Читаем без скачивания Новая жизнь - Ольга Мяхар

А он здесь хоть выживет? Мало ли, русалка какая…

Кусаю губы, глядя в диковатые глаза отражения.

— При условии нормального функционирования тела в температурном и прочих режимах этого мира ответ… положительный.

— Ответ принят, — прошептал хрустальный голос. И все стихло.

Стою, жду. Чувствую себя — глупо.

Час спустя.

— Что-то тырк опаздывает.

— Рёва, тихо. Не видишь: нашей девочке и так плохо. И не тырк, а тырг, сколько можно повторять?

Я возилась с зеркалом, разыскивая микросхемы, контуры магии или еще что-нибудь. Но если таковые и были, то уж слишком хитро спрятаны. Так что в итоге я просто взяла раму и начала трясти зеркало над полом, надеясь, что объект из него все-таки выпадет, а то застрял.

Оба мелких духа сидели на полу у окна и задумчиво за мной наблюдали.

Приближался рассвет, но энергии, полученной мною за спасение кошки (дело-то доброе), должно было хватить еще дня на два жизни. По крайней мере, мне так Феофан сказал. Вот никто и не торопился.

— Не вылазит? — Рёва. Печально.

Я обиженно поставила стекло на место, подошла к ним и тоже села.

— И сколько еще ждать? — Иревиль за ночь совсем поправился и теперь явно был очень голоден, — Небось в конторе скоро завтракать будут. Опоздаем же!

— Ты ж недавно помирал. — Феофан удивленно разглядывал угрюмого нечистика.

— Во-от, столько сил потратил — жуть! Мне требуется дозарядка.

— Постойте. Смотрите.

Духи послушно замолчали и тоже уставились на зеркало, поверхность которого только что пошла рябью.

— Думаешь, это оно? — сверкая алыми глазками.

— Не знаю.

Утыкаюсь носом в колени и жду, глядя исподлобья. Я очень надеялась, что это оно.

Полчаса поверхность волновалась, потом мы уснули. Лично мне уже было все равно. В конце концов, если во всем мире есть всего один, кто может меня полюбить, но и тот не сможет здесь выжить… какой смысл волноваться?

— Переход завершен. Подтвердите заказ.

— Переход завершен. Подтвердите заказ.

— Переход завершен. Подтвердите заказ…

Сонно сажусь, протирая глаза и не понимая, что за шум. Зеркало же упорно повторяло одну и ту же фразу, но с каждым разом все тише и тише…

— Э-э… заказ подтверждаю! — на выдохе, подползая к стеклу и хватаясь за раму.

Тишина. Щелчок.

— Заказ подтвержден. Спасибо, что воспользовались услугами компании "Я и Ты".

— Что? — растерянно.

— Компания "Я и Ты" более тысячи лет соединяет сердца. Ваш заказ не требует оплаты, так как эта модель была выпущена на юбилейный — тысячный — год существования компании, в том числе и в рекламных целях. Мы желаем вам приятной жизни вдвоем и всего наилучшего в вашей дальнейшей судьбе. И просим не забывать номер нашего визофона… — Далее последовала полная абракадабра из цифр и звуков.

— Да-а, такое запомнишь. Иль, ну че? Его уже видно?

— Иревиль, успокойся. Ты что-нибудь наколдуешь в ажиотаже, и мы так и не увидим мистера тырга. — Феф явно был на нервах.

Смех Иревиля. Кажется, дух послушно сел на место.

Вот наконец и он!

Поверхность расступилась. Я встала и отошла назад.

А прямо из зеркала, словно из вертикального озера ртути, медленно выходил… Гриф…

Парень рухнул на пол и затих. Я же так и не смогла закрыть рот.

— Прошу подтвердить заказ, — прошептало зеркало.

— Э-э… — все трое.

— Прошу подтвердить…

— Принятие заказа подтверждаю, — пересохшими губами, осторожно трогая Грифа кончиком сапога.

Зеркало успокоилось, рябь исчезла. Тишина.

— Феф, как считаешь: тырг влюбился в нашу Илечку до или после того, как она им пропахала пол-арены?

— Не язви. Любовь всегда неожиданна и… желанна.

— Ну и я о том же. Она ему морду подправила, он в нее втюрился, ибо ранее столько ни от кого не огребал. А тут такой хук справа-а. Красота!

— Иревиль, прекрати немедленно, он может нас услышать.

Тяжелый вздох.

— Какой ты, Фефа, все-таки неромантичный.

— Я? Я очень даже романтичный! И тут… я… я просто не хочу это обсуждать!

— Да? Ну вот ты уже целовался? Алые щеки анрелочка.

— Шо? Ни разу?! А Марго? Зря я вас, что ли, знакомил?

— Я от нее сбежал, — еле слышно. Хрюканье Иревиля.

— А хоть есть кто на примете? — откашлявшись и все еще улыбаясь.

— Не скажу, — хмурясь.

— Гм… значит, есть. И кто она? Учти, не скажешь — всем знакомым анрелочкам растреплю, что ты влюблен конкретно в каждую.

Лицо Феофана посерело.

— Не… надо.

— Колись, — подползая ближе.

— Ну…

— Ну?

— Ну… ее… ее зову-ут…

— Я сейчас рожу. Как зовут-то?

— Синя.

— Как?

— Синя, — чуть громче.

— Сеня? Опять мужик?!

— СИНЯ!!!

— Кхм. Не ори, я понял. И как далеко зашло дело?

— Я с ней в прошлом месяце поздоровался. Стук лба Иревиля об пол.

— Что?! — Феф. Возмущенно.

— Она явно тебя запомнила, — язвительно. — Не каждый день все-таки анрелы говорят "здрасьте" анрелам.

— Но она не анрел!

— …а кто?

— Й-а… я не могу… это личное! — с надрывом.

— Черт возьми… неужели из наших?!

— Нет, — мрачно.

— А кто? Феф, предупреждаю: не расколешься — придушу. У меня хрупкая психика.

— Она падшая!!!

Тишина. Я сижу неподалеку от так и не пришедшего в сознание Грифа, Иревиль напряженно обдумывает полученную информацию.

— Сильно? — тихо.

— Отстань, — зло.

— А… обратно ее никак?

— Нет.

— А если самому…

Тоскливый взгляд. Иревиля все-таки перекрестили.

— Больно…

Гриф пошевелился и осторожно сел, держась за голову и оглядываясь по сторонам. Обнаружил меня, удивленно моргнул.

— Ты… что ты здесь делаешь?

— Это моя фраза. Ладно. Вставай, пойдем.

— Погоди. — Схватил за руку, притягивая обратно.

Меня будто током ударило. Захотелось вырваться и срочно куда-то сбежать. Теперь, когда я точно знала, что он влюблен в меня… каждая фраза, каждое касание… пугали.

— Что не так? — хмурится.

Выдергиваю руку. Сажусь.

— Она знает, что ты ее любишь, — Иревиль, с пола.

Глаз Фефа дернулся. Гриф в упор посмотрел на меня. Я, вся красная, отвожу взгляд, следя за тем, как Феф ползет к Иревилю, обещая его придушить. Тот же даже и не думает замолкать:

— Мы нашли зеркало! Она загадала желание: найти того, кто втюрится. Нашла! Гы-гы. Тырг, блин.

Гриф дернулся. Точно, о его расе ни один из нас знать был не должен.

— Хм… то есть меня призвали? — не отрывая от меня взгляд.

— Ага! А еще мы знаем, что ты без нее это… фунциклировать не можешь. Сдохнешь в муках, ежели бросят. Круто?.. — Хрипы. Анрел зажимает рот гэйлу, не переставая мне ободряюще улыбаться.

Я уже смотрю на окно, незаметно отодвигаясь от Грифа.

— И что ты мне ответишь?

Это он мне?

Смотрит спокойно… черные глаза сверкают в обрамлении ресниц. А челка рваной каймой падает на лоб. Такой красивый. Но мне плохо, очень плохо. Сама не знаю почему.

— Я не знаю, что ответить, — глухо, отводя взгляд.

Ну не могу я в глаза ему смотреть.

— Значит, ответ не положительный, но и не отрицательный, — усмехнулся он.

После чего встал, рывком поднял меня на руки и вынес из комнаты, пинком распахнув дверь.

Я еще подумала, что поднять меня не мог даже вампир, сколько же в нем силы? А лица уже коснулись первые капли дождя.

На полу в комнате остались сидеть задумчивый анрел и кашляющий гэйл.

ГЛАВА 12

Я уснула. Сама не верю, но меня… меня, кажется, даже в прошлой жизни никогда не носили на руках.

Вообще ясные воспоминания о прошлых жизнях все еще почти отсутствуют. Так, контуры ощущений и некоторые вспышки картинок. Но на руках все-таки не носили. Уверена.

И так уютно, оказывается, когда чувствуешь себя хрупкой девушкой, а не верзилой с килограммами. Я утрирую. Но все же…

— Илия, что с тобой?!

Открываю один глаз, рука в форме дула упирается в глаз магу. Ой… это не я, это тело киборга. Отключаю систему трансформации, вернув сначала себе кисть и пальцы.

Гриф осторожно ставит меня на порог конторы. Доски протяжно скрипят, но выдерживают, напоминая о весе.

— Я… все хорошо.

— Но Гриф принес тебя на руках.

Мы уже стоим в холле. Маг открыл Грифу дверь — еще сонный и в ночнушке. Подпол открыт, и я догадалась, что, проснувшись, старичок решил немного похимичить, да так, наверное, там и уснул. В камине уже догорал огонь, а ночь медленно сменялась днем. Вот только облака никак не хотели рассеиваться. Я вообще не помню тут чистого неба. Ни разу не видела солнце.

— Маг!

— Что? — закрывая дверь и рассеянно улыбаясь.

Мне так нравилась эта его улыбка. Всегда добрая, ласковая, словно отцовская.

— Почему в городе всегда пасмурно? Солнца никогда не…