едва заметно улыбнулся.
— Если бы кто-нибудь спросил мое мнение, прекрасная лаурия, я сказал бы, что наш повелитель, может быть, первые в своей долгой жизни испытал чувство… может быть, не любви, но чего-то очень на нее похожего…
Я все-таки фыркнула, сложив руки на груди. Но ничего не ответила. В груди жгло.
— Спасибо, Тейноран. Но теперь мне хотелось бы узнать у тебя кое-что другое.
В следующие несколько минут, пока шеррий хмурился и бледнел, я рассказывала ему о том, как была обнаружена беспамятная русалка. И что на ее лбу я заметила нечто, что не было видно даже рыбине, плавающей рядом. И что нынче исчезло без следа.
— На ее лбу появился знак, — продолжала рассказ я. — И мне хотелось бы надеяться, что ты поможешь мне узнать его значение…
Тейноран слушал очень внимательно и с каждым мгновением становился все мрачнее.
— Как выглядел рисунок? — спросил он, почесав легкую черную щетину на подбородке, которая явно появилась у него за время пребывания в Айреморе.
— Это было похоже на глаз… — задумчиво протянула я, пытаясь описать необычный символ. — Только внутри вместо зрачка какой-то треугольник, а снаружи что-то вроде волнистых ресничек… Странная такая штука, надо сказать. Может, это и не глаз, а жук какой-то даже…
Объяснить оказалось чудовищно трудно.
— Может, ты когда-нибудь видел что-то вроде такого жукоглаза? — улыбнулась я с надеждой.
Внутри теплилась уверенность, что шеррий вот-вот подскажет мне, что это все значит. Но он внезапно хмуро покачал головой.
— Впервые слышу о чем-то подобном, прекрасная лаурия. Жаль вас расстраивать.
И я действительно расстроилась, потому что, похоже, ответы на вопросы придется искать в другом месте.
А что, если я спрошу у кого-нибудь не того? У кого-то, кто причастен к случившемуся с русалкой?..
Тут уже, к сожалению, Тейноран мне помочь ничем не мог. Совсем скоро он ушел, оставив меня одну. Бедолаге тоже нужно было обустроиться на новом месте, а я пришла к выводу, что если гора не идет к Магомеду, то и Магомеду у горы делать нечего. В общем, со своими русалками и знаками пусть айреморцы разбираются самостоятельно. Мне, в конце концов, какое дело? Я им детектив, что ли?..
С этими мыслями я решила прилечь отдохнуть и неожиданно, покачиваясь на волнах, уснула до самого вечера. Похоже, море начало меня успокаивать, а сама я почти привыкла к постоянному нахождению в воде.
Вот только стоило зажмуриться и провалиться в забытье, как перед глазами начали появляться смутные пугающие образы, в которых очень хотелось бы видеть лишь бред уставшего мозга, но увы. Все это слишком походило на предыдущие пророчества…
Передо мной снова стелились хлопья кровавого тумана, сквозь которые с трудом удавалось что-то различить. Я видела бешеные глаза Эдуарда Церра — признаться, они уже пугали меня меньше всего. Говорят, известное зло лучше неизвестного. Поэтому, когда вслед за ними начали мелькать какие-то жуткие рыжие всполохи, стало гораздо страшнее. Сознание улавливало в них что-то знакомое, и от этого бессознательно сжималось сердце.
Затем среди рыжих всполохов засиял мой виал первых драконов, внутрь которого лилось что-то подозрительно красное. И закончилось все снова глазами Эдуарда Церра, внутри которых на этот раз вместо зрачка оказался фантасмагорический символ, что сверкал на лбу русалки.
Проснулась я, тяжело выталкивая воду сквозь жабры и пытаясь не так сильно паниковать. Вокруг расстилалась вечерняя темнота, и красивые белые цветы мерно покачивались со стороны балкона. Ничто не напоминало о кошмаре. Разве что многозначительное покашливание где-то за светящимися гирляндами…
Глава 5. Энтероморфа кишечница или Морской салат
Я резко развернулась, боясь, что вот-вот передо мной возникнет мускулистая фигура Морского эмира в ореоле волшебно-живых изумрудных волос. И снова я буду чувствовать себя неловко, снова что-то будет жечь и переворачиваться внутри…
А я не готова к таким метаморфозам!
К счастью или нет, но за чертой балкона оказался вовсе не эмир.
— Приглашаем вас на торжественный ужин, эола Саша, — с поклоном проворковала какая-то девица.
И стоило мне подойти ближе, выскользнув из комнаты на узкий пятачок под сень светящихся цветов, как стало ясно, что передо мной русалка. Она стояла, склонив голову, ее ладони были скрещены под грудью, и на них лежало что-то маленькое и зеленое.
— Как ты меня назвала? — удивилась я, пытаясь рассмотреть подношение.
— Разве вас зовут не Саша? — ахнула она и даже чуть отшатнулась назад. Зеленая штуковина оказалась куском тонкой водоросли и чуть не уплыла вместе с ней.
— Нет-нет, зовут меня так. Но вот это слово…
— Эола? — заметно успокоилась русалка и даже заулыбалась. А я переключилась на разглядывание ее большого зеленевато-синего хвоста с кучей плавников, напоминающих маленькие шелковые платочки. — Это титул для подмастерья, — охотно пояснила она. — А мастера называют эолан. Ваш эолан — Великий эмир Айремора, прекрасный и великолепный Тиррес Неро, властитель дома Неро, бушующее сердце…
— Да-да, я знаю, — оборвала я, скривившись, потому что, несмотря на дурацкий титул, от звуков имени Морского эмира мне уже стало серьезно не по себе. Даже сердце забилось быстрее.
Стало ясно, что я дико соскучилась по зеленоволосому обманщику. Ничего хорошего в этой новости не было.
— А он будет на этом… ужине? — не смогла не поинтересоваться я.
— Конечно! — закивала русалка. — Великий эмир организовал весь праздник в вашу честь! Само собой, он будет присутствовать на нем! Как и все его сестры!
— Радость какая… — протянула я не без доли сарказма. Но, к счастью, эту долю русалка явно не уловила.
Она протянула мне зеленый лист водоросли, и я невольно восхитилась тому, какой ровной круглой формы он оказался. На ощупь довольно плотный лист хорошо выдерживал механическую нагрузку, а слова на нем будто бы были вырезаны крохотным ножом.
— Как интересно написано, — протянула я. — Жаль только, что не понятно ничего. Я же не понимаю по-айреморски.
Текст и впрямь был начертан на каком-то неизвестном языке.
— О, я вам зачитаю! — поспешила помочь сердобольная русалка. — Это стандартное приглашение, потому оно не было завернуто и запечатано. Я сегодня разнесла таких еще два десятка штук. Итак… «Уважаемой морской инфе или инфу. Ждем вас сегодня после захода солнца в Жемчужном дворце на торжественном ужине, что будет проходить в зале Цветов. Дворецкий укажет вам направление, если вы прибыли в первый раз. Всего наимокрейшего!»
Я не удержалась и фыркнула.
— Приглашение нужно оставлять при себе? — уточнила, забирая послание.
— Да, вас пустят по этому пропуску, — подтвердила русалка, склонив голову и приготовившись отплыть восвояси.
— Эй, минуточку. А слугу я с собой могу взять?
Девушка на
