понять, что внимательно слушаю его.
- Несколько лет назад я потерял надежду, что увижу кого-то из тех людей, кто был мне когда-то дорог. О том, что мне кто-то станет вдруг дорог, я уже и не мечтал. И совершил самое разумное, как мне казалось - перевел все свои средства на закрытый счет. Он на предъявителя вот этого документа, - старик указал глазами на какой-то бланк, который валялся подле него, - оставил несколько тысяч себе на жизнь, а остальное там.
Пока что я не понимала, в чем проблема. Тем более о дядиных деньгах, о каком-то там наследстве, не думала вообще.
- Дядя Тэй, вы вздумали меня напугать до полусмерти из-за этого? Серьезно? - я сделала голос построже, хотя меня порадовало, что дядя хотя бы говорит внятно, то есть инсульт более или менее можно было исключить.
- Погоди, дочка… - он осекся, но продолжил, - счет может быть открыт только после моей смерти. Не знаю, о чем я думал.
Я чуть поразмыслила. Конечно, на проживание нам нужны будут деньги, но, в конце концов, я молода и здорова, могу работать. Неужели, не смогу прокормить нас двоих? Однако, дом был очень велик и его содержание требовало приличных средств. И я была совершенно точно уверена, что дядя Тэй не расстанется с ним ни за что.
- А кроме этого что? - спросила я, больше для того, чтобы выиграть время.
Дядя Тэй какое-то время пристально вглядывался в моё лицо.
- Не знаю, смог бы я вообще открыть тебе всё, что произошло, но должен. Всё началось с того, что когда-то увидев Оливию Эшли, я влюбился, еще тогда поняв, что это навсегда, на всю жизнь.
Лицо старика просветлело, его взгляд был устремлен куда-то далеко, и там он видел юную Оливию, которая забрала в плен его сердце.
Когда он дошел до того момента, как женился на своей единственной, как привёз её сюда, в этот дом, в моём сознании вспыхнула идея. Я так явно увидела и поняла, что нам делать дальше, что просияла. Перебивать старика не стала, пусть выговорится. Но не терпелось поделиться с ним, получить его разрешение, расписать всё в красках. Мне вспомнился тот самый альбомчик, который я создавала из своих фантазий, картинок и пазлов мечты.
Однако то, что я услышала дальше звучало всё более странно, а потом и жутко.
Когда я, устроив дядю на кровати, тихонько закрывала за собой дверь, у меня дрожали руки.
Я просто не могла поверить…
Глава 16
Постепенно напряжение отпускало. Если вдуматься, в этой истории не было ничего мистического или невероятного. Просто тесно переплетенные судьбы нескольких не очень счастливых людей. Как там в песне: мы выбираем, нас выбирают, как это часто не совпадает, я за тобою следую тенью…
Жили были две сестры Оливия Эшли и Нея Эшли. Оливия была старше сестры почти на пятнадцать лет. И когда на горизонте появился Тэйлор Томас, жаждущий добиться руки Оливии, Нея была совсем еще ребенком. По-крайней мере он иначе её не воспринимал.
Ухаживал Тэй за Оливией несколько лет. Упорно и настойчиво. Было видно, что чувства его неподдельны, и он был готов ждать вечно. Оливия не была к нему равнодушна и, наверное, вышла бы за Тэйлора с радостью, однако её останавливало одно - Нэя.
Отец их давно умер, а мать была немного не в себе, поэтому жизнь Нэи после отъезда старшей сестры из отчего дома могла стать невыносимой наедине с деспотичной матерью, которая страдала перепадами настроения и нервными срывами.
Оливия тянула, как могла, то давая Тэйлору надежду, то придумывая причины для новых отсрочек.
В конце концов, ей пришла в голову полубезумная идея поставить Тэю Томасу, простому парню, условие - постройку этого самого замка. На манер современных отелей, однако в духе средневековья.
Больше всех возмущена была Нея.
- Лив, за что ты мучаешь его? Это же сумасшествие! Бедняга Тэй, он же двадцать пар обуви стоптал, обивая наш порог. Раньше я хоть маленькая была, а теперь справлюсь. Только умоляю тебя - не истязай его из-за меня, я не могу больше этого выносить! - и девочка натуральным образом расплакалась, невольно выдав свои чувства.
Но сколько Оливия ни пыталась добиться от неё признания, было очевидно - юная Нея влюблена в жениха сестры, тщательно скрывая это ото всех. Да и с кем ей было поделиться.
- Хорошо, - ответила обескураженная Оливия, испытывая противоречивые чувства, - достроит дом, я выйду за него. И в самом деле, ты совсем уже взрослая.
Нельзя сказать, что сестры с тех пор перестали любить друг друга или затаили что-то нехорошее, но как будто холодок пробежал. Уже не было многочасовых бесед или молчаливых, но полных нежной сестринской близости, вечеров.
И когда Тэйлор Томас вернулся с известием, что условие выполнено, и он вновь просит руки мисс Оливии Эшли, та просто вышла за него. И они уехали.
Нея провожала их тоскливым взглядом, от всего сердца желая сестре и любимому человеку счастья.
Когда ей исполнилось восемнадцать, она получила от сестры письмо с поздравлением. Оно одновременно наполнило её сердце радостью и тревогой. Оливия в очень нежных и теплых выражениях поздравляла сестру и приглашала к себе. Нея трепетала от мысли, что вскоре увидит их обоих. Однако в то же время письмо было наполнено какими-то туманными параноидальными намеками, которые внушали страх.
Разрешения матери больше не требовалось, поэтому Нэя собралась почти немедленно.
Когда же девушка прибыла на место, её огорошили ужасной новостью, что сестра её пропала, ведется расследование, а Тэй Томас под подозрением.
Муж сестры был убит горем и полностью раздавлен. Сочувствующих ему здесь почти не было, поэтому он искренне был рад младшей сестренке Оливии, насколько мог радоваться вообще.
Спустя некоторое время, когда обвинения с Тэйлора были сняты, Нея уехала. Она видела, что Тэй хочет остаться один, хотя тот и предлагал ей остаться.
Домой к матери Нея не вернулась, обосновалась в каком-то захолустном городе, где жила одиноко и скромно, работая в школе для девочек.
Тея Томаса она исправно навещала раз в год. Они проводили время почти безмолвно. Казалось, что они просто думают об одном и том же, не нарушая тишину словами. Разница была лишь в том, что Тэй думал лишь об Оливии, а Нея о нем и о сестре. И почти никогда о себе, борясь со своими чувствами к Тэйлору. Теперь они казались
