дочерей.

– Интересно, каким это образом, проворонив террористов в Джизаке, милиция сумела выйти на них в Самарканде?

– Насколько мне известно, по анонимному звонку.

– Даже так? Не находишь, что очень уж своевременным оказался звонок? И почему задержан только один боевик? И вообще, сколько их принимало участие в похищении?

– Двое.

– Одного, значит, взяли, а второго нет? Упустили?

– Пристрелили при попытке оказать вооруженное сопротивление.

– Да? Это что же получается? «Духи» уходили вдвоем, а пытался оказать сопротивление один?

– Получается, так!

– А милиция Самарканда не выяснила, где, когда и кому боевики Джемала отдали семью Ниврая?

– Милиция передала Берхуни СНБ. Безопасность Узбекистана оповестила меня о задержанном, я тут же оформил запрос на этого террориста. Служба безопасности обещала передать его нам. По договоренности уже завтра Берхуни будет в Москве.

– И с чего такая щедрость? Преступление совершено на территории Узбекистана, к России отношения не имеет, преступники – афганцы, и вдруг передают террориста России?

– Я просил Службу безопасности взять под охрану семью Ниврая с дальнейшим вывозом ее в Москву. Ташкент обещал сделать это. И СНБ прокололась. Возможно, руководство Службы чувствует вину перед нами?

– Скорее всего, сработали твои личные связи, Алексей Владимирович, я не прав?

– Ну и это тоже немного.

– Я хотел бы присутствовать при допросе Берхуни.

– Без проблем. Как только он окажется у меня, мы вместе поговорим с ним.

– Добро. У тебя все или есть еще плохие новости?

– Пока все!