и с ним — то к следующему, и так далее, пока вы не разберётесь, — сладко пропел Маллой. — Ну, или все, один за другим, не передохнете.
Взгляд его при этом остановился на мне. Что-то подсказывает, что я точно знаю, кто будет первым в этой очереди…
Из кармана мантии он достал песочные часы и, перевернув их, поставил на стол. Песчинки начали медленно падать на дно.
— Начали!
Все студенты, за исключением Милены Богард, даже не попытавшейся изобразить на своём милом личике хотя бы намёк на сострадание, тут же бросились к бледному трясущемуся Гидеону, обводящему аудиторию глазами, полными надежды.
— Ты что-нибудь чувствуешь? Тебе больно? — участливо спросила его Анжелика.
— Нет, — покачал головой Гидеон. — Только очень холодно. Пожалуйста, сделайте что-нибудь!
Я оглядел однокурсников, надеясь, что кто-нибудь выступит вперёд и, закатав рукава, покажет, как нужно обращаться с такими штуками. Но встретил лишь такие же беспомощные отчаянные взгляды. Никто даже не представлял, что нужно делать!
— Наверное, надо попытаться как-то ослабить эту дугу… — неуверенно произнёс Дэн.
— Как? — спросил его я.
— Понятия не имею, — пожал тот плечами. — Наверное нужно потянуть за один из жгутов…
В то же мгновение, не успели мы ничего понять, неугомонная Анжелика протянула руку и, ухватившись за одну из жил, с силой её потянула.
Я и не думал, что такое возможно! Для меня это были просто сияющие линии, как иллюзия, совершенно нематериальные. Но, оказывается, на них можно воздействовать физически, прямо руками!
На мгновение показалось, что всё получилось, и дуга сейчас распадётся, но она, дрогнув, снова вернулась в исходное положение, при этом став ещё ближе к телу Гидеона.
— Глупая ошибка, — вежливо произнёс Маллой, указывая на часы — из верхнего отделения в нижний упало сразу несколько песчинок, словно кто-то их с силой туда протолкнул. — У вас стало ещё меньше времени. Осталось пять минут.
При этих словах Анжелика вздрогнула, и из её глаз потоком хлынули слёзы. Не в силах сдержаться, она бросилась на задний ряд и забилась под стол. Но это всё равно не помогло — она всхлипывала так громко, что её было слышно даже на первом ряду.
После первой неудачной попытки никто больше даже не пытался что-то сделать. Высказывались идеи, что в спираль нужно запустить какой-нибудь энергией, которую никто не знал как создать, или дёрнуть Гидеона так быстро, что он безболезненно выскользнет из петли, ничего не повредив. Но всё это были лишь теории. Никто не решался сделать хоть что-то реальное. Включая и меня. Всё же о существовании волшебства я узнал всего два дня назад и вряд ли могу быть полезен хоть чем-то.
— А времени осталось всего две минуты, — ласково проворковал Маллой. — Похоже, что на вашем курсе ожидается первый труп. Хорошее начало! Не ожидал, что вы окажетесь такими беззащитными и тупыми.
Не успел он договорить, как, расталкивая ребят в сторону, к Гидеону устремилась Милена.
— Что ты делаешь?! — попытался остановить её Дэн, но она, кажется, его даже не заметила, оттолкнув в сторону с чудовищной силой.
Достигнув Гидеона, она протянула руку, вокруг которой тут же образовались светящиеся фиолетовым пластичные отростки, мгновенно проникшие между жгутами и немного растянувшими их в разные стороны. Пальцы Милены плавно и легко пробежали по спирали и, схватив что-то невидимое, с силой дёрнули.
В ту же секунду спираль исчезла. Гидеон с удивлением и благодарностью посмотрел на Милену.
В аудитории повисла тишина. Такого не ожидал никто! Тем более зловещими прозвучали медленные и громкие хлопки. Это Маллой вальяжно аплодировал, но в его глазах не было ничего кроме злобы.
— Надо же, Милена Богард снизошла до простых смертных! — саркастически рассмеялся он. — И вот после такого эффектного, пусть и довольно старомодного решения я ни на мгновение не усомнюсь во всём, что о вас говорят!
Милена посмотрела на него исподлобья. Её прекрасные глаза горели настоящей ненавистью.
— Слухи врут. Я ещё хуже! Но в одном вы ошиблись — я точно не тупая и беззащитная!
Я не поверил своим ушам. Так вот в чём дело! Она с самого начала могла помочь Гидеону, но даже пальцем не шевельнула, пока Маллой не назвал нас всех тупыми и беззащитными! Если это не высшая форма эгоизма, то я тогда просто не знаю, что это такое!
— Что ж, можете считать как хотите, — равнодушно пожал плечам Маллой. — Узор был элементарным, самым простым, что я сумел из себя выжать. И даже с ним вы справились далеко не идеально, грубо, вручную. Надеюсь, что это не всё, на что вы способны, иначе я буду очень разочарован. А теперь займите свои места! Я попробую вбить в ваши тупые головы немного знаний.
Все молча расселись, но общая атмосфера была подавленная. Кажется то, что произошло, оказалось для всех нас большим шоком. Оправиться от такого очень быстро невозможно.
Но Маллой, кажется, даже не обращал внимания на наше настроение. Он всё тем же ровным тоном приступил к изложению материала. И, надо отдать ему должное, лектором он был прекрасным.
— Каждый маг обладает уникальным даром взаимодействовать с особыми энергетическими потоками, состоящими из различных первородных сил. Это могут быть как основные стихии типа огня и воды, так и иные, вроде металла, тумана, ментальной или универсальной энергии. Объединённые вместе, эти потоки образуют Узор. Узоры — основа волшебства. Именно их используют волшебники для достижения своих целей. Но Узоры — это не просто бессмысленное нагромождение энергии. У каждого из них своя сложная структура, отвечающая поставленной перед магом задаче. Так, в Узор может быть включено количество противников, которое вы хотите поразить, направление движения атаки, и огромное, воистину бесконечное количество иных характеристик…
Не скажу, что всё сказанное было по-настоящему понятно, и я конспектировал лекцию полностью на автомате, даже не пытаясь вникнуть в сказанное. Также поступали и остальные. Пережитый стресс оказался чересчур для всех нас.
Именно поэтому звонок, означающий конец лекции, оказался для нас настоящим спасением.
Глава 12
С лекции Маллоя мы все выходили необычно притихшие. Кажется, что напряжение и пережитый на занятии страх так до конца нас и не отпустили. Особенно это касалось Гидеона, который вышел из аудитории последним, с трудом переставляя ноги и дрожа, словно осиновый лист на ветру.
Но стоило нам пройти несколько шагов по коридору, как всех нас будто прорвало.
— Да что он себе позволяет! Он почти угробил студента! На первом занятии! — громче всех возмущался высокий парень, обладатель шикарных блондинистых волос до плеч, по имени Оливер. — Он не имеет права!
