испугаться не успел. Теперь нужно было разобраться с одарёнными.
Телефон я благоразумно отключил. Не надо мне сейчас резких звуков. Счастье любит тишину. Так, продолжим нашу операцию
Я достал из потустороннего кармана сильфа Огненной Смерти. Осторожно опустил его на землю. Создание помахивало крылышками, влюблённо на меня глядя. Так, теперь авиация. В небо взмыла пара клювобушей. Ну и верная пехота… Остатки бронемяков растворились в лесу, повинуясь мысленной команде.
Я вышел из леса так, чтобы машина закрывала меня от аристократа в очках. Затем создал иллюзию себя, на другой обочине. Вышло плохенько, но издалека было даже на меня похоже. Проекция дёргано вышла на трассу, встала, уперев руки в бока. Одна из рук на миг пропала, но тут же вернулась на место.
Одарённый в плаще заметил движение, вальяжно повернулся к моей фальшивке с ухмылкой. Лениво хлопнул по крыше машины два раза. Его напарник молча вылез наружу. Яркий дядька: один глаз, лицо изуродованное, будто бы чуть съехавшее в сторону. Моя проекция безо всякого пафоса попятилась назад, старательно изображая ужас.
Рука опять исчезла! Да что ты будешь делать! Но дворяне этого будто и не заметили! Очкастый выстрелил из правой руки красный магический клинок. В правой завихрилась магия, образовывая щит. А его уродливый товарищ встал на четвереньки и прыгнул так, словно был мутировшей блохой. Метаморф⁈
Я рванулся к машине, пока одарённые не понял, что их развели. Метморф обрушился на мою проекцию, с рыком перекатился по земле, взрывая её когтями. Вскочил на ноги:
— Это не…
В этот миг он увидел меня. Вот только я уже держался за ручку двери. Сюрприз, ребята. Через мгновение меня встретил пропахший дорогими сигарами салон. Водитель получил в контур и молча завалился на бок. Я закрыл двери изнутри.
— Привет, Тигрёнок! — сказал толстяку, обездвижил его энергетическим пинком в район виска. Глаза папика гневно выпучились за миг до этого, а затем безвольно закатились.
— Илья! — радостно воскликнула Анжела. — Ты пришёл!
— За руль, — приказал я, скинув водителя. — Увези меня отсюда.
Девушка моментально перебралась через узкую перегородку, с опущенным бронированным стеклом. Аристократ в очках бессильно дёргал ручку и что-то грозно кричал. Слюны было много, толку нет. Такие машины и болгаркой не взрежут.
Автомобиль Тигрёнка окружили бойцы. Один встал напротив лобового стекла, целясь в окно из автомата. Дурак? Метаморф прыгал вокруг машины, колошматя когтистой лапой по крыше. Как слона газетой. Хорошая броня, раз одарённый не взял.
Двигатель машины заурчал, и Анжела вдавила тапку в пол. Могучий автомобиль рванулся с места, сбив автоматчика. В зеркале заднего вида я увидел, как тот ошеломлённо поднялся, по-прежнему целясь из автомата, но огня так и не открыл
Никто из людей Тигрёнка стрелять не стал. И лица у них были ну очень рассеянные.
Я обернулся, глядя в заднее стекло. Оба аристократа рванулись к одной из тачек, прыгнули внутрь. Пора!
Сильф, ждущий под днищем именно этого автомобиля, радостно исполнил мой приказ. Машину моментально охватило огнём. Аристократы успели выбраться за миг до того, как рванул бензобак. Взрывом их раскидало в стороны.
Бригада Тигрёнка забилась в оставшиеся два автомобиля, но когда их транспорт на ходу стал терять резину, то в бессилии остановились. Мои милые бронемяки-диверсанты, пробившие колёса, уже скрылись в лесу.
Пока всё шло по плану!
— Илья, куда мне ехать? — спросила Анжела.
— В Питер пока, — я положил руку на плечо Тигрёнка. Ну, второй мой блин, понеслась. Надеюсь теперь выйдет что-то удобоваримое.
— Я так рада тебя видеть, Илья! Ты мой смысл. Я сделаю всё. Всё-всё-всё! — тараторила Анжела, ведя бронированную громаду по провинциальному шоссе. — Просто так. Мне ничего не надо. Просто скажи чего ты хочешь. Всё что угодно. Прошу! Скажи!
Бесит!
— За дорогой смотри! — слишком круто я её вправил. Напрягает даже. Это не лояльность, это фанатизм, а от этого ничего хорошего никогда не бывает.
— Мебя не понимает этого. Не понимает. Кричал на меня. Сказал, что ты чудовище. Что ты за всё ответишь! Что ты меня изменил!
Вообще не умолкает!
— Он слишком глуп чтобы понять! Глуп! Я целая. Я наконец-то целая.
О, сударыня, ваш папик скоро поумнеет. Я погрузился в контур Тигрёнка. Мда… Здесь чернота была везде. Порченный человек, страшно порченный.
— А кто этот твой Тигрёнок? Чем занимается? — спросил я не сдерживая омерзения.
— Дорогами.
Я вопросительно хмыкнул, и Анжела пояснила:
— Строит дороги! У него большой бизнес, Илья! Но ты не думай, он мне никто. Мне никто не важен, только ты. Просто говори мне что нужно делать.
— Давай пока просто помолчи, пока не спрошу.
Значит дороги строит. Говорят золотое дно, если в это дело войти. Хорошо, пусть будут дороги. Мне не жалко.
От прикосновений к контуру Тигрёнка меня передёргивало. Будто в помойке копошился, честное слово. Я выдохнул, расслабляя сознание. Вслепую по контуру ходить, наверное, не стоит. Надо понять что к чему. Простую физиологию я найду. Если надо выжать всё соки — тоже справлюсь, но человечек помрёт. Мне же нужен живой «слуга», а не мёртвый. Значит и работать надо тоньше. Лояльность. Это слово не давало мне покоя.
Расплетая гнилые паутины, я совершенно не боялся навредить их владельцу. Вот честно: сдохнет и сдохнет. Таких не жалко. Тем более: второй блин тоже может комом быть. Да и какой выбор? Ходить по ночным улицам и ловить бродяг, чтобы на них прокачивать перепрошивку? Не хочу, потому как есть в этом что-то… Что-то маньяческое. Пока не готов я к таким метаморфозам.
Работа оказалась непростой. Когда мы выехали на основную трассу и полетели в сторону Острова, я уже устал. Потёр виски. Голова загудела от напряжения. Безмерное безвременье, как же это непросто, когда делаешь умом, а не сердцем! Но я будто бы смог расщепить контур Тигрёнка на несколько потоков и теперь отслеживал каждый из них. Пытался понять за что отвечает тот или иной канал.
Мда. Одно дело, когда ты просто ходишь, а другое, когда пытаешься разобраться в какой последовательности нужно напрягать мышцы (и какие) чтобы сделать один шаг. Когда влезаешь в контур, чтобы смешать личность человека, временно разогреть какие-то его чувства, то делаешь это почти неосознанно.
Короче, я устал. Но теперь понимал чуть больше чем раньше. Вроде бы нащупал место, которое нужно изменить. Осталось дождаться пробуждения толстяка.
— Поворачивай назад, Анжела.
Мы шли по трассе на
