Под кроватью было темно и ужасно жарко. Интересно, долго им ещё так лежать? Гвинет не видела брата, но чувствовала, что он рядом и слышала его дыхание. Наконец, кровать снова заскрипела, прогибаясь.
— Ну вот и все! — сказала женщина. — Отдыхайте, мастер Эдмунд. Пойду скажу отцу Полю, чтоб он почитал вам, когда проводит своего гостя.
Снова послышались шаги, и хлопнула дверь. Служанка ушла.
— Можете вылезать, — сказал Эдмунд.
Гвинет выползла из-под кровати и поднялась на ноги, с наслаждением стряхивая с себя пыль и паутину. Она была липкой от пота и очень грязной. Гервард выглядел не лучше — весь в грязи и какой-то взъерошенный. Тот, кто убирал комнату Эдмунда, похоже, делал это не слишком усердно.
Гервард пригладил волосы и вздохнул с облегчением:
— Спасибо, Эдмунд. Боюсь, нам пора.
— Да уж, лучше идите, пока отец Поль вас не поймал, — подмигнул Эдмунд. — Приезжайте ещё, может, в другой раз я смогу подняться с постели.
— Травы, которые мы привезли, должны помочь тебе, — утешила его Гвинет. Сердце её сжималось от жалости. — Ты ещё сам приедешь к нам в Гластонбери!
— Все может быть, — вздохнул Эдмунд. Улыбка его погасла.
— Вот увидишь! — сказала Гвинет. Она была уверена, что Урсус не может подвести. Или всё-таки может?…
Гервард приоткрыл дверь и выглянул наружу.
— Никого, — доложил он шёпотом. — Пойдём.
Торопливо попрощавшись с Эдмундом, Гвинет выскользнула в коридор. Но едва они с братом успели закрыть за собой дверь, как за углом снова послышались шаги.
Пришлось удирать. Дальше по коридору обнаружилась ещё одна винтовая лестница, тоже на первый этаж. Гвинет схватила брата за руку и буквально скатилась по ступенькам туда, где их уже не было видно сверху. Над головой прогрохотали шаги, потом ещё. Когда все стихло, Гвинет и Гервард осторожно двинулись вниз, пока не оказались в облицованном каменными плитами коридоре первого этажа. Узкое окно выходило все в тот же маленький садик.
— Это безнадёжно! — заныл Гервард. — Посмотри — мы вернулись туда, откуда пришли. Недели не хватит, чтобы обойти весь этот замок!
— Недели у нас нет, — вздохнула Гвинет, и упрямо двинулась дальше. Где-то вкусно пахло жареным мясом.
— Наверное, там кухня, — решила Гвинет, махнув рукой дальше по коридору.
— Тогда Элеонор там нет, — сказал Гервард, принюхиваясь. — Жаль, что мы сами не там! Я забыл еду в повозке.
— Я тоже, — призналась Гвинет. Ей ужасно хотелось есть, но думать об этом было нельзя. — Ладно, пойдём в другую сторону.
Из-за поворота вышел слуга с полным подносом еды. Спрятаться было негде, и Гвинет приготовилась к неприятным расспросам. Слуга смерил их неодобрительным взглядом и уже открыл было рот, но Гервард опередил его.
— Простите сэр! — выпалил он прежде, чем слуга успел что-нибудь спросить. — Вы не видали нашего отца? Он велел нам подождать его, а мы…
— Нет, — фыркнул слуга. — Откуда я знаю, кто твой отец? Не морочь мне голову, парень!
— Эй, подожди! — крикнул кто-то.
У Гвинет сердце в пятки ушло. Из кухни выбежал парнишка в белом переднике и помчался прямо к ним. Только когда он пробежал мимо, Гвинет осознала, что он догонял первого слугу.
— Вот, держи! Это было на подносе сегодня утром. Отнесёшь наверх, ладно? Юная леди расстроится, если не найдёт её.
И он протянул слуге куклу. Куклу с льняными волосами в роскошном вышитом платье.
«Мелюзина!» — ахнула Гвинет. Она сразу узнала любимую игрушку Элеонор Фиц-Стивен. Гвинет прижалась к стене и замерла, боясь выдать охватившее её возбуждение. Покосившись на Герварда, она увидела, что он тоже не может оторвать глаз от куклы. Тем временем поварёнок положил куклу на поднос и убежал обратно на кухню, а слуга зашагал дальше.
— За ним! — прошипел Гервард.
Короткими перебежками они двинулись за слугой. Гвинет молила бога только об одном: чтобы кто-нибудь не встретился им на пути, и не пришлось бы снова прятаться.
Но удача была на их стороне. Слуга вывел их к очередной лестнице и двинулся вверх. Гвинет и Гервард поднимались следом, оставляя позади виток за витком, а лестница все не кончалась. Очевидно, они попали в одну из башен. Гвинет осторожно выглянула в окно. Так и есть — земля осталась так далеко внизу, что у неё закружилась голова.
Наконец, слуга свернул куда-то вбок и остановился возле двери, которую охранял стражник в ало-золотом плаще.
— Открывай, чего стоишь! — потребовал слуга. Со стражником он разговаривал так же грубо, как недавно с Гервардом.
— Ладно, ладно, Мартин, — ответил часовой, отцепляя от пояса огромный ключ. — Ну что ты так кипятишься?
— Ты бы побегал вверх-вниз пару дней, тоже бы кипятился! А все из-за девчонки, которой здесь и быть-то не должно! О чём лорд Роберт думает, хотел бы я знать? И что он учудит завтра?
Пока Мартин жаловался, стражник успел отпереть массивную дверь. Слуга, продолжая ворчать, зашёл внутрь, и Гвинет услышала голос Элеонор:
— Мелюзина!
Гвинет толкнула брата локтем.
— Слышишь? Она здесь!
Мартин вышел из комнаты, запер за собой дверь и потопал вниз, не обращая внимания на стражника. Гвинет и Гервард предусмотрительно поднялись на несколько ступеней, чтобы не встретиться с ним на лестнице.
— Он оставил ключ в замке, — прошептал Гервард на ухо сестре. — Ещё бы стражника спровадить, и можно заходить!
Гвинет задумалась. Можно, конечно, вернуться и рассказать все брату Тимоти. Но если лорд Роберт узнает, что они нашли Элеонор, он просто переведёт её в другую комнату, а они с Гервардом будут выглядеть лжецами. Значит, они должны вытащить малышку из Хардвика прежде, чем хозяин узнает об их планах.
И тут Гвинет осенило. Повернувшись к Герварду, она прошептала:
— Я отвлеку стражника, а ты потихоньку заберёшь ключ!
Не дожидаясь возражений, Гвинет вышла на площадку и подошла к стражнику.
— Да, барышня?
Лицо у стражника оказалось неожиданно добрым, а по возрасту он годился Гвинет в отцы.
— По-моему, я вас раньше не встречал.
— Нет, я…
Гвинет сделала вид, что споткнулась о каменную плиту и рухнула вперёд. От удара у неё перехватило дыхание. А больно-то как! Она закрыла глаза, притворяясь, будто лишилась чувств, и услышала приближающиеся шаги стражника. Гервард торопливо проскочил мимо неё к двери.
— Вы очень ушиблись, барышня?
Стражник осторожно прикоснулся к её плечу. Гвинет открыла глаза и застонала:
— Ох, как больно… Какая я дура!
Стражник наклонился, чтобы помочь ей подняться. Подошёл и Гервард.
— Давай, вставай, — с братским участием произнёс он, протягивая руку. И добавил, обернувшись к стражнику:
— Матушка считает, что она вообще не смотрит под ноги!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
