ГЕРД ПРОКОП
СМЕРТЬ "БЕССМЕРТНЫХ"[4]
Брукер отлично знал, с кем имеет дело. Да кому и знать, как не ему. Поэтому он не стал сулить Тимоти баснословные гонорары.
"Мне сообщили, — гласила его голограмма, — что никакие деньги не соблазнят Вас посетить меня. В то же время я сам почти не покидаю Арлингтон и ни при каких обстоятельствах не смогу в настоящее время прибыть в Чикаго. Но мне необходимо с вами поговорить. Вот мое предложение: Вы получите за визит ящик "Шато Неф дю Пап" урожая 1982 года. Стоит ли объяснять, сколь непросто было мне решиться на такой шаг. Итак, когда мне ждать Вас? Дайте знать Паттону. Мой вертолет в Вашем распоряжении".
Тимоти сравнил контрольную частоту, последовавшую за голограммой, с данными, которые ему передал секретарь Брукера.
Все совпадало.
Черт возьми, что могло понадобиться от него Брукеру? У "Юнайтед кемикэл" собственная «фирменная» полиция, целая свора детективов, и стоит Брукеру шевельнуть мизинцем, как перед ним по стойке «смирно» вытянется не только вся полиция штата Индиана, но и само ФБР.
Тимоти попытался припомнить, какое из его дел могло бы заинтересовать Брукера, но ничего определенного не вспомнил, да и вообще в таком случае Брукер скорее всего прислал бы к нему одного из своих служащих. Тимоти еще раз проверил голограмму, но никакой другой информации не обнаружил и позвонил Джошуа Треверсу.
— Меня желает видеть Сэмюел С. Брукер, — сказал Тимоти. — Старик не скупится: предлагает целый ящик "Шато Неф дю Пап" 1982 года.
— Я помогу тебе выпить его, Тини.
— О'кэй. Что нового в "Юнайтед"?
— На прошлой неделе Брукеру нанес визит президент…
— Это меня не интересует. Какие неприятности могут быть у большого босса?
— Понятия не имею. Спор с синдикатами «Юнайтед» завершила, а кроме того…
— В чем там было дело? — заинтересовался Тимоти. — Ну, с синдикатами?
— Все уже в прошлом. «Юнайтед» потребовала от химических трестов введения новых транспортных тарифов. Те ни в какую. Но вчера подписали соглашение — после того, как с полдюжины автопоездов взлетело на воздух.
— Что еще?
— Совсем недавно умер компаньон Брукера, Веверлей. Рак крови.
— От этого умирают тысячи людей. А что насчет частной жизни?
— Брукер женат в пятый раз, на прошлогодней королеве красоты; от первого брака у него сын, Чарльз Бенедикт, он же наследный принц, и две дочери — двойняшки от третьего брака. Замок в Арлингтоне…
— Настоящий замок?
— Представь себе. Его дед выписал этот замок из Шотландии незадолго до Изоляции. Тебе стоило бы побывать там, замок великолепен.
— Похоже, у меня не остается другого выбора, — простонал Тимоти. — Ты знаешь, где меня искать в случае исчезновения. И будьте подобрее к «Наполеону». Он этого заслуживает.
Треверс рассмеялся:
— Ты так боишься покинуть свое гнездышко… Нет, это просто дико. Если кому-то всерьез захочется прикончить тебя, ты и в своем небоскребе не спасешься. Поезжай в Арлингтон. Говорят, у Брукера — искусственный климат, как нигде в Штатах.
На замок действительно стоило посмотреть. Тимоти уселся поудобнее, когда вертолет пробил молочное полушарие климасферы, накрывшей имение Брукера. В прозрачном воздухе старинный красный кирпич живописно смотрелся на фоне пышной зелени. Замок возвышался посреди огромного английского парка, обнесенного округлым защитным валом, который сверху оттеняло сероватое мерцание, характерное для области соприкосновения климасферы с земными сооружениями. Тимоти попросил секретаря Брукера облететь вокруг замка.
— Кто знает, представится ли мне еще возможность полюбоваться такой красотой?
Паттон нажал кнопку, и автопилот вывел вертолет на круговой вираж. Тимоти отметил безучастный вид Паттона. За все время полета он не произнес ни слова, если не считать "добрый день" в момент встречи на авиастоянке «Небраски». Он даже не попросил Тимоти показать опознавательный жетон. Но это понятно:
Тимоти Тракля ни с кем не спутать и не подделать. Вертолет завершил третий круг вокруг замка и пошел на посадку. Тимоти ожидал, что вот-вот в дверях покажется дворецкий в шикарной ливрее. Но — нигде ни души. Все вокруг словно вымерло, только из одной трубы тянулась вверх тонкая струйка дыма. Вертолет ускорил движение и ринулся на замок. Тимоти невольно схватился за подлокотники, но, заметив улыбку на губах Паттона, сразу расслабился. Стена вместе с окнами и орнаментом сдвинулась в сторону и исчезла за мощной боковой башней, что позволило им влететь в громадный ангар, где рядом с еще одним вертолетом стояли два турбовинтовых самолета. И здесь ни души. К вертолету подкатил автомат и четырьмя руками-зажимами открыл люк. Паттон повел Тимоти к лифту. Все стенки лифта были зеркальными, так что даже самый небольшой предмет не остался бы здесь незамеченным. "Выходит, Брукер даже в собственном замке кого-то боится", — улыбнулся про себя Тимоти.
И вот они с Паттоном оказались в огромном зале, обставленном в чисто шотландском стиле. Даже камин был настоящим, и дрова в нем потрескивали настоящие. Тимоти уселся в одно из кресел и принялся разглядывать обстановку, но не успел он толком рассмотреть и одну стену, как появился Брукер. Он приближался к Тимоти с широко распростертыми объятиями, словно намеревался его обнять. Но Тимоти, казалось, так и врос в кресло и ограничился пожатием руки.
— Я рад вашему приезду, мистер Тракль, — проговорил Брукер.
А у Тимоти был такой вид, будто ничего необычного в том, что его принимает один из могущественнейших людей Соединенных Штатов, он не видит. За Брукером в зал вошел слуга, и впрямь облаченный в старинную ливрею, которая как нельзя лучше сочеталась с охотничьим костюмом Брукера. Тимоти не преминул отметить принадлежность костюмов к началу XVIII века.
— Второй половине, — поправил его Брукер. — Для полноты картины здесь нехватает моих гончих, но я оставил их в соседней комнате. Мне известно, что вы не любите собак. Зато, надеюсь, стаканчик виски придется вам по вкусу.
Слуга подкатил тележку, и Тимоти вынужден был признать, что никогда прежде не видел более полного набора столь изысканных марок.
— Вы, полагаю, не станете возражать, если мы обслужим себя сами, — предложил Брукер. — Мне хочется поговорить с вами с глазу на глаз.
Тимоти усмехнулся.
— "С глазу на глаз" — хорошо сказано! А как насчет телеглаз? — он кивнул в сторону стены, где за старинным оружием, щитами, гербами и шпалерами могли прятаться десятки звукозаписывающих устройств и телекамер.
— Если я говорю "с глазу на глаз", значит, я именно это и имею в виду, — улыбнулся Брукер. — Тут все в моей власти. И даже правительству незачем слышать, о чем здесь говорят.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
