мешал связи. Но если что, позвонит Дима с любого стационарника, я его просил. А дальше рации и профессионализм собровцев и ментов, которые должны подтянуться. Лишь бы не напортачили. Ну и наши, само собой, наши группы приедут быстро, и у нас есть надёжные парни. Главное — чтобы было время.
— Я связывался с Эдиком, — сказал я, начиная свою игру. — Уточнил про его хорошего друга, и как он предотвратил вчерашнюю резню, и узнал, как с ним связаться. Правда, вам это вышло боком. Но зато отпустили одного человека.
— Ты многое знаешь, Волков, — произнёс Иса. — Но ничего это не поменяет. Советую тебе уйти у меня с дороги.
— Сам Платонов со мной говорить и не стал, — продолжал я. — Не его уровень. Но темой он заинтересован, как и комбинатом и всем остальным. Разумеется, тот бизнес с грузами надо будет закрыть, опасное это дело, да и некому его больше прикрывать. А вот насчёт комбината… Платонов в первую очередь бизнесмен. Я тоже.
— Как и все мы, — Иса кивнул. — Но одно меня интересует, — он уставился на Женю. — Смотрю я в глаза этого человека, и вижу в них, что он твой друг, а не наёмный охранник. И вижу, как он на нас смотрит. Воевал же ты, парень, верно? И что, вместе с нами работать будешь?
Вот же хитрая змея, как и распознал? Женя глянул на меня, я ему кивнул. Ну же, старина, не подведи.
— Воевал, — сказал он. — Много ваших положил, даже награду дали. Но знаешь, — он скрипнул зубами. — Вот повоевал я там… а толку? Пережевали и выплюнули, мы в говне, вы в шоколаде. Иди, говорят, в бандиты, Женя, там твоё место, больше ты нигде не нужен. А я себе своё нашёл. И раз надо что-то делать — значит надо, какая теперь разница?
Молодец, Женя, нашёлся. Сказал то, что Иса был готов услышать.
— Я многих собрал вокруг себя таких людей, — сказал я. — Брошенных и никому не нужных, дело им дал. И держимся уже полгода ото всех, но…
Я сделал паузу. Метель усиливалась, снег валил плотнее. Стало холоднее, продавцы сворачивали товар. Ещё немного, и окружить толпу, чтобы загнать её в автобус, не выйдет, момент будет упущен. Но всё равно, опасное дело, меня-то всё равно могут застрелить, если поймут, к чему я веду.
Но и они тёртые калачи. Смотрят во все стороны, незамеченными близко не подобраться. Главное — фокусировать всё внимание на себе.
— Но дальше будет хуже, — продолжал я. — Держаться уже сложнее, а прикрытия у моих знакомых чекистов скоро не будет, посыпятся головы. Поэтому я решил выбрать сторону.
— Нашу? — Иса хмыкнул. — И что, Платонов тебе передал через своих людей, чтобы ты нас вытащил?
— Нет, — я помотал головой. — Ему на вас вообще плевать, так я понял. Помогать не будет.
Поверил, сразу поверил, вот как дёрнулся. Ну конечно, какое дело Платонову до группы боевиков на другом краю страны? Перебьют их, ему же потом меньше головной боли, да и легко найдёт других.
А жить они хотят. Поэтому я и говорю с ними так, чтобы они это понимали, и предлагаю то, что они хотят. И играю свою роль.
— Просто вас положат, придут другие, с ними ещё будут всякие тёрки. А я хотел на тебя посмотреть, Иса, стоит ли с тобой работать дальше. Давно заметил, где ты сидишь, но натравливать на тебя никого не стал. Захотел поговорить сам, посмотреть, что ты за человек.
— Ну и что ты решил? — Иса смотрел на меня без страха.
— А что мне за это будет? — нагло спросил я, переходя к сути. — Так-то я рискую, милиция кругом, СОБР подтянули, ФСБ везде. Но я бы мог вывезти вас на комбинат, а там территория большая, не найдут, и туда не сунутся. Но я должен что-то за это получить, за свой риск. Или мне придётся работать с теми, кто придёт после вас.
Один из чеченцев, бородатый здоровяк с бритой головой и красными от холода ушами, что-то произнёс со злостью, но Иса цыкнул на него, и тот заткнулся. Но все смотрели на меня.
— Что он сказал? — спросил я, жалея, что Женя не знает чеченский язык.
— Сказал лишнего, — Иса нахмурился. — Раз ты хочешь работать, мы тоже готовы. А что до компенсации неудобств… у меня с собой есть двести тысяч долларов. Достаточно тебе, Волков?
— Хорошая сумма, но хотелось бы кое чего ещё, — я попытался улыбнуться. — Отдай мне голову Черепа.
— Будет, — его взгляд стал хитрее и презрительнее. — Его лысая башка сегодня будет у тебя.
Думает, что раскусил меня, ну и пусть, мне же лучше, да и остальные тоже переглядываются между собой. Ещё и наверняка думают сейчас, что убьют меня потом, чтобы не платить. Да и пусть. А вообще, голова Черепа мне не нужна, но я должен был её попросить, чтобы Иса клюнул. Вот он и клюнул. Осталось немного, а если ещё выведу их с рынка без стрельбы… Слава уже должен был хоть кого-то собрать, да и он сам отличный стрелок.
— Транспорт есть? — спросил я.
— Есть.
— Тогда, пока ещё метёт…
А дальше было быстро.
Тот молодой чеченец показал на автобус, в окне которого показалось чьё-то лицо, а второй мгновенно выхватил пульт с длинной антенной. Иса что-то крикнул и полез под куртку. Женя выхватил мой ПСМ и сбил меня самого с ног в снег, стреляя в кого-то не особо не целясь, и рухнул на землю сам.
Что-то громко хлопнуло прямо рядом с моей головой, ослепив и оглушив. Уши будто заткнуло ватой, я слышал только звон, выстрелы и крики, будто идущие издалека. Вспомнил, что в кармане куртки пистолет, но едва я за ним полез, как кто-то грубо его вырвал и завернул руку.
Всего несколько секунд, как всё закончилось.
— Да его-то выпусти! — крикнул кто-то рядом со мной. — Свои!
Слух возвращался медленно. Снег совсем разошёлся, засыпая мне лицо. В тумане показался Женя, внимательно посмотрел на меня, улыбнулся и поднял большой палец.
— Едва успели, — говорил он кому-то. — Если б автобус подорвали…
— Мне Волк сказал за Мишаней сбегать, — ответил
