Полгода с мая по ноябрь 1797 года Москвой управлял князь Юрий Владимирович Долгоруков, генерал-аншеф, подполковник лейб-гвардии Преображенского полка. По воцарении императора Павла I князь был назначен главнокомандующим в Москву и шефом Астраханского гренадерского полка. Но в ноябре 1797 года князь, благодаря проискам завистников, был уволен от службы; однако в следующем же году приглашен в Петербург и назначен членом Совета при Высочайшем дворе.
Церковь Владимирской иконы Божией Матери в усадьбе М.М. Измайлова в Быково
Генерал-аншеф князь Юрий Владимирович Долгоруков
В «Сказаниях о роде князей Долгоруковых», составленных кн. П. Долгоруковым, облик покойного характеризуется следующими чертами: «с умом обширным, проницательным и острым, с великими познаниями, с нравом пылким князь Юрий Владимирович сочетал душу возвышенную, пламенно любил свое отечество, отличался бескорыстием, гостеприимством и любовью к изящным искусствам. Нежный родственник, верный друг, усердный отчизнолюбец, князь Юрий Владимирович имел полное право сказать на вечере жизни своей, что всегда старался «быть полезным, честно век прожить и ни в чем совестию не мучиться».
С восшествием на престол император Павел I назначил военным губернатором и главноначальствующим гражданской частью в Москве и Московской губернии блестящего военачальника, генерал-фельдмаршала, графа Ивана Петровича Салтыкова. Он управлял городом с 1797 по 1804 г. и проявил себя на этой должности с самой лучшей стороны. С его легкой руки под руководством Матвея Казакова началось составление «фасадических планов Москвы» – дабы запечатлеть лучшие из них.
Салтыков оставался в своей должности еще два с половиной года и вышел в отставку в 1804 году, в связи с преклонным возрастом.
Бантыш-Каменский в «Биографии российских генералиссимусов и генерал-фельдмаршалов» писал, что граф Иван Петрович Салтыков, во всю жизнь свою никого не сделавший несчастным, был чужд постыдной гордости, и презирал только высокомерных временщиков; отличался ласковым, добродушным приемом; жил в Москве чрезвычайно пышно: каждый день за обедом и ужином его находилось шестьдесят приборов; каждое воскресенье съезжалось к нему на бал несколько сот человек… Он старался искоренять в присутственных местах лихоимство, водворял повсеместный порядок и благочиние, пользовался общею любовью и уважением, любил делать добро; занимался, в свободное время, охотою, имея собственных псарей до ста человек; оставил сыну своему шестнадцать тысяч крестьян, в том числе тысячу двести человек дворовых людей, и два миллиона восемьсот тысяч долгу».
Генерал-фельдмаршал, граф Иван Петрович Салтыков управлял городом с 1797-го по 1804 г. и проявил себя на этой должности с самой лучшей стороны
В начале царствования Александра I Москвой управлял генерал-аншеф Тимофей Иванович Тутолмин, администратор и первый председатель Государственного Совета.
В юности он окончил Сухопутный шляхетский кадетский корпус. Участвовал в Семилетней и в Русско-турецкой войне. Оставив в конце 1770-х годов армейскую службу, Тутолмин перешел в гражданскую администрацию, занимал посты губернатора в Твери и Екатеринославле, был правителем в Тверском, Олонецком и Архангельском наместничествах, а в дальнейшем управлял попеременно Минской, Волынской, Виленской и Подольской губерниями.
В 1806 году, императором Александром I генерал-аншеф Т. И. Тутолмин, был назначен на должность московского генерал-губернатора. И сразу же, по просьбе министра коммерции Н. П. Румянцева, главноначальствующий принял меры по пресечению заповедной торговли в Москве. На заставах были выставлены караулы, препятствовавшие проникновению в город запрещенных товаров.
По инициативе генерал-аншефа Т. И. Тутолмина был составлен полный нивелирный план столицы
Отдавая дань благотворительности, Т. И. Тутолмин поддержал инициативу Приказа общественного призрения об устройстве Сиротского дома. 1 августа 1808 г. это заведение открылось. В этом же году по инициативе Т. И. Тутолмина был составлен полный нивелирный план столицы с тем, чтобы ее «натуральное местоположение самовернейшим образом» показать.
Генерал-фельдмаршал, граф И.В. Гудович слыл в Москве «гонителем очков и троечной упряжи»
В 1809 году главнокомандующим Москвы был назначен генерал-фельдмаршал, граф Иван Васильевич Гудович, отдавший военной деятельности более пятидесяти лет своей жизни и служивший при пяти монархах – Елизавете, Петре III, Екатерине II, Павле I и Александре I. Именно под его руководством русские войска отвоевали у турок Хаджибей (ныне Одесса), овладели Анапской крепостью и завоевали каспийское побережье Дагестана.
По словам современников, И.В. Гудович на посту хозяина Москвы показал себя очень своенравным правителем. «Он умел высоко поддерживать высокое звание главнокомандующего в столице, – писал о нем Ф. Ф. Вигель, – то есть заставлял себе повиноваться, окружал себя помпой и давал официальные обеды и балы. Может быть, в зрелых летах имел он много твердости, но под старость она превратилась у него в своенравие (…)
Выжив из лет, он совершенно отдал себя в руки меньшого брата, графа Михаила Васильевича, который слыл человеком весьма корыстолюбивым.
Оттого-то управление Москвою шло не лучше нынешнего: все было продажное, все было на откупе. Подручником последнего был какой-то медик, французо-итальянец, если не ошибаюсь, Салватори, и они между собою делили прибыль. Так, по крайней мере, все утверждали и в то же время были уверены, что медик не что иное, как тайный агент французского правительства…»
Странности старого графа отмечал и князь П.А. Вяземский, вспоминая о том, что Гудович слыл в Москве «гонителем очков и троечной упряжи». Никто не мог являться к нему в очках, и даже в чужих домах, увидав кого-нибудь в очках, он посылал к нему лакея сказать: «Снимите очки, нечего разглядывать так пристально». Приезжавшие в Москву на тройках, чтобы не сердить старого графа, должны были выпрягать у заставы одну лошадь, опасаясь попасть в полицию за неповиновение. Тот же Гудович категорически воспретил вошедшее в моду среди молодежи «метание кошельков» на сцену артисткам.
Как бы то ни было, но именно при Гудовиче был составлен новый план Москвы с обозначением границ каждой части, квартала и владения; открыт Странноприимный дом – крупнейшее благотворительное учреждение, устроенное на средства графа Н.П. Шереметева; поддержаны разумные предложения по регулированию продажи лекарств и оказанию необходимой врачебной помощи населению. За месяц до вторжения французов в 1812 году Иван Васильевич был уволен в отставку по состоянию здоровья, получив лестную награду – портрет Александра I, осыпанный бриллиантами.
В трудные годы Отечественной войны с Наполеоном Москвой управлял фаворит императора Павла граф Федор Васильевич Ростопчин (1812—1814), удостоенный от Екатерины Великой прозвища «сумасшедший Федька». По преданию, взлет его карьеры начался с того, что когда-то он подарил цесаревичу Павлу уникальную коллекцию военных мундиров и оловянных солдатиков. С тех пор император Павел I осыпал своего любимца орденами, чинами и высокими назначениями. Когда цесаревич стал императором, граф Ростопчин уже определял внешнюю политику России. После смерти высокого покровителя он попал в опалу и долго путешествовал по Европе: в Англии Федор Васильевич посещал парламент и учился боксу, в Германии слушал лекции в Лейпцигском университете2 а во Франции беседовал с самим Наполеоном.
Когда Россия оказалась на пороге войны с Наполеоном, Александр I решил приблизить к себе графа Ростопчина, известного писателя и публициста. В начале 1812 года граф приехал в Петербург, а 24 мая был назначен главнокомандующим в Москве, ее военным губернатором.
По воспоминаниям Елизаветы Яньковой, внешность нового градоначальника была такова: «Он был довольно высок ростом, мужествен, но лицом очень некрасив; лицо плоское с выдавшимися скулами, глаза навыкате, нос широкий, немного приплюснутый, вздернутый – словом, видно было, что он происходил от татарского предка… « Он немало шокировал публику: своей ненавистью и презреньем ко всему французскому, простонародным языком, чрезвычайной деловой активностью, редкой для русского дворянина той поры.
Граф Федор Васильевич Ростопчин (1812—1814), удостоенный от Екатерины Великой прозвища «сумасшедший Федька», московский градоначальник во время наполеоновского нашествия
По свидетельству современников, граф был очень ловок и честолюбив. «Два утра мне были достаточны для того, чтобы пустить пыль в глаза и убедить большинство московских обывателей в том, что я неутомим и что меня видят повсюду», – не раз признавался Ростопчин._Война сулила возможность нового взлета, и главнокомандующий трудился, не покладая рук: день и ночь ездил по городу, собирал пожертвования, формировал полки, занимался обеспечением населения и войск продовольствием, поддержанием порядка в осажденном городе. В Белокаменной формировались новые полки и самое большое в России ополчение.
