В 14:30 19 января, встретившись с личным составом в театральном зале Амвросиевки, бригаденфюрер СС Штайнер говорил с финскими добровольцами о смысле борьбы против большевизма, который угрожает также и Финляндии. Затем он перешел к предстоящим боевым действиям и выразил надежду на то, что батальон внесет свой вклад в эту общеевропейскую борьбу и продолжит дело 27-го егерского батальона.
Бригаденфюрер СС Феликс Штайнер, создатель первого сводного европейского воинского соединения Второй мировой войны, 5-й дивизии СС «Викинг», привел свое добровольческое формирование в Южную Россию и по-человечески завоевал сердца своих добровольцев из стран Северной и Западной Европы. И ныне все его внимание, вся его забота была направлена на это замкнутое на себя подразделение, батальон финских добровольцев. И хотя командный состав этого подразделения был немецким, он должен был быть постепенно, по мере подготовки и проверки в боях, заменен на достойных этого финнов.
Солдаты батальона ощутили эту заботу и братство, которые все вокруг – от командира дивизии до последнего рядового солдата дивизии «Викинг» – распространили на всех них. Они обрели здесь свою вторую родину, увидели с самого первого дня, что дивизия «Викинг» есть также и их дивизия.
Первый бой на фронте
В первой половине дня 20 января 1942 года гауптштурмфюрер Коллани и командиры рот на КП дивизии СС «Викинг» были ознакомлены с первым оборонительным рубежом, который должен был защищать батальон. Батальону был отведен участок фронта протяженностью около трех километров юго-восточнее поселка Голодаевка. Граница участка проходила следующим образом:
правая: изогнутый ряд родников в километре северо-западнее Калиново – центр поселка Новобахмутский – южная окраина Чернокозовой балки – Голубячий;
левая: южная окраина поселка Белояровка – южная окраина поселка Камышеваха – южная окраина поселка Ольховский – южный берег ручья Оховчик до впадения в Миус – северная окраина поселка Шелобак.
С этого рубежа могли вести огонь следующие артиллерийские части: 2-я батарея 5-го артиллерийского полка СС, 2-й дивизион 64-го артиллерийского полка (батареи легких орудий), 4-й дивизион 5-го артиллерийского полка СС и 844-й артиллерийский дивизион тяжелых орудий.
Батальону были приданы одно тяжелое пехотное орудие и два легких пехотных орудия из состава 13-й роты полка СС «Вестланд».
Против этого участка фронта находилась 31-я стрелковая дивизия советской 9-й армии с приданными ей 75-м и 248-м стрелковыми полками. Противник вел себя пассивно.
В результате на совещании были приняты следующие условия: резервная рота должна отойти в поселок Бишлеровка. Для оборудования позиций батальону придается 2-я рота 60-го саперного батальона сухопутных войск. КП батальона оборудовать в поселке Новобахмутский. Боевые действия батальона должны были происходить следующим образом:
![]()
Две роты по два взвода в каждой (при восьми пулеметах) находятся на передовой. Оставшиеся два взвода образуют резерв роты.
Смена частей:
1. Повзводно в составе роты.
2. Поротно в составе батальона. При этом каждая рота проводит 20 дней на передовой и затем отдыхает 10 дней в поселке Бишлеровка.
Для снабжения личного состава на передовой из состава обоза была организована санная колонна. Один взвод 5-го зенитного дивизиона занял позиции в Новобахмутском для отражения налетов вражеской авиации.
Около 15:00 командиры словацких подразделений ознакомили командиров рот и взводов финского батальона с занимаемыми ими позициями. Позиции были хорошо оборудованы и имели перед собой хорошо просматриваемую и простреливаемую территорию. Они располагались на западной возвышенной гряде низменности, протягивавшейся к Миусу. Оборудование позиций почти и не оставляло желать лучшего.
21 января 1942 года роты добровольческого батальона двинулись в путь из мест расквартирования в Амвросиевке. Батальон двигался моторизованным маршем следующим образом:
1-я рота с приданным ей взводом станковых пулеметов из состава 4-й роты выступила на поселок Ольховский;
3-я рота с приданным ей взводом станковых пулеметов – на Новобахмутский;
Вторая рота с приданным ей взводом станковых пулеметов – на Бишлеровку (в резерв).
Обозы 1-й и 3-й рот остались в названных населенных пунктах, а 2-й роты – в Бишлеровке. Свое обустройство финны начали прежде всего с постройки саун, этого финского «источника здоровья»; отныне маршруты их продвижения можно было проследить по построенным саунам.
Ближе к вечеру 21 января 1942 года передовые роты стали занимать свои позиции. На правом фланге участка фронта, отведенного батальону, встала 3-я рота, на левом фланге – 1-я рота. Все солдаты были тяжело нагружены снаряжением, оружием и боеприпасами. В сгущающихся сумерках они, двигаясь вслед за командирами рот и взводом, обустраивались, занимая траншеи и окопы. Немецкие, финские и словацкие слова, серо-зеленые и серо-коричневые полевые формы солдат смешались между собой, делая несколько необычной эту вполне заурядную смену солдат на передовой, которая прошла без всяких проблем. Словаки по ходам сообщения ушли в тыл. Финны остались одни, наконец-то они будут удерживать передовую. Некоторые из них заняли передовые окопы, выдвинутые перед линией фронта, чтобы оттуда прослушивать действия противника. Напряженные нервы, мысли, воспоминания, чувства одних, проверка собственных характеров для других.
На участке батальона в последующие дни стояло относительное затишье, что было хорошо для освоения передовой недавно сформированным подразделением, еще не имевшим опыта боев. И тем не менее фронтовая жизнь не была такой уж спокойной, как можно было бы представить. День на передовой приносил каждому взводу, каждой роте, да и всему батальону множество мелких событий различной степени важности. Следовало постоянно быть настороже, следить за неприятелем зрительно, а ночью – слухом, чтобы отслеживать его действия и своевременно на них реагировать. Даже если что-то в рамках всего фронта и не стоило упоминания, следовало помнить о том, что из мельчайших деталей, из отдельных случаев, из действий ударных групп порой начинаются крупные операции.
На рассвете 23 января наблюдатели в передовых окопах, вооруженные пулеметами, заметили на ничейной полосе земли одиночного красноармейца, который, не скрываясь, приближался к финским позициям. Они очнулись от одолевавшей их дремы, взяли оружие на изготовку. Когда русский во весь рост с поднятыми руками подошел к ним, они поняли, что это русский перебежчик. Красноармеец был взят в плен и отправлен на допрос.
И еще одно событие, случавшееся в этот день, ужаснуло финнов: от пули снайпера пал финн Онни Мартикайнен из 3-й роты. Он стал первым погибшим на передовой солдатом батальона.
Командир полка СС «Вестланд» генерал-майор войск СС Флепс, прозванный Гордым, обсудил с гауптштурмфюрером Коллани вопрос дальнейшего оборудования занимаемых батальоном позиций. Днем позже, 25 января, Флепс снова появился на КП батальона в Новобахмутском, чтобы попрощаться. Флепс возвращался на свою родину, в Трансильванию[58], чтобы сформировать там из этнических немцев румынского происхождения дивизию СС «Принц Ойген»[59]. Командование полком СС «Вестланд» принял оберштурмбаннфюрер СС Маак.
Особое внимание рота на передовой уделяла расположенным по другую сторону фронта, занятым неприятелем селениям Голодаевка и Скелянский. Последнее из них вообще было болевой точкой финских позиций. Оно представляло собой ряд расположенных на удалении друг от друга хуторов, окруженных фруктовыми садами, и располагалось по нашу сторону на низменном берегу Миуса. Скелянский был занят подразделениями 2-го батальона 248-го стрелкового полка 31-й стрелковой дивизии русских. Но все же основные позиции русских находились на восточном берегу реки Миус.
