Фагон поднял глаза к стене, у которой на небольшом возвышении стоял трон внушительное сооружение из темного мореного дуба, инкрустированное серебром. По обе стороны высокой спинки висели два портрета - Скарта, его отца, и Фагона Второго, деда. Они не были шедеврами живописного искусства, но сохраняли достаточно сходства с оригиналами, чтобы навеять неприятные воспоминания. Король обозрел изображения предков и нехотя кивнул головой.
- Не стану отрицать очевидное... Оба погибли, это правда, - как и то, что они были бездарными полководцами. - Фагон налил себе вина, потом подвинул кувшин Тедрику, но лорд Марки отрицательно покачал головой. - Я - другое дело, - важно произнес король, - я изучал военное искусство три десятилетия. И мой светлейший дед, и отец выбирали очевидные решения; я так не поступлю, - он задумался, поглаживая бороду, потом решительно сказал: - Сарлон будет не только платить нам дань; Сарлон станет провинцией моего королевства, клянусь печенью Ллосира!
Они яростно спорили - два упрямца, старый и молодой, - пока Фагон не проследовал к своему королевскому трону и с его высоты не объявил свою королевскую волю - все должно делаться так, как желает он, король - и никак иначе. Тедрик, конечно, подчинился (собрав остатки терпения) и получил стратегическое задание - обеспечить поддержку армии, когда она прокатится по землям Марки, в трехстах пятидесяти милях к северу от Ломпора.
apprentice
Тедрик орал. Тедрик погонял. Тедрик сыпал проклятьями на ломарианском, тарконском, сарлонском, девоссианском и прочих языках; не всеми он владел в совершенстве, но ругаться мог на любом из них. Однако весь поднятый шум приносил очень мало пользы и не мог ускорить такой, в сущности, медленный процесс, как подготовка военных баз, в сотнях миль от столицы.
Когда лорд Марки получал временную передышку от ругани, понуканий и утомительных разъездов по северным землям, он рыскал в дворцовом парке, питая некие смутные надежды. В один из таких набегов он наткнулся на короля Фагона и леди Роанну, развлекавшихся стрельбой из лука. Эта семейная сцена смутила кузнеца. Приветствовав воинским салютом своего монарха и вежливо поклонившись девушке, Тедрик хотел проскочить мимо. Но Роанна, заметив, что он ускорил шаги, крикнула:
- Привет, Тедрик! Не хочешь ли посоревноваться с нами?
Кузнец бросил взгляд на мишень - круглый двухфутовый щит, разрисованный разноцветными кольцами. Несомненно, победа была за Роанной - ее стрелы с фиолетовыми черенками торчали либо в центре, либо совсем рядом с ним, а золотистые королевские рассеялись по всему полю мишени. Вид у Фагона был невеселый; его вряд ли обрадовало бы участие в соревновании еще одного партнера - тем более, профессионала-оружейника.
- Прошу извинить, моя леди, но важные дела...
- Твои увертки прозрачны, мой лорд, как лед с вершин Ампассера, - Роанна не то насмехалась над замешательством мужчин, не то была в дурном настроении. - Почему бы просто не сказать правду? Не можешь побить меня, не побив заодно короля? Да любого оружейника, который не сумеет выиграть у нас обоих, надо с позором лишить его звания!
Тедрик заглотнул приманку.
- Ты позволишь, сир? - он повернулся к королю, лицо которого налилось кровью.
- Стреляй! - взревел Фагон. - Во имя собственной головы, во имя Трона Ломарры, во имя Ллосира, его мозга, сердца, печени и всех кишок - стреляй! Покажи, на что ты способен! Целься лучше, сир - и не вздумай поддаваться, не то... - король сунул Тедрику свой собственный лук и колчан со стрелами.
- Один пробный выстрел, сир? - спросил кузнец, натягивая тяжелый лук. Никакая сила не заставила бы его положить стрелу ближе к центру, чем самая дальняя из королевских. Чтобы выполнить это - и, в то же время, не промахнуться по мишени, - требовалось великое мастерство, ибо одно вызолоченное древко торчало в трех дюймах от края.
Его первая стрела царапнула ободок щита; следующая воткнулась точно между самой дальней стрелой короля и краем мишени. Затем он стремительно выпустил две стрелы подряд, расщепив древко первой наконечником второй. Еще несколько выстрелов, и он опустил лук; весь участок, в который попали его стрелы, Роанна могла бы накрыть одной ладонью.
- Я проиграл, сир, - сказал Тедрик, возвращая королю лук и пустой колчан. - У меня нулевой счет.
Хотя Фагон чувствовал себя виноватым за вспышку гнева, королевская гордость не позволяла ему принести извинения. Вместо этого он сделал лучший, по его мнению, комплимент искусству оружейника:
- Когда-то и я стрелял не хуже, мой Тедрик... Куда ушло мое мастерство? Возраст, наверно...
- Не мне судить об этом, сир. И я вышибу зубы любому, кто осмелится толковать о подобных вещах, оскорбляя Трон Ломарры. Однако я думаю, тут виноват не возраст. Скорее - некоторая тучность...
- Что! - взревел монарх. - Да за такие намеки...
- Остановись, отец! - твердо сказала Роанна. - Тедрик прав. Ты король так будь же королем!
Их гневные взгляды скрестились. Ни Фагон, кипящий яростью, ни раздраженная принцесса не собирались уступать. Наконец, Роанна прервала тягостное молчание.
- Стыдно сказать, Тедрик, но наш властелин готов поджарить в кипящем масле или закопать живьем любого, кто скажет ему неприятное, но правдивое слово. Но меня, отец, ты не бросишь в котел, не закопаешь, и не посмеешь наказать - не то я расколю это королевство, как дыню! - В глазах девушки полыхнули молнии. Сколько лет прошло с тех пор, как тебе последний раз говорили правду? Послушай ее снова, мой любимый старый негодяй! - она крепко взяла отца за руки. Слишком долго ты валяешься по утрам в мягкой кровати, слишком часто заглядываешь в винные бутылки и пивные кружки, слишком много девок лезет в твою постель... Стрельба, фехтование и охота в горах Ампассера принесли бы тебе гораздо больше пользы!
Потрясенный король пытался дать ответ на эту отповедь, но не сумел выдавить ничего вразумительного. Наконец, он жалобно апеллировал к Тедрику:
- Услышать такое от своего дитя! От любимой дочери! О боги! Вот ты - ты мог бы произнести столь поносную речь? Уверен, нет!
- Конечно, нет, сир! - совершенно искренне заверил его Тедрик, стараясь не встречаться взглядом с Роанной. - И даже если все сказанное - правда, дело можно поправить. Мы идем в поход, и прежде, чем войско достигнет замка Лорример в Средней Марке, твоя рука снова будет твердой и глаз - острым.
- Возможно, - заявила девушка с ноткой сомнения в голосе. - Если он последует твоему примеру, Тедрик, в делах с вином и девицами - то да. Иначе нет. Скажи мне, сколько кружек ты выпиваешь за день?
- Обычно одну - за ужином. Но большую!
- А в походе? Подумай как следует, мой друг.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
